Я бы с радостью ушёл куда-нибудь подальше, но комплекс принятых мной лекарств подействовал, как хорошее снотворное, и меня на полчаса вырубило. Зато проснулся уже почти здоровым. Ну, это если не считать полупрозрачной корки, покрывающей мою обожжённую грудь.
Напившись воды, я осторожно сел, и приступил к планированию дальнейших действий. В том, что нужно менять место жительства, не было никаких сомнений. За несколько часов на меня один раз наткнулись техники, а затем кто-то без суда и следствия попытался убить.
Мегаполис огромен, можно много недель двигаться в одну сторону, не поднимаясь на поверхность. Каким бы уродом ни был прошлый хозяин тела, но везде нагадить он попросту не мог. Так что мне всего лишь нужно выбраться за пределы конкретной зоны, вне которой никтотне знает об подземном ужасе.
Что ж, продукты у меня есть, с водой тоже все хорошо, да и с вооружением в порядке — все трофеи из схрона перенеслись вместе со мной. Так что нужно выдвигаться прямо сейчас, иначе попадусь властям или тем стрелкам, поджидавшим меня у схрона. В обоих случаях смерть, а я ещё пожить хочу.
Тащить с собой обе тревожные сумки я не смог, так что переложил в одну всё самое ценное, переоделся в новый комбинезон, и пополз к выходу в шахту. Нейросеть заботливо продолжила мне маршрут, по которому я выйду за пределы изученной части катакомб. Ну а дальше уже сам буду думать, как жить.
* * *
Шахта уходила на самый нижний уровень, если не ниже, в какие-нибудь древние штольни, поэтому я не полез на самое дно. И так, очутившись на десять метров ниже своего бывшего убежища, получил от нейросети предупреждение о возможном отравлении.
Поэтому пришлось подняться на метр выше, и нырнуть в боковой воздуховод. Довольно широкий квадратный короб, по которому я полз минут десять в полной темноте, пока не добрался до решётки. Кто-то заботливо открутил преграду так, чтобы под неё можно было пролезть. Ну а дальше был перекрёсток, освещаемый откуда-то сверху, и мне пришлось прибегнуть к помощи нейросети.
Зеленая стрелочка вновь указала правильный путь — направо. Это радовало — в нужном направлении было гораздо светлее. Оно и не удивительно, ведь через пятьдесят метров я очутился у выхода в широкий коридор. Точная копия того, в котором мне довелось впервые очнуться в этом мире. Разве что освещение хуже в два раза. А ещё здесь были люди.
Три фигуры, одетые в такие же комбинезоны, как у меня, столпились аккурат напротив решётки, рядом с какой-то кучей мусора, и что-то негромко обсуждали. Что ж, вот и источник невольной информации, можно послушать, о чём беседуют жители трущоб. А если что-то пойдёт не так, мне есть чем приложить местное отребье. Подавитель — оружие нелетальное, при выстреле выдаёт волну излучения, которая напрочь вырубает нервную систему живого существа. Причем бьёт ружьё расширяющимся лучом на несколько десятков метров, так что у жителей катакомб против меня ни единого шанса. Для защиты от подобного оружия нужно иметь специальное обмундирование, или генератор поля.
Был у подавителя еще один плюс — очень мощная батарея. Практически три сотни выстрелов при полном заряде, но в моем случае — двести. При желании можно обездвижить целую армию.
— Да что ты церемонишься с этой сукой? — донесся до меня голос одного из троицы, едва я замер, вслушиваясь в беседу. — Хватаем её за волосы и тащим в вентиляцию. Пустим по кругу, затем отдадим барону, пусть он дальше решает судьбу этой новенькой.
— Да подожди ты, Жук, может у неё есть кредиты. — ответил другой оборванец. — Слышишь, симпапуля, скидывай на мой счёт всё, что имеется, и я гарантирую, что тебя и пальцем не тронут.
— Пожалуйста, отпустите меня. — прозвучал девичий голос. — Я вам ничего не сделала.
— Вот именно, крошка, ничего не сделала, а по идее должна была, гы-гы! Ты вообще в курсе, что здесь проход платный?
Разговор не нравился мне всё больше. Похоже какая-то девчонка случайно забрела не туда, куда следует, причем сильно не туда. Словно подтверждая мои мысли, заговорил третий оборванец, до этого молчавший:
— Ты чем думала, когда сюда спускалась? Что здесь тебе ничего не угрожает? Идиотка, давай раскошеливайся!
— Но у меня нет кредитов. Я три дня не ела, и сюда попала, когда убегала от сумасшедшего деда с тележкой. — жалобным голосом ответила девчонка, которую я по-прежнему не видел за спинами наглой троицы, собирающейся совершить разбой. — Пожалуйста, отпустите меня.
— Ты назвала старого Бакра сумасшедшим? Ты что, сучка, охренела⁈ — совершенно внезапно взьярился тот, которого другие звали Жуком. — Да мы тут все выросли лишь благодаря его доброте! Ну уж нет, давайте её накажем по полной, а потом отдадим барону. Ух, я прям чувствую, как во мне растёт возбуждение. Ну что ты пялишься, мразь? Встала на колени, живо!
Звук удара, женский вскрик, и сквозь решетку воздуховода я увидел, как в сторону упала хрупкая фигура. Ну а дальше уже подключились мои инстинкты, вложенные с детства родителями. Мне всегда говорили: стариков, женщин и детей бить нельзя. А те, кто это делает — нелюди.
Где-то в подсознании разум пытался остановить меня, убеждая, что передо мной чужаки, до которых не должно быть никакого дела. Но я уже отодвинул решетку, и выскользнул в коридор, сжимая в руках подавитель.
Вскинув приклад к плечу, навёл толстый ствол на самого дёрганого — Жука, и выбрал спусковой крючок.
— Вшух-х!
Расстояние детское — меньше десяти метров, поэтому облучение зацепило не только Жука, но и второго оборванца. Оба рухнули на пол, словно из них выбили дух. Впрочем, так оно и было. Зато третий, резко повернувшись ко мне, замер неподвижно. В его глазах за считанные секунды проскользнули: недоумение, узнавание, а в конце парня, которому исполнилось едва ли шестнадцать, сковал страх. Выставив перед собой трясущиеся руки, он произнес, заикаясь:
— Н-н-не н-над-до! П-пом-мил-луй. М-мы н-не з-знали, что это т-твоя добыча. П-пощади, Ужас!
И вот тут я понял, что не знаю, как правильно повести себя. Если отыгрывать роль этого самого Ужаса, а именно так называли местные предыдущего хозяина тела, следовало бы прикончить всех присутствующих. Делать этого я, разумеется, не стану. Но и отпускать просто так будет неправильно. Чёрт, ладно, сделаем так:
— Не скули. Твои дружки скоро очнутся. Ну а ты прямо сейчас пойдёшь к барону, и скажешь ему, что Ужас уходит. Совсем уходит, понял⁈ Ну, чего встал? Проваливай!
— Ты не заберёшь мою душу! — внезапно закричал оборванец, и схватился за рукоять ножа на поясе. Дальше всё произошло в считанные мгновения. Едва лезвие покинуло ножны, я тут же выстрелил. И не успел.
Как выяснилось, противник не собирался нападать. Вместо этого он с силой вогнал клинок себе в шею. А в следующую секунду начал заваливаться на бок, лишившись сознания. Я тут же подскочил к нему, собираясь помочь идиоту, но увидев, как из-под глубоко вошедшего лезвия сочится кровь, понял — парень уже мертв.
Словно подтверждая мои мысли, от тела отделился сгусток серого тумана и втянулся в мою ногу, расположенную ближе всего к телу убитого. Перед глазами тут же появилось сообщение от нейросети:
'Гражданин Кирэл (Возраст: 16 лет. Социальный рейтинг: −5000. Кредиты: 0. Статус: в розыске).
Вы впитали один сгусток энергии неопознанного свойства. Рекомендация: немедленно посетить лечебное заведение или капсулу диагноста. Влияние на организм энергии неизвестного вида может угрожать вашей жизни.
Общее состояние организма: 84 % от нормы'
И тут же весь обзор перекрыло второе сообщение, более яркое, объёмное:
'Получено десять частиц духа.
Доступно энергии: двенадцать частиц духа (двенадцать процентов от максимума энергоядра)'
— Вот чёрт! — выругался я, понимая, что стал причиной смерти человека. Хорошо ещё, что рана не на все горло, и оборванец лежит неподвижно, а то бы я выдал наружу содержимое желудка.
