Проверка интеллекта. База: 0 (3 интеллект, −3 при смерти). Бонус: −2 общий. Бросок: 2. Требование: 2. Провал.
— Если вы не собираетесь меня покормить — лучше спустите обратно, — мрачно ответил я, теребя ошейник с рунами, — артефакты останутся при мне. И умирать я не собираюсь. Посмотрим, что произойдет раньше. Рухнет моя решимость или стены вашей тюрьмы.
— Понимаю, что нашел в тебе Рейнхард, а до него Хикент, — хмыкнул, поднимаясь, Вейшенг, — упрямства тебе не занимать. Но поверь, ты сломаешься. У нас есть все время мира, а демоны умеют ждать. В кишку его, и проверьте, чтобы солнце не попадало. А то он чересчур живой.
Стражники не церемонясь скинули меня обратно, и я оказался в полной темноте. И тогда пришли кошмары. Я не спал и не бодрствовал, но каменная стена, отполированная тысячами прикосновений узников до меня, извивалась, превращаясь в жуткие картины. Мой правый глаз не видел ничего, и я был бы очень рад, если бы то же было и с левым.
Я вновь был там. В мире цветущих садов заточенных в колодцы зданий из металла и стекла. Я видел пышущие жизнью лица. И стал свидетелем прихода тьмы. Ее глашатаи бежали впереди, призраком носясь между людьми. Вот странно, в этом мире не было ни демонов, ни эльфов, ни одной другой знакомой мне расы. Только чистокровные люди, пусть их кожа и была самого разного оттенка.
Тревожные вести, разговоры, все чаще заканчивающиеся криком или замыканием собеседников в себе. Никто не знал точно, что именно происходит. Но люди собирали войска. Близкие прощались друг с другом. Добровольцы с мрачными, серьезными лицами стояли в очередях, чтобы записаться в солдаты. Где-то там случилась беда. Ее еще никто не видел — но она была все ближе. А может и видел — но некому было о ней рассказать.
Не знаю, что именно происходило, но в одном можно было быть уверенным: все эти видения мне посылает «глаз Они». Был ли демон свидетелем происходившего, или просто остаток его разума хотел свести меня с ума — не знаю. Но ощущение реальности совершенно исчезло. А потом пробудилась моя собственная память.
— Слыш, сопляк, — парень на три года старше и почти в два раза крупнее сжимал кулаки, — по-хорошему тебе говорю — отдай планшет. Теперь он мой.
— Нет. У меня завтра турнир! Не отдам!
— Ну, крысенышь, ты сам нарываешься, — усмехнулся здоровяк, — держи его, ребята, сейчас он пойдет с лестницы покататься. Спросят в санчасти, так и ответишь, понял? А то еще добавим.
Меня схватили под руки, с твердой уверенностью, что сделать я ничего не смогу. Твари. Я так долго к этому шел. Говорят, я самый младший в российской про лиге. Стану, если одержу победу завтра. Не дам отобрать им свое будущее. Не дам оставить меня навсегда в этом дерьме.
Стоило здоровяку замахнуться, как я поджал ноги, увлекая держащих парней за собой. Противник промахнулся, матерясь совсем не по-детски. Но не растерялся и ударил меня ногой. Остальные последовали его примеру. Они были больше, сильнее и глумились, чувствуя свое полное превосходство. У них не было только одного — моей решимости.
Извернувшись, я схватил зачинщика за ногу и что есть мочи сжал зубы. Толстая джинса не поддавалась, но парень завизжал, как откормленный поросенок. Его дружки начали осматриваться по сторонам, и стоило донестись быстрому топоту женских каблучков, вся троица мгновенно ретировалась. А я остался, побитый, весь в кровоподтеках и ссадинах, но довольно прижимающий к груди целехонький планшет.
Сейчас мое критическое мышление уже не протестовало против увиденного. Мозг слишком ослаб. Оставалось только принять все происходящее как есть — оно было. Картины, одна фантастичнее другой, смешивались в моем рассудке. Различить, где бред, а где воспоминания, было невозможно. Но даже в таком состоянии я слышал все более обеспокоенные разговоры стражников.
Эльфы начали бунтовать. На окраинах империи вновь появились дикие драконы. Русалки топили рыбацкие корабли и торговые суденышки там, где их вроде давно уж извели. Звероящеры появлялись в лесах близ столицы и грабили купцов, обычных людей. Вместе с ними часто видели крысолюдов. В подземье был обнаружен огромный культ бога солнца, в котором участвовало множество ящеров, дварфов и даже эльфов. Там шли постоянные бои.
Новости для меня, в целом, были приятными. К некоторым из них я имел прямое отношение. Надеюсь только, что мои соратницы и рабыни Души не перестараются и будут достаточно осторожны, чтобы не попасться. Не хотелось бы, чтобы их пытали на моих глазах, ведь тогда я точно сломаюсь, и демоны победят.
Последняя новость, впрочем, была не настолько радостной. Воскрешенный бог солнца и света — Святогор походя назначил меня своим первожрецом и потребовал, чтобы перед тем, как я обрету всю положенную власть над этим аспектом, доказал свою верность. Задание крайне прагматичное и циничное одновременно: набрать тысячу последователей.
До того, как меня схватили, их было почти восемь сотен. Я успел отправить несколько групп миссионеров, отдал приказы по созданию разветвленной структуры Домов добра, но большая часть верующих была звероящерами и жила в одном месте. И сейчас они гибли под мечами имперцев. Количество резко сокращалось и сейчас зависло на трех, с небольшим, сотнях.
— Пошевеливайся! — вновь крикнул надсмотрщик, вырывая меня из мыслей. Раздался гул раздираемого воздуха, и спину ожег удар. Убью! Но не сейчас. Вначале необходимо избавиться от ошейника.
* Система книги базируется на бросках кубиков с 4 гранями. К ним добавляются Базовые характеристики — остающиеся постоянными и Бонусом который часто меняется и зависит от противника, условий и прочего. Иногда даже от прямой удачи. Затем показатели требования вычитаются из броска. Возможны состояния от Божественного успеха — когда все получается по мановению волшебной палочки, сумма больше 7, до Демонического провала — когда все надежды и планы рушатся прямо на глазах, сумма меньше −7.
Подробные правила настольной версии МБМ есть в приложениях к старым книгам и будут отдельным документом.
Глава 5
Ошейник из метеоритной стали с блокирующими рунами. Прежде чем меня выпустили из каменной кишки — наглядно продемонстрировали, что ждет за непослушание. Я многое мог себе представить. Введение ядов, окисление, даже то, что у ошейника внезапно могут внутрь отрасти шипы. Но все оказалось куда хуже. Он высасывал жизненную энергию и, как оказалось, до этого работал не на полную мощность.
Спорить с надсмотрщиком, который обладает всей полнотой власти над твоей жизнью — дело крайне неблагодарное. Хотя могу поспорить, именно этот гад многократно был проинструктирован, что будет с ним и его семьей, если я вдруг умру раньше, чем демоны получат свои артефакты. Их вполне устроит любая моя смерть, к которой они и их слуги прямо не имеют отношения.
И все равно было лучше, чем в тюрьме. Осеннее солнце давало достаточно света, чтобы мое тело насыщалось энергией. К тому же у меня, наконец, появилась пища. Не знаю уж, по недосмотру тюремщиков или еще по какой причине, но вскоре я оказался вместе с остальными рабами в одной комнате — остроге. А затем нам выдали еду. Котел с мутноватой водой и редкими кусочками овощей.
— Мое! — взревел детина, явно бывший разбойник, украшенный десятками как застарелых, так и свежих шрамов, бросаясь к общему котлу. Серой шерсти на его теле было столько, что рубаха казалась лишней. Он расталкивал и бил всех, кто оказывался слишком близко к вареву, не давая никому подойти.
Проверка интеллекта. База: 0 (3 интеллект, −3 при смерти). Бонус: −2 общий. Бросок: 3. Требование: 1. Успех.
Узники тут же поделились на тех, кто спокойно ждал, пока здоровяк насытится, и тех, кто старался подобраться ближе. Сил, чтобы его победить, у меня естественно не было. Но мне было и не нужно. Хоть меня и распрягли из упряжи, кандалы, ошейник и маску снимать не собирались. Те же овощи я, в принципе, не мог бы съесть. А вот бульон мне сейчас был жизненно необходим.
