Уберите этого рогатого! (СИ) - Платунова Анна

— Все молодцы! — гаркнул мне в ухо Пирс.

Так вот кто меня запихал в потную и грязную компанию. Обычно мне не нравились слишком тесные объятия и слишком явные проявления чувств, но сейчас — удивительно! — я была не против. Со всех сторон меня тискали, и обнимали, и говорили, что я молодец и принесла команде удачу.

— Наш талисманчик! — орал Пирс.

Все будто позабыли, что обычно Иви Ивейн считалась самой невезучей студенткой третьего курса. Где она — там неприятности, поэтому лучше бы держаться от нее подальше, ну так, на всякий случай. Это что же получается? Один-единственный счастливо забитый мяч, и клеймо неудачницы с меня снято?

В раздевалке я сунула грязные шорты и футболку комком в пакет — все равно стирать. Втиснулась в форменное платье. От напряжения тряслись руки и ноги, и хотелось спрятаться в углу, подальше от однокурсниц, которые продолжали со мной болтать и улыбаться, а у меня совсем не осталось сил на поддержание светских бесед.

Бека уже переоделась и ушла, Аланты и Тисы я тоже не наблюдала.

— Вот она, конечно, зараза! — высказалась Регина, правда, опасливо покосилась на дверь. — Эгоистка. Отдала бы мяч Алексу, они бы не проиграли! А как она Иви уронила!

— Да-а, нехорошо, — согласились все.

— Ерунда, ничего страшного! — бодро сказала я и сбежала.

Я немного волновалась за Дейма. Как он там без меня в мужской раздевалке? Не закинул ли грязную форму в сумку с бездной у всех на глазах? Но, видимо, я переживала зря. Парни покидали раздевалку хоть и взбудораженные прошедшей игрой, но не охреневшие, как было бы, разверни Дейм бездонную сумку.

Сам он уже переоделся в рубашку, брюки и мантию и стоял на выходе из спортивного крыла в окружении троицы красоток — Беки, Аланты и Тисы.

Бека снова выглядела идеально и улыбалась как ни в чем не бывало, хотя мне, подкрадывающейся к ним по коридору и прислушивающейся к разговору, в ее милой улыбочке чудилось нечто хищное.

— Где же сегодня твои очки, Дейм?

— Я в линзах, — ответил Дейм: молодец, не зря прокачивал знания о нашем мире. — Вчера не успел купить.

Бека небрежным жестом заправила уголок шейного платка Дейма под воротник мантии.

«Эй! — вскипела я и прибавила шаг. — Руки прочь от моего фамильяра!»

— Тебе идет, — промурлыкала Бека, но взгляд был острым и нехорошим. — Ты такой идеальный, Дейм. Такой демонически привлекательный!

— Дейм, пойдем! — позвала я, не дойдя пары шагов.

Сердце тревожно сжималось от нехорошего предчувствия. Бека явно что-то подозревала. Хотя какое мне дело до ее догадок! Ректор знает, что фамильяр притворяется студентом по обмену, — мне незачем бояться, что меня раскусят.

Бека обернулась и в упор посмотрела на меня.

— О, Иви. И снова привет.

«Да сто лет бы тебя не видеть!»

— Привет!

— Слушай, ты ведь знаешь, мой отец работает в Министерстве магии советником по призыву сущностей Изначального круга. Он удивился, что ректор просто так взял — пф-ф! — и развеял демона. А еще он сказал, что крайне опасно разрешать третьекурсникам держать такого непредсказуемого фамильяра. Куда, мол, ваш мейстер Тиерс смотрит!

— Какого фамильяра! — Я весьма правдоподобно выпучила глаза, передавая рюкзак Дейму, а он привычно и невозмутимо забросил его на плечо. — Ты бредишь, Тиррел?

— Да это я так, к слову, — расплылась она в неискренней, ядовитой ухмылочке. — Но думаю, что скоро мой отец навестит ректора. А может, и не один. С комиссией. Комиссия должна решать, кто более достоин завести демонического фамильяра.

Мне сделалось как-то очень нехорошо. Я могла сколько угодно изображать невинность, но мы обе — Бека и я — знали, кто такой Дейм. И хотя я сама жаждала отвязать его поскорее и отправить домой, но отдавать Дейма Беке не желала вовсе! Да разве есть такие заклятия? Может, Бека берет меня на слабо?

— Идем, Дейм, — прошептала я.

— Пока, Дейм, — промурлыкала Бека. — Не прощаюсь!

Глава 13

Мы сидели на скамейке в парке и смотрели на детскую площадку. Дети с радостными писками носились по дорожкам, съезжали с горок, а совсем крохотные малыши с упоением копались в песочнице, сооружая куличики и, пока не видели родители, устраивали себе песочный душ прямо из формочек. Такие смешные! И никаких у них проблем и забот. Ни зачетов, ни злобных Бек, положивших глаз на чужое имущество!

Я надкусила рожок с мороженым, пока оно не начало таять. Купила два — себе и Дейму. Заслужил, как ни посмотри. Дейм принял угощение настороженно.

— Белое? Холодное? — уточнил он, глядя на мороженое. — Его можно есть? И те белые холмы…

— Сугробы, — подсказала я.

— Сугро-обы. Их тоже можно есть?

Я рассмеялась. Глядя на уверенного в себе Дейма на спортивном поле, я забыла, что в некотором отношении он и сам как ребенок. Хотя он и «прокачал» знания о нашем мире, но все-таки понимал его не до конца.

— Попробуй! — только и ответила я.

Дейм откусил кусочек, замер, а потом блаженно откинулся на спинку скамейки.

— Белое. Холодное. Сладкое. Слишком сладкое, как по мне, но пойдет. Почему никто не ел сугробы?

— Ты посетил наш мир не в сезон сбора сугробов. Они не созрели! — пошутила я, но, натолкнувшись на внимательный взгляд Дейма, призналась со вздохом: — Да я прикалываюсь, Дейм. Ну что ты как маленький. Сугробы — это просто снег. Замерзшая вода.

Дейм кивнул.

— Замерзшая вода. Понял. У нас нет воды. И заморозков.

— Ясно…

Мы замолчали, хрумкая рожками. Дейм не уставал вертеть головой, глядя то вверх, на небо, то на деревья, окружающие площадку, то на играющих детей, то под ноги, изучая муравьишек. Как у него голова не закружилась? Он с таким восторгом воспринимал самые простые и привычные вещи, что я и сама посмотрела на знакомый мир другими глазами.

— Красиво у нас, — признала я. — Знаю, тебе нельзя говорить, но я уже и так догадалась: у вас там темно и жарко. И скучно.

— Ни запахов. Ни цветов. И ничего не меняется веками…

— Наверное, варить в котлах грешников хоть какое-то развлечение! — ляпнула я.

В общем-то, мои знания об устройстве преисподней этим и ограничивались. Грешников то ли поджаривают на сковородках, то ли варят в котлах, а занимаются этим как раз такие инфернальные создания, как то, что сидит сейчас рядом со мной, жует хрустящую вафлю и уже закапало брюки молочными каплями, срывающимися с кончика рожка.

— Никогда не видел грешников, — между делом сообщил Дейм.

— В смысле! — Я аж распрямилась. — А как же котлы? Сковородки? М-м-м… Костры?

— У нас и без костров пекло, — пожал плечами демонюка. — Котлы, сковородки! Это у кого такая нездоровая фантазия?

Он с осуждением посмотрел на меня. Создание преисподней порицало меня за излишнюю жестокость? Я себя прямо каким-то маньяком ощутила.

— Да это не я придумала! — принялась оправдываться я. — Такие у нас ходят слухи о вашем мироустройстве, и…

Я замолчала и подозрительно прищурилась. Я разыграла Дейма, придумав съедобные сугробы, а он наверняка разыгрывает меня. Сейчас разразится демоническим смехом: «Хо-хо-хо! Ну куда же мы без котлов и железных крючьев!» Хотя стоп, «хо-хо-хо» — это из другой оперы: ни длинной белой бороды, ни красного кафтана у Дейма пока не наблюдалось.

— Это, по-твоему, самое страшное? — хмыкнул Дейм. — Куда страшнее остаться один на один со своими мыслями. Терзая сам себя. В вечной тьме… Забывая…

Дейм вздрогнул и огляделся, точно не понимал, где находится. Будто на короткий миг он что-то вспомнил и осознал.

— Я… — пробормотал он, хмурясь. — О чем я говорил, Веснушка?

— Да ни о чем, — растерялась я. — Сказал, что у вас там вечная скука, а котлов нет.

— Это да, — задумчиво сказал Дейм.

У него был вид человека, разбуженного среди ночи и силящегося вспомнить невероятно интересный сон, однако образы растворяются и ускользают.

Я вытащила из кармана носовой платок, который Дейм дал мне в зале призывов, и хотя я стирала им с пола мел, платок снова был свежайше чистым. Я вытерла руки и капли мороженого с коленей Дейма.