Ребята на вышках шутить не будут — это мы уже поняли. Но никакого чёткого плана у капитана Рогова не было. Одно было ясно — возвращаться назад нельзя. Демоны, похоже, решили отрезать для местных дорогу к Каньону, а это означало, что нас там ждёт очередная засада.
Если уж они прорыли туннели через гору, заваленные выходы их точно не остановят. Я понимал, что есть определённые протоколы для осадного положения базы, но стрелять-то по нам было зачем?
Громкоговоритель затих, как и сирена. Через несколько минут сбоку от огромных металлических ворот отворилась маленькая дверь, из которой показался человек, в полном обвесе. Зеркальный шлем скрывал лицо, такая же зеркальная броня закрывала тело, не оставляя ни единого уязвимого места доступным.
— Кто главный? — донёсся до нас искажённый переговорником голос.
— Капитан Рогов, принял управление колонной после гибели майора Десятникова, — доложил Рогов, взяв громкоговоритель. — Наша колонна подверглась нападению демонов, много погибших и раненых.
— В штаб доложили? — спросил защитник базы. — Убитых надо вывезти.
— Так точно! — Рогов поморщился. — После нападения я связался со штабом, они позаботятся о том, чтобы демоны не пировали на костях наших товарищей.
— Въезд на базу закрыт, — мужчина продолжал стоять в дверях. — Пропустить вас внутрь мы не можем, но я готов обсудить сложившуюся ситуацию. Сложите оружие и подойдите сюда. Один, без сопровождения. И помните, что вы на прицеле.
— Забудешь тут, как же, — буркнул Рогов, отложив громкоговоритель и снимая обвес. — Калинин, ты за старшего. Если что-то пойдёт не так, возвращайтесь в Артём.
— Принял, капитан, — кивнул ему моложавый военный с нашивками лейтенанта.
Переговоры между защитником базы и Роговым заняли не больше десяти минут. Вернулся капитан в добром расположении духа и даже усмехнулся, глянув на нас прищуренным взглядом.
— Приказа открыть огонь не было, это один из новичков слишком уж ретиво относится к правилам защиты базы, — сказал Рогов. — Было проникновение, местный инквизитор погиб, а без него, согласно протоколу, мы все — потенциальные одержимые.
— Тогда вам повезло, — хмыкнул Данила, приосанившись. — Ведь у вас есть я.
— Именно так я и сказал коменданту базы, но он потребовал подтверждения вашего статуса, — Рогов скривился и махнул рукой на бетонные стены базы, которая больше походила на крепость.
— Я готов подтвердить свой статус и провести первичный осмотр присутствующих на предмет одержимости, — Данила обернулся и посмотрел мне в глаза.
Да ладно? Он хочет назвать меня одержимым? После того как я спас ему жизнь и на глазах у всех сражался с демонами? Что-то он слишком уж оборзел.
— Это не всё, — покачал головой Рогов. — Нам приказано выйти из машин и выстроиться перед комендантом. Мы должны оставить оружие…
— Так нас ведь расстрелять могут, — задумчиво пробормотал лейтенант, который побыл командиром всего десять минут и, видимо, решил, что имеет право оспаривать приказы.
— На выход, — приказал Рогов, поджав губы и взяв рацию. — Внимание всей колонне: оставьте оружие и выходите из машин.
Я помогал выбраться раненым из броневиков наравне с остальными, после чего встал рядом с военными, глядя на коменданта. Он не поверил на слово инквизитору, чем сразу же поднялся на несколько пунктов в моих глазах. Даниле пришлось представляться по полной программе и даже показать артефакты. Только после этого комендант решил впустить инквизитора на базу, чтобы проверить выживших и убедиться, что на территории не притаились демоны.
Я решил воспользоваться этим временем и в сопровождении Вольта обойти наших. Пусть изначально мы были незнакомцами, но после совместного боя каждый солдат, каждый рубежник стал для меня боевым товарищем. И судя по взглядам людей, все они рассуждали точно так же.
— Княже! — ко мне бросился Александр, расталкивая военных. Парень повис на мне, неуклюже сжав меня в объятиях.
— Эй, я не из этих, — отшутился я, похлопав графа по спине и аккуратно отстраняя его от себя.
— Тьфу на тебя, — цыкнул Саша, покачав головой. — Я переживал вообще-то. Очнулся среди незнакомых людей, тебя рядом нет. Я уже решил, что тебя демоны покромсали.
— Не дождёшься, — я хмыкнул и оценивающим взглядом мазнул по чистой повязке на голове приятеля. — Вижу, тебя немного подлатали.
— Угу, — он коснулся пальцами пластыря на щеке и поморщился. — Чувствую себя бесполезным слизняком… выбыл из строя ещё до начала боя.
— Навоюешься ещё, — я покосился на внимательно слушающих нас военных и вздохнул. Вот ведь служивые, без приказа даже сдвинуться боятся. — Отдыхай пока время есть, я пройдусь тут немного.
Под взглядами вояк я сделал небольшой круг почёта вокруг броневиков, отмечая тех раненых, что не были в состоянии стоять. Этих лучше тоже подлечить, и пофиг мне на деньги. Вольт рыкнул недовольно, подслушав мои мысли, но я отмахнулся. Должен же он понимать разницу между жизнью людей и дорогим ошейником?
— Ваше сиятельство, — обратился ко мне командир отряда, который нас сопровождал от аэропорта. — Рад, что вы живы.
— А уж я как рад! — воскликнул я, переводя взгляд на собравшихся вокруг него вояк. Да здесь же почти все, кто ехал с нами в броневике.
— Мы троих потеряли, — сказал мужчина, проследив за моим взглядом. — Все новички, не обкатанные на Рубеже. Основой состав уцелел, раненых четверо.
— Давайте что ли знакомиться, а то как не родные, — предложил я с улыбкой. Я действительно был рад, что эти вояки выжили.
— Андрей Левин, командир отряда «Громобой», — усмехнулся он. — Для вас просто Андрей.
— «Громобой», говорите? — я вскинул брови. — Спасибо за доверие, Андрей.
— Наш отряд в долгу перед вами, — Левин обвёл взглядом вояк. — Мы видели, как вы сражались, а Максиму вы жизнь спасли, когда выторговали у инквизитора зелье.
Я кивнул одному из бойцов, припомнив, что видел его в нашем броневике среди тех, кто получил лечение. Отряд вскинул руки и вдруг с громким хлопком прижал сжатые правые кулаки к груди. Очень любопытно. Это они так уважение проявляют?
— Вообще-то, это признание брата по оружию, — буркнул Вольт. — Ты стал частью отряда. Если захочешь вступить к ним, достаточно будет просто сказать об этом.
— Даже так? — я удивился, но не подал вида, сохранив нейтральное выражение лица. Хотелось мне ответить тем же жестом, но я не имел на это права — я не военный и никогда им не стану. — Как мне дать понять, что я их понял?
— Стукни по груди два раза, — фыркнул пёс, хитро прищурившись.
Верить ему я не собирался, так что просто кивнул, а затем прямо сказал, что благодарен за доверие всему отряду и особенно Андрею Левину. По довольным улыбкам ребят я понял, что поступил правильно, но нужно будет всё же узнать, что означает двойной стук кулаком по груди. Мало ли, вдруг я зря в своём питомце сомневаюсь.
Пока Вольт недовольно бурчал о том, что хозяин совсем ему не верит, я завершил обход и остановился рядом с Александром. Надо будет и на него каплю зелья потратить — что-то уж он слишком бледный, да и шатается вроде бы. Вдруг там сотрясение, всё же он сознание терял.
Через минут тридцать огромные ворота отворились, с базы выехало четыре броневика наподобие тех, которые взяли нас в кольцо. Громкоговоритель снова ожил, и нам было приказано выстроиться в колонну, пока наши машины загоняют на базу. Все припасы и рюкзаки остались в броневиках, оружие военные тоже сдали.
Появившийся Данила в сопровождении нескольких военных, закованных в зеркальную броню, принялся водить своим дозиметром. Очередь двигалась медленно, а я стоял в середине очереди на проверку, дожидаясь представления, которое обязательно устроит этот гад. Мне не верилось, что он упустит такую возможность испортить мне жизнь.
На мне и Вольте прибор ожидаемо заверещал, военные окружили меня, наставив оружие, а Данила не спешил их как-то успокаивать. Я напрягся и попытался просчитать возможные пути отхода. Вроде бы магия у меня восстановилась, можно шарахнуть каскадом молний сразу по всем. Только вот куда бежать? Один, без оружия и припасов, я долго не протяну, а вокруг ещё и демоны бродят.
