- Ты куда? — не хочу оставаться одна.
- Искать пистолет. Винтовка тоже там. Скоро стемнеет. Если ты хочешь костёр, лучше заниматься глупостями по светлому. — бросает Ян, даже не повернувшись.
- Я с тобой! — кидаюсь за ним.
- Нет! — отрезает адмирал. — У тебя волосы мокрые. Сиди здесь.
Он уходит, а я без сил опускаюсь в кресло.
- Кхм... госпожа Эрис... - оживает искин, стоит двери шаттла закрыться.
- М?
- Я включу вам сушку волос. Только ненадолго... Это действительно опасно.
Моя ж ты лапочка.
- Согласна. Давай, хоть на чуть-чуть.
Какое это блаженство, когда волосы сухие и кожа головы согрета. Меня передёргивает от воспоминания о ледяных объятиях речной воды.
Адмирал возвращается довольно быстро.
- Выходи, истинная. — бурчит он от двери. - Будем... как ты там сказала? «Шмалять» по деревьям.
Я рада его возвращению и даю ему это почувствовать. Губы Яна трогает тень улыбки. Он быстро укладывает крупные ветки в огромный костёр. И первым же выстрелом мы превращаем его в кучу чёрных обугленных дымящихся головешек.
- Попробуй по касательной, чтобы только чуть задеть дерево...
Адмирал снова собирает костёр, отходит на большое расстояние от него, совсем понижает мощность пистолета, и... мы получаем огонь! Часть костра обуглилась, зато вторая дарит нам яркие языки пламени.
Ян резко крепко прижимает меня к себе за шею и касается волос губами.
- Умница. Сейчас мы будем тебя горячим поить...
Это простое, домашнее действие запускает воспоминания... Я отстраняюсь и иду в шаттл. Поднимаю чуть выше рукав комбинезона. На запястье всё ещё «тлеет» браслет. Лайс, муж мой, пожалуйста, просто выживи, прошу...
На ночь мы располагаемся в креслах в шаттле.
- Считаешь здесь безопасно? — спрашиваю Яна, когда искин полностью гасит освещение и в огромный фронтальный иллюминатор открывается завораживающий вид на удивительное небо чужой планеты.
- Для нас везде небезопасно, истинная... Нам повезёт, если не будет бури.
Мы молчим. Я слышу его чувства.
- Скажи, Эрис... ты, хоть когда-нибудь, тосковала по мне так же, как по Лайсу?..
По моей щеке покатилась слеза...
Глава 25.
Эрис. Тинарос.
Посреди ночи нас будит голос искина.
- Внимание! Движение у шаттла!
Мы с адмиралом подскакиваем одновременно. Повреждения бортовых систем не позволяют генерировать силовые защитные поля, но внешние камеры ещё работают.
- Обзор на экран. — тут же включается Ян.
Искин врубает бортовую подсветку и с повисшего перед нами экрана на нас смотрит животное, больше всего похожее на тигрёнка, только угольно чёрного цвета. На голове три маленькие «шишки» между острыми ушками с кисточками. Адмирал ругается. «Котёнок» постоянно открывает пасть. Мы не слышим звука, но и так понятно — он плачет.
- Я убил его мать там, у реки... - говорит адмирал. — Он пришёл по моему запаху. Просто, потому что не знает, куда ещё ему идти и что делать.
Ян снимает с зарядки пистолет.
- Ты что хочешь делать?
- Самое очевидное. — отрезает адмирал. — Мы ничего не знаем о них. Своими криками он призовёт или семью, или своих врагов. Ни те, ни другие нам здесь не нужны. Искин, дверь!
- Ян, подожди! — я бросаюсь за ним и пошатываюсь. Тело ломит, в голове вата.
- Эрис, давай не будем спорить. — в голосе адмирала досада. — Не делай из меня чудовище. Мы не можем позволить ему ошиваться у шаттла и не можем оставить у себя. Мы ничего о нём не знаем. Мы не знаем, на сколько он мал.
- Лесной мэррит. Хищник. Питается мелкими животными. Чрезвычайно хитёр. Отличается осторожностью и сообразительностью. Мастер маскировки. Поймать взрослую особь чрезвычайно трудно. В помёте обычно один котёнок. Редко — два. Вымерший вид. — услужливо вываливает информацию искин.
- Вот видишь. Это просто котёнок. Ещё и вымерший.
- Эрис, это орущий котёнок. — в открытую дверь, и правда, доносится громкий «плач» нашего незваного ночного гостя. Он зовёт свою мать.
- Слушай, если он питается небольшими животными... может, мы сможем добыть мяса с туши его матери. А потом разберёмся. Может, ему просто страшно. Ну нельзя же убивать всех подряд!
Адмирал тяжело вздыхает.
- Спускайся, истинная. Быть может, он вообще не захочет к нам идти. И тогда я его «отпущу». Даже не проси.
Мы спускаемся на площадку. Маленький мэррит сидит рядом с посадочной площадкой и отчаянно «мяукает», хотя эти звуки — нечто среднее между рыком, тявканьем и ещё каким-то непонятным урчанием. Увидев нас, он срывается с места, но лишь отбегает чуть дальше.
- Он не знает нас, как вид. Поэтому не боится. — я присаживаюсь и протягиваю к мэрриту руку. — Иди сюда, малыш.
«Котёнок» смешно наклоняет голову набок, но не двигается с места. Адмирал стоит сзади, готовый в любой момент «решить» нашу проблему. Мне понадобилось время, пока мэррит не решился подойти и обнюхать мою руку. Бархатный, красный язык, щекоча, коснулся кожи.
- Похоже, он готов тебя сожрать. — хмыкает за спиной адмирал. — Забирай его, пошли внутрь. Не известно, кого он привлёк своим плачем, и кто сейчас наблюдает за нами из леса.
Он прав. Я подхватываю мэррита под мягкий животик. Он оказывается тяжёлым.
- Ян, забери его, пожалуйста. Мне плохо. Ещё уроню.
- Что с тобой? — Ян с беспокойством заглядывает в моё лицо.
- Ничего страшного. Просто забери малыша и пойдём в шаттл.
Уже втроём мы возвращаемся внутрь.
- Эрис, что болит? — не отстаёт адмирал.
Я отвечаю ему хриплым, сухим кашлем. Он поджимает губы.
- Понятно.
И мне понятно. У нас нет лекарств, мы не знаем местную фауну... Мне нечем лечиться. Я могу надеяться только на силы своего организма...
Усаживаюсь в кресло. Мэррит, рискуя повредить ещё один комбинезон, тут же пытается забраться по ноге. Ян подхватывает его и укладывает мне на колени. Его ладонь с нежностью проходится по моим волосам.
- Эрис, постарайся не разболеться. Пожалуйста.
Я почти сразу отключаюсь. Огромный котёнок под моей рукой мирно посапывает на коленях... До утра нас больше никто не беспокоит.
А утром я не могу встать. Страшно кружится голова. Из больной груди вырываются хрипы. Я почти не могу говорить. Ян развёл костёр. Котёнок бегает за ним хвостиком. Адмиралу пришлось кормить его мясом матери. Хорошо, что наш мэррит оказался уже не молочным малышом.
- Эрис, держи. — адмирал протягивает одну из чашек, что мы нашли в пищеблоке. Над ней поднимается пар. — Пей.
Я слабыми пальцами пытаюсь удержать её. Горячая вода дарит немного облегчения нещадно саднящему горлу. Ян забирает чашку и вдруг рывком прижимает меня к себе.
- Только не вздумай умирать, слышишь?
Слышу. Я слышу его дикий страх. Хочу пошутить, но из горла вырывается хрип, и меня бьёт кашель. Внутри словно наждаком прошлись. Отстраняюсь от Яна и хватаюсь за грудь. Как же больно...
- Всё будет хорошо, адмирал. Не переживай. — шепчу непослушными губами.
Он снова прижимает меня к себе. Рука зарывается в волосы. Утыкаюсь любом в его плечо. Он касается моей головы щекой.
- Я люблю тебя, истинная... слышишь? Люблю... не вздумай меня бросить. Я ведь тебя и там найду...
Слабыми руками хватаюсь за его плечи.
- Слышу...
Адмирал отпускает меня и бережно снова укладывает в кресло.
- Я не дам тебе ускользнуть. В очередной раз.
- Я знаю... - пытаюсь улыбнуться. Сознание туманится. С каждым вздохом мне тяжелее дышать. Воздух с трудом пробивается в лёгкие.
Устало закрываю глаза. Как же я так... какая глупость... умереть на забытой Первым планете. Вот так...
Глава 26.
Сетна. Орбита.
Мрачный Ал-Тэимис рассматривал в иллюминатор небольшую планету. Флот вышел к орбите три часа назад, и они уже отправили рой разведывательных дронов. Ал-Тэимис перевёл взгляд на экран, развёрнутый искином. На него шла прямая трансляция всего, что видели дроны. Картинки постоянно сменяли одна другую. Правая рука адмирала уже оценил разрушения и чётко понял, что пострадал только дворец. Его показательно и намеренно уничтожили. Ни один рудник не зацепило. Зато погрузочные площадки зияли пустыми стыковочными модулями — шаттлы с бесценным грузом, естественно, отсутствовали. Ранийцы вволю здесь поживились. От души. Ал-Тэимис позволил себе мрачную улыбку. Изящные пальцы сжались в кулаки. Он найдёт их, как сделал это адмирал, и уничтожит. Всех. Без жалости.
