Уберите этого рогатого! (СИ) - Платунова Анна

Дейм подошел вплотную к стеклу, уперся лбом в прозрачную преграду, разглядывая расстилающийся внизу город: огни проспектов, темные пятна парков, мерцающую полосу реки. Над горизонтом висел огромный диск полной луны.

В двух шагах от нас мама показывала сынишке центральную площадь и здание администрации, театр и старинный храм Пресветлого. Все это очень интересно, но я не стала отвлекать Дейма разговорами, у нас всего несколько минут, пусть любуется.

— Это потрясающе, Веснушка, — выдохнул Дейм, подумал и добавил: — Вау!

— Как тебя зовут на самом деле, Дейм? — прошептала я.

— Меня зовут Деннис Эверард Корвин, — ответил он, не отворачиваясь от стекла.

— Ден…нис? — запнулась я, готовая к чему угодно, но только не к такому простому человеческому имени. — Почему?

Дейм пожал плечами.

— Я не помню.

— Ой! Разве ты мог сказать мне имя сейчас, ведь сутки еще не прошли?

Я увидела в полутемном отражении Дейма его грустную улыбку.

— По своей воле я могу открыть его в любой момент. И я хочу, чтобы ты знала мое настоящее имя, Иви. Я тебе верю.

Глава 21

Домой я вползла еле живая от усталости, хотелось принять душ и завалиться спать, но я ни на минуту не забывала, что в рюкзаке меня ждут книги, которые ректор Тиерс ненавязчиво посоветовал почитать.

Поэтому душ я приняла ледяной, бодрящий, такой, что зубы свело, а когда вышла, завернувшись в халат и стуча зубами от холода, еще и закинула в рот горсть кофейных зерен. Разгрызла их и запила водой. Будем считать, что подзарядилась энергией на бессонную ночь.

Дейм втянул аромат кофе из открытого пакета, блаженно зажмурился.

— М-м-м, мне будет этого не хватать!

Мы устроились с ним бок о бок на простынке в цветочек. Как-то само собой так получилось. Дейм улегся было на привычное место с эфирником в руках, а я взбила подушку, поставила ее стоймя и открыла книгу, но потом подумала: все равно ночью не спать, так лучше не спать в компании с другом — и сползла к нему вниз.

— Эй, подвинься, — пробурчала я.

Дейм освободил местечко, сел, прислонившись к кровати, а я плюхнулась рядом, зашуршала страничками книги.

— «Новые теологические исследования в области демонологии», — вслух прочитала я. — Хм… Автор — профессор кафедры трансцендентной магии Альберт Вейс.

— Нас исследуют. Какая честь! — хмыкнул Дейм.

Или стоило назвать его Деннисом? Нет, все-таки я привыкла к «Дейму», да и фамильяр не возражал.

— Я расскажу, если узнаю что-то интересное и полезное, — пообещала я, потому как Дейм уже сунул любопытный нос в книгу. — Не мешай, у нас мало времени.

Открывалась книга примечанием редактора, где говорилось, что труд профессора Вейса был принят научным сообществом неоднозначно. Ряд коллег автора выразил несогласие с основными тезисами, назвав их «излишне гуманистическими» и «не подкрепленными достаточной практической базой». Другими словами, этот труд считался только гипотезой, поэтому студентам о книге не рассказывали.

Я углубилась в чтение и уже спустя десяток страниц позабыла обо всем на свете. Я читала и едва переводила дыхание от изумления. Даже если работа профессора только гипотеза — она потрясающая!

Самый первый абзац уже переворачивал с ног на голову привычные представления о созданиях Бездны.

«Долгое время в научном сообществе господствовало представление о демонах как о самостоятельных существах, извечно обитающих в Изначальном круге и иных слоях Бездны,— созданиях, рожденных тьмой. Представление это было удобным, оно позволяло не задавать лишних вопросов. Мы провели сорок лет, добывая доказательства, собирая опыт призывателей со всего мира, изучили записи, хранящиеся в архивах, и можем со всей ответственностью заявить, что демоны — это люди. Вернее, то, во что люди превращаются…»

Я хватанула ртом воздух и сбоку поглядела на Дейма, который смотрел в эфирнике лекцию по истории и не обращал на меня внимания.

Скорее зашуршала страницами дальше.

«Бездна — не место рождения инфернальных созданий. Бездна — место назначения человеческих душ, отягощенных при жизни деяниями определенного рода: себялюбием крайней степени, пренебрежением к жизни — собственной и чужой, расточительством дарованных возможностей, намеренным причинением страдания, равнодушием как нормой существования…»

Профессор Вайс считал, что демоны — это на самом деле души людей, которые при жизни творили много разного нехорошего и попадали в преисподнюю, где постепенно под воздействием мощной магической силы перерождались в новых существ. Сильных, опасных, ничего не помнящих о своей земной жизни.

Вернее, кое-что они все-таки запоминали. Чаще всего момент, на котором их человеческая жизнь оборвалась. Профессор приводил в пример старинные записи призывателя, работавшего еще в прошлом веке: «Я спросил демона, помнит ли он что-нибудь о том, кем был прежде. Он долго молчал, а потом ответил: “Трава. Высокая трава, и в ней кузнечики”. И больше не сказал ничего».

Единственное, что остается с ними навсегда, — земное имя. Человеческая душа держится за него как за последний якорь. Поэтому имя имеет такую огромную власть над демоном. Только имя позволяет разорвать связь, подчинить демона или, наоборот, освободить от подчинения…

В книге приводились десятки примеров того, как призыватели общались с созданиями Бездны. Чем больше они напитывались магией, тем больше менялись, тем скорее забывали, но зато становились сильней.

Я глотала страницы с такой скоростью, что за два часа закончила книгу. Заканчивалась она словами профессора, разбередившими мне душу: «Демон — это человек, который однажды заблудился, и дорога назад оказалась длиной в вечность».

Я бросилась в ванную и включила холодную воду, намочила ладони и прижала к разгоряченным щекам. В мыслях набатом звучали одни и те же слова: «Освободить от подчинения… Освободить от подчинения…».

Вторая книга, к моему удивлению, была сборником сказок и легенд. В одной истории говорилось, что добрая и чистая душой девушка полюбила демона Бездны, поверила ему и освободила, поручившись перед Пресветлым, что он не будет больше творить злых дел. Демон получил шанс прожить человеческую жизнь, начиная с того момента, как расстался с ней сотни лет назад. Однако, освободившись, коварный тип сбежал от своей благодетельницы. Убивал, грабил и совершал разные непотребства, пока маги не отыскали его и не уничтожили. Поучительная история, что сказать…

У меня голова шла кругом. Я не понимала, чего добивался ректор Тиерс. Хотел помочь? Хотел научить? Вот, мол, кто такой твой Дейм, но верить ему все равно нельзя?

Я со стоном сжала виски, разрываясь от противоречий.

Значит, есть способ освободить Дейма и оставить его в нашем мире?

Но что, если его доброе отношение ко мне, его улыбки, его помощь — все лишь коварство и притворство?

— Дейм?..

— Что, Веснушка? — Дейм нажал на паузу и поднял на меня глаза.

— Нет… Ничего.

Дейм вернулся к ролику, когда я снова его позвала:

— Деннис Эверард Корвин!

Дейм вскинулся, распрямился, глаза зажглись желтым светом.

— Да. Я слушаю, — ответил он незнакомым, гулким голосом.

— Нет… Нет… Прости. Давай спать.

Я не сомкнула глаз до утра, решив завтра первым же делом найти ректора Тиерса и посоветоваться с ним.

Глава 22

Первой парой стоял практикум по основам целительской магии, которую вела мейстери Тари. Раньше, до выхода на пенсию, она работала медсестрой в нашей академии, и мы совершенно не ожидали увидеть ее в роли преподавательницы. На занятиях мы в основном учились накладывать повязки на руки, ноги, голову, в этом деле я была уже профи — можно прогулять пару с чистой душой. Тем более что нас ждало безотлагательное дело — разговор с ректором Тиерсом. Мне не терпелось обсудить с ним найденное в книге и попросить совета.

— Иви, ты обещала рассказать, если наткнешься на что-то интересное, — напомнил Дейм.