Уберите этого рогатого! (СИ) - Платунова Анна

— Ах, какая жалость, что никак не получится передать фамильяра милой Беке прямо сейчас, — посетовала я со всей искренностью, на которую была способна. — Ведь его настоящего имени мы так и не знаем!

— Просто прикажи фамильяру его назвать, — сообщил советник как нечто само собой разумеющееся.

— Просто… Просто приказать? А что, так можно было? — пролепетала я.

До этого момента я чувствовала себя почти спокойно. Да, ситуация неприятная, старший Тиррел будет давить и умасливать, а поняв, что ничего не выходит, еще и угрожать начнет — с него станется. Но он, напротив, казался невозмутимым, даже заскучал, решив, что вопрос закрыт.

— Так нужно было! — усмехнулся он и выдрал из рук ректора распоряжение, которое тот внимательно изучал. — Правда, твари Бездны пытаются обезопасить себя. Хитрят, лукавят. Вопрос об имени должен звучать четко и ясно. Одна попытка — раз в сутки. Что же вы не учите своих студентов, как обращаться с призванными сущностями, уважаемый господин Тиерс?

— Может быть, потому, что они должны сами найти способ? Это и есть обучение! — отрезал ректор.

Я оглянулась на Дейма. Наши взгляды встретились. Я не могла видеть себя со стороны, но предполагала, что мои глаза сейчас сделались огромными, как у того единорога с розовой пижамки.

Это что же, я больше никогда не увижу бесячую розовую пижамку? И не услышу жутковатую, но прилипчивую песенку «Зажарю я, зажарю. Зажарю, испеку»? Не посмеюсь над Деймом, который идет по дороге и перешагивает через муравьев? Не куплю ему кофе? Самый горький и гадкий кофе во всем мире…

Дейм тоже смотрел на меня, и, клянусь, это не мое воображение нарисовало грусть на его лице. Кончики губ Дейма, обычно приподнятые будто бы в вечном ожидании радости и сюрпризов от жизни, опустились.

— Но я не хочу быть фамильяром Беки! — негромко сказал он.

— Да кто тебя спрашивает! — хохотнул советник. — У тебя, существо, нет никаких прав. Давай, Ивейн, спрашивай имя, и пройдемте в зал призывов для завершения перепривязки.

— Что делать, Дейм? — одними губами спросила я, и тут меня осенило, я громко и требовательно произнесла: — Просто назови имя!

«Любое имя!» — подсказывал мой взгляд.

Дейм моргнул, будто бы вынырнул из тьмы на белый свет. Улыбка снова приподняла кончики рта.

— Румпельштильцхен! — отрапортовал Дейм.

— Ой! — пискнула я, изображая огорчение. — Кажется, я неправильно вопрос сформулировала. Ну и ну! Что же делать?

— Я вернусь завтра, и закончим дело! — рявкнул старший Тиррел.

Он злобно защелкнул замок на портфеле и покинул кабинет ректора Тиерса. Правда, на пороге ему пришлось помучиться, пытаясь обойти Дейма. Тот с невинным и безмятежным видом делал шаг ровно в ту же сторону, в какую двигался советник. Так они плясали несколько долгих секунд, пока Дейм не склонился в шутовском поклоне, пропуская отца Беки.

Мы получили отсрочку на один день. Однако завтра нам не выкрутиться.

— Студентка Ивейн, возьмите эти книги домой и прочитайте. — Ректор пододвинул два потрепанных издания в мою сторону. — Это новые теологические исследования относительно созданий преисподней.

Я удивилась, но книги взяла. Ректор Тиерс подготовил для меня какую-то подсказку? Если так, буду читать всю ночь напролет.

Глава 19

Мы не вернулись на занятия. Если бы я сейчас увидела эту гадину Беку, не сдержалась бы и просто придушила ее. Мы сели на скамейке в академическом сквере со стаканчиками кофе в руках. Даже сладкий миндальный каф не лез в горло, поэтому я вертела свой стаканчик в ладонях и краем глаза косилась на Дейма. Он тоже не пил свою любимую горькую гадость.

— Дейм, завтра…

«Мы что-нибудь придумаем!» Ободряющая ложь готова была сорваться с языка, но я не хотела обманывать Дейма и обманываться сама.

— Завтра я должна буду тебя отпустить, — сказала я правду. — Понимаю, что там, в вашем пекле, скучно и тоскливо, ты не хочешь возвращаться, но, поверь мне, стать фамильяром Беки — хуже в тысячу раз.

Дейм кивнул, не глядя на меня.

— Я знал, что мой побег не будет продолжаться вечно, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал беспечно. — Это было… захватывающее приключение! Спасибо, Иви.

— Мне-то за что, — пробормотала я.

На самом деле это не он, а я должна благодарить фамильяра, который за несколько дней изменил мою жизнь в лучшую сторону. Оказывается, даже с проклятием невезучести можно жить счастливо, если рядом есть тот, кто верит в тебя и всегда на твоей стороне. Конечно, никакого проклятия невезучести не существовало, я сама придумала его, чтобы как-то объяснить постоянно происходящую со мной дичь. Однако в последние дни я уже и забыла, что считала себя неудачницей.

— У меня к тебе только одна просьба, — помолчав, сказал Дейм.

— Да, что угодно! — воскликнула я.

— Давай притворимся, что завтра не наступит, — улыбнулся он.

— У меня есть предложение получше!

Меня озарила идея, и я не собиралась терять больше ни минуты драгоценного времени. Я выдрала из рук Дейма его сумку с бездной, отправила оба стаканчика с остывшим кофе в небытие и потянула Дейма за рукав, принуждая встать со скамейки.

— Ты здесь почти две недели, а еще не побывал в парке аттракционов! И не поднимался на смотровую площадку Хрустальной башни! И не попробовал курочку в «Золотистых хрустящих цыплятах»! Столько дел, столько дел. Бежим!

— Что такое аттракционы? — поинтересовался Дейм на ходу.

— Аттракционы… Аттракционы… — Я слегка подвисла из-за необходимости объяснять очевидное: даже трехлетние дети знают, что такое аттракционы. — Это такие устройства, созданные для развлечения. Это и страшно, и весело, и… Ты сам увидишь. Платишь деньги и катаешься.

— Платишь деньги? — удивился Дейм. — За развлечение? А почему тогда это все… бесплатно?

Он обернулся вокруг своей оси, будто хотел уместить в одном взгляде и распустившиеся первоцветы, и колышущиеся на ветру зеленые ветви, и играющих детей, и проезжающие машины.

— Долго объяснять. — Больше я не нашлась, что ответить.

Возвышающиеся над верхушками парковых кленов «бешеные горки» сразу привлекали к себе внимание. Но чтобы забраться в дребезжащий вагончик, надо набраться мужества, для начала займемся чем-то не столь адреналиновым и опасным.

— Тир! — провозгласила я, заворачивая Дейма ко входу в стеклянный павильон.

На деревянных стойках располагались ружья, противоположную стену занимали подставки с фигурками, внизу беспрерывно ползла лента с желтыми уточками. Под потолком болтались связки воздушных шаров и несколько набивных драконов с мягкими крыльями и с улыбками на пучеглазых мордах.

— Дракон в подарок за десять сбитых уточек, — скучающим тоном объявил инструктор. На вид ему было лет восемнадцать, видно, парень подрабатывал в парке в свободное время. — А если попаданий меньше, тогда шарик.

— Хочешь дракона? — спросил Дейм, будто все зависело только от моего желания, а не от его меткости.

— Ну… если получится, — деликатно ответила я.

Дейм с интересом разглядывал крылатое чудо-юдо.

— Страшненькое создание, конечно. Это где же такие водятся?

Инструктор тира аж проснулся и выпучил на Дейма глаза.

— Примерно там же, где единороги, — вздохнула я. — Драконы вымерли в прошлом веке, Дейм. Но ученые обещают их клонировать! Раньше на них летали. Эх, времена были!

Дейм взял ружье, согнул пополам с таким видом, будто знал, что делает.

— Сколько пулек? — Паренек вытащил коробочку с нижней полки.

— Как сколько? — удивился Дейм. — Десять сбитых уточек — десять пулек.

Отлично, считать он умеет. Еще бы стрелял так же хорошо. Я изобразила уверенную улыбку.

— Да, точно. Больше не понадобится.

Дейм заправил пульку без моей помощи. Учится на лету. С хрустом закрыл ружье, встал навытяжку, как заправский охотник, не используя деревянную подставку, чтобы прицелиться получше. Он застыл, метясь в уточку. Выстрел. Уточка, проплывающая по нарисованным волнам, перевернулась вверх ногами.