Луна освещает путь в тысячу ли. Том 2 - Альва Александра

– Ещё чего! Разве ты не знаешь, что случается с юными девами, которые попадают в руки к таким мужчинам, как мы? – Солдат провёл ладонью по её толстой косе и прикрыл глаза от наслаждения. – Тем более нам на пути попадались только миловидные крестьянки, а вот заклинательницу мы поймали впервые, так что, будь добра, замолкни и делай, что требуется.

– Вы просто животные.

Из чайного дома вышли ещё двое, держа в руках по кувшину с вином, и над внутренним двориком разнёсся их неприятный хохот.

– Язычок у неё длинный, как раз то, что надо! – выдал мужчина, который уже успел спуститься по лестнице и подойти к пленнице. – Тебя же не придётся учить, как правильно им пользоваться?

Он наклонился к заклинательнице, взял её за подбородок и приник к плотно сомкнутым губам, пока второй солдат с силой оттягивал волосы девушки назад, заставляя её раскрыть рот.

Хоть Гэн Лэй изначально не собирался выдавать себя или ввязываться в потасовки, но такое обращение с женщиной, тем более с заклинательницей из его школы, казалось настолько диким, что он не выдержал и шагнул вбок, намереваясь пройти через парадный вход, но его остановил внезапный вопль.

– Ах ты, тварь! – выкрикнул солдат и отпрыгнул от пленницы, прикрывая рукой разодранную нижнюю губу. – Укусила! Она меня укусила!

– Ты забыл, что она всю жизнь занимается боевыми искусствами? – усмехнулся третий участник этой омерзительной сцены, который всё время стоял в стороне и попивал вино из кувшина. – Тем интереснее для нас! Ты уже отказалась выполнить приказ Великого и Благословенного Драконом Императора, а потому считаешься изменницей.

Он кивнул мужчине с мечом, и тот заставил девушку подняться с подушки, потянув её наверх прямо за косу.

– Все заклинатели в этой прогнившей школе предатели! Думаете, что вы лучше нас, раз общаетесь со своим мелким божком и используете его силу?! Чего ты стоишь теперь, когда не можешь извлечь из своего тела и капли энергии? – Солдат, глаза которого блестели от выпитого вина и возбуждения, схватил её за ворот. – Считаю, что ты должна прямо сейчас снять одежду, ведь этот цвет принадлежит только императору!

Меч, который всё время был плотно приставлен к шее девушки, отодвинулся всего на цунь [42], и этого хватило, чтобы попробовать вырваться: за одно мгновение она вывернула руку, удерживающую клинок, пнула пьяного имперского солдата сапогом между ног и развернулась, отправив свой кулак прямо в челюсть мужчины.

– Хватайте! – зарычал кто-то из них.

Пленница кинулась к выходу, но её поймали за волосы и дёрнули назад так сильно, что она вскрикнула. Тот, кто совсем недавно пытался поцеловать заклинательницу, теперь ударил её в живот и принялся срывать верхние одежды.

– Отойдите от молодой госпожи!

Солдаты удивлённо обернулись, встретившись с прожигающим до самых внутренностей взглядом Гэн Лэя. Он вышел из укрытия, позволив своей драконьей ци свободно течь по двору, и эта энергия заставила ноги мужчин подкоситься от страха, но они всё равно не отпустили свою добычу.

– А ты кто такой? Почему не на площади с остальными? – рявкнул мечник и выставил лезвие цзяня вперёд.

– Я сказал: отпустите молодую госпожу, – повторил Сын Дракона, и в его голосе послышалась угроза.

Тень ужаса скользнула по лицам имперских солдат, но они даже не пошевелились, будто не могли решить, что делать: бежать со всех ног или попробовать убить дерзкого незнакомца. Наконец один из них осмелел и бросился на Гэн Лэя, извергая поток брани:

– Зря ты к нам полез, гад! Я каждый день раскалываю головы таких подонков, как ты, словно это ореховая скорлупа! Скрываешься в тени, точно безродная собака…

Легко отступив вбок, Гэн Лэй оказался позади неповоротливого противника в тяжёлых доспехах и беззвучно выхватил меч из ножен, подрезав тому икры. Следующий удар он нанёс рукоятью по основанию шеи, и мужчина со звоном и скрежетом пластинчатой брони повалился лицом в пыль, словно мешок с костями. Движения Сына Дракона оказались настолько стремительными, что их мог бы заметить только опытный заклинатель: второй солдат неожиданно охнул и тоже упал прямо на столик с закусками, расколов его на несколько частей.

– Отойди, или я… Я убью эту девчонку! – крикнул последний, ещё крепче стискивая волосы пленницы, отчего по её лбу потекли струйки крови.

Гэн Лэй не изменился в лице, оно по-прежнему выражало спокойную решимость. Поймав на безупречном лезвии Хофэя отблеск солнца, он направил яркий луч в глаза мужчины и в мгновение ока появился прямо перед ним, перерезая не защищённую доспехами глотку. Тело грузно опустилось на колени и застыло в этом смиренном положении.

Мёртвая рука застряла в волосах заклинательницы, и когда стало понятно, что больше опасности нет, девушка с отвращением отбросила её от себя, тем самым потревожив труп, который всё же упал на землю, поднимая в воздух облачко пыли.

– Мерзкое животное! – прошептала она и вытерла лицо от кровавых дорожек, которые успели стечь по переносице.

– Вы в порядке? – Гэн Лэй очистил цзянь белоснежным платком и убрал оружие в ножны, после чего протянул ей руку. – Вам сильно досталось.

– Пустяки!

Заклинательница не приняла помощь от чужака и встала сама, прикрывая ладонями отбитый бок. Вблизи её худенькое лицо показалось Гэн Лэю знакомым, но он в последний раз посещал школу Шэньгуан во время своего Посвящения в четырнадцать лет, поэтому не мог сказать наверняка, кто именно стоял перед ним.

Заметив, что девушка тоже внимательно разглядывает его, он спросил:

– Не представитесь?

– Разве вы не должны первым назвать своё имя?

Высокомерие, которое сквозило в её голосе, сразу напомнило ему о двоюродных братьях и старшей сестре, что вели себя точно так же с любым человеком, не принадлежащим к главной ветви семьи Гэн.

– В благодарность за спасение ответьте сначала вы.

Она раздражённо выдохнула, но перестала препираться и поклонилась, вложив левый кулак в правую ладонь:

– Простите мою неучтивость. Я Мэй Шан из семьи заклинателей Мэй, мы живём в Люцзэ с самого основания города. Спасибо, что не закрыли глаза на мою беду.

– Мэй Шан… – повторил он и сделал шаг назад.

Как так вышло, что из всех девушек своего поколения Гэн Лэй встретил здесь именно её? Единственную свидетельницу первого обращения в дракона и подругу детства, которую он собственноручно ранил… Воистину, его судьба хромала на обе ноги [43], раз он выбрал настолько неудачное время для появления.

– Простите, я должен идти.

Гэн Лэй поклонился и решил сбежать как можно скорее, но Мэй Шан оказалась достаточно проворной и успела схватить его за руку.

– Гэгэ? – спросила она с сомнением и, встав на носочки, стянула с него капюшон. – Сначала я подумала, что обозналась, но это и правда ты!

Он не знал, чего теперь ожидать от старой знакомой, поэтому остановился и молча уставился на Мэй Шан, пытаясь прочесть хоть что-то по её светящемуся от любопытства лицу. Неужели она ничего не помнила? Или же просто умело притворялась?

– Сколько лет мы не виделись? Пятнадцать? В день Посвящения я только издалека смогла на тебя посмотреть, а после церемонии ты сразу уехал.

– Тогда мои меридианы ещё не восстановились полностью, – солгал Гэн Лэй, чтобы подкрепить свою легенду, на которой держалась вся его жизнь после обращения. – Я должен был сразу вернуться в скрытый храм Ин, чтобы продолжить обучение там.

– Да, понимаю… – Она как-то странно улыбнулась, и Гэн Лэю стало не по себе от её долгого оценивающего взгляда.

В любом случае, даже если Мэй Шан ничего не помнила, он не собирался восстанавливать дружбу и уж тем более откровенничать с кем-то из школы Шэньгуан: таков был его давний уговор с отцом. Но всё же он решил хоть немного разузнать о последних событиях.

– Расскажешь, что здесь происходит? Почему воины из столицы расхаживают по Люцзэ так, словно они у себя дома?