Вечные Пески Том 9 (СИ) - Сухов Лео

Дикий Шёпот — идеальный психопат Вечных Песков. Гениальный, умелый и невероятный. И когда-то он задался целью уничтожить всё живое, не сумев перебороть заложенные людьми установки. Ну и, конечно же, нашёл выход из состояния равновесия.

Все мы не обратили внимания, что его голос стал иным. Все мы забыли, что любые изменения в Диком Шёпоте — предвестники беды.

Ладно. В первую очередь, я забыл. Я, человек, которому не просто поведали историю его появления, но и единственный, похоже, в Вечных Песках, кто был способен понять эти объяснения.

Я пропустил момент, когда Дикий Шёпот нашёл способ переломить ход событий. И да, я не особо виню себя за это. Да и никто не смог бы меня обвинить. Вся моя вина была только в том, что я долго не прислушивался к тому, что звучит на краю сознания. Слишком расслабился.

Но именно мне пришлось исправлять оплошность. Потому что понимал, будь я внимательнее, и случившегося можно было бы избежать. С другой стороны… Если бы меня и моих людей не было в тот день на берегу Тихой, всё могло пойти по другому сценарию.

А последующее решение исправить свою невнимательность и предопределило конец. Конец всего моего большого приключения.

Нет, история ещё не закончилась, конечно. Просто с того дня, когда был прерван отдых, мой и моего отряда, свернуть с выбранного пути уже не вышло бы. Только пройти его до конца. Ну или благополучно сдохнуть.

Глава 204

Той ночью меня бесцеремонно растолкали. Я заставил себя сесть и осознать, что творится вокруг. Будивший меня Ситранис и сам выглядел не лучшим образом. Видимо, тоже только встал, перед тем как заскочить в мой шатёр. Правда, это не помешало ему спросить, встряхнув меня за плечо:

— Ишер, брат! Ты проснулся?

— Нет, ещё сплю, — предельно честно ответил я.

О причинах внезапной побудки спрашивать его не стал. И без того уже слышал звуки боя за стенками шатра, но в отдалении, куда-то к северу лагеря.

— Что там? — я резко встал, сбрасывая остатки сна.

— Говорят, гухулы пришли со стороны Танлавара! — признался регой, заканчивая с доспехом, в который начал облачаться, видимо, пока бежал ко мне. — Откуда вообще демоны на левом берегу, Ишер?

Я только рукой махнул, не до размышлений было. Влез в начинающий серебриться доспех и, быстро затянув ремни, потянулся к оружию. Топор в правую руку, щит в левую.

Я выскочил из шатра вслед за Ситранисом. Ночной ветерок ударил в лицо, освежая и разгоняя даже те крошечные остатки сна, что ещё были. По ночам уже становилось прохладно. Надо было готовиться к зиме. Всё-таки она близко.

Лагерь гудел. Вооружённые бойцы выскакивали из шатров, на ходу застёгивая доспехи. Кто-то кричал, раздавая приказы. Где-то ревели переханы, и противно визжали танаки. С северной окраины лагеря, со стороны Танлавара, слышался звон оружия и яростные вопли.

Я начал шептать ещё на бегу, хоть это и было непросто: суета, необходимость смотреть под ноги. И множество живых бойцов, бегущих туда же. Но я упрямо давил и давил своей волей. Песок в пределах моей видимости приходил в движение, вздыбливался, закручивался вихрями. А из этих вихрей формировались вооружённые фигуры. «Нашёптыши» вставали прямо из земли и начинали бежать рядом, постепенно обгоняя и вырываясь вперёд.

Туда, где гремел бой.

Добравшись до окраины лагеря, я увидел настоящий хаос. Видимо, гухулы напали слишком неожиданно. Сотни врагов, плохое освещение, расслабившиеся бойцы. Всё это сыграло на руку врагу. Но самое поганое — они ударили там, где стояли новички. И это позволило им прорваться в лагерь быстро, чересчур быстро. Их когтистые лапы рвали палатки, а хриплое дыхание смешивалось с криками людей — иногда воинственными, а иногда предсмертными.

Сопротивление им оказывали. Кто-то из командиров сумел выстроить новеньких, не дав врагу прорваться дальше. И теперь бойцы стояли плечом к плечу, отбивая атаки гухулов, которые лезли на строй, как обезумевшие. Сомневаюсь, что это сопротивление долго бы продержалось.

Но подкрепление уже прибыло.

«Нашёптыши» врезались в гущу боя первыми. Успели раньше живых людей. Чёрные фигуры обогнули строй и ударили по гухулам. Я продолжал шептать, собирая жизненную силу. Она уже текла, собираясь в воздухе: первые капли, первые струйки. Я втягивал её, вливая в землю и песок, создавая новых и новых воинов. А они вставали и шли в бой, оттесняя с передовой бойцов из плоти и крови. Часть людей мы уже потеряли, так что… Не хотелось множить жертвы в эту ночь.

Бой на краю лагеря стих так же внезапно, как начался. Последних гухулов добивали, оттеснив на добрый десяток шагов от палаток. Я бы сказал, что мы легко отделались. Хотя жертвы, естественно, всё равно были. Десятка три моих людей лежали на земле. Вперемешку с телами тех, кто ещё недавно был гухулами.

Однако это у нас бой стих. А вот со стороны моста через Тихую доносился лязг, визг и крики. Да и у Танлавара что-то явно происходило. Над его высокими стенами тревожно вспыхивали какие-то огни.

— Мне нужно три тысячи человек! — заорал я в тишине, на миг наставшей в лагере. — Истор! Ситранис! Соберите людей!

Регой кивнул и понёсся к загонам, на ходу раздавая приказы. Лагерь снова пришёл в движение. Бойцы, только что отбившие атаку, хватали сёдла и бежали к переханам. Запасные факелы зажигали от догорающих костров. Свет заплясал по лагерю, выхватывая из темноты то бегущую фигуру человека, то оскаленную морду перехана, которому не дали поспать.

Сборы были недолгими. Вскочив в седло приведённого мне животного, я оглядел строй. Часть воинов уже готовила для купола чёрный песок. Ферт проснулся и пил травяной отвар, сидя у костра неподалёку. За своих людей я мог теперь не переживать. А вот за город — очень даже.

Мы вылетели из лагеря, освещая путь впереди факелами. Дорога к мосту хоть и была знакома, но сейчас казалась бесконечной. Над Танлаваром, между тем, продолжали вспыхивать огни. А я гнал перехана к мосту и думал, что вот-вот увижу демонов, прущих с правого берега.

Реальность превзошла ожидания. На мосту и в самом деле кипел бой, но совсем не тот, что я думал. Демоны набегали не с правого берега. Они набегали вдоль берега, со стороны Танлавара.

Они уже были в Междуречье.

Остановив перехана, я застыл на несколько кратких мгновений. Нужно было дать себе пару ударов сердца, чтобы осмыслить увиденное. Мой отряд, следуя примеру, остановился вместе со мной.

Долго думать я не стал. По наёмничьей привычке, сходу оценил обстановку.

Мост обороняли всадники на юглах. Их огромные ящеры встали живой стеной поперёк каменных плит. Всадники в тяжёлой броне рубили длинными мечами, а юглы рвали когтями. Вот только демоны лезли и лезли, всё более обширной кляксой скапливаясь у входа на мост. И крепость на острове, к которой демоны, видимо, и рвались, помочь ничем не могла. Она была слишком далеко. И да, оттуда уже тянулась пехота, но было её не так много.

Ситранис выругался. Длинно, грязно, с чувством. Я был с ним полностью согласен. То, что я видел сейчас, не укладывалось в голове. Демоны ведь не могли перейти реку. Они боялись воды. Все твари орды боялись воды. Кроме, разве что, высших, но те не стали бы лезть в одиночку. Как? Как они оказались здесь?

Оставалось надеяться, что ответы мы вскоре получим. А пока нужно было срочно что-то предпринять. В отличие от большинства, я с ночным зрением видел, что демонов очень много. И они текут рекой со стороны Танлавара и портового городка. Мне, откровенно говоря, стало страшно оттого, что орда могла уже прорваться за стены.

Я стиснул зубы и поднял топор, оценивая расстояние до врага. Гухулы клубились у начала моста тёмной массой. Чуяли, видимо, жизнь на острове. Да и самими всадниками на юглах закусить не отказались бы. Вот и напирали на более близкую добычу, не замечая нас.

— Слушай приказ! — заорал я, перекрывая шум боя у моста. — Лучники, вперёд! Обстрелять с ходу! Основной отряд, за мной! Таранным ударом насквозь! Не останавливаться! Кто потерял строй, добивайте одиночек и догоняйте! Как станет свободнее, начинаем разворот. Ситранис, а ты после тарана, вместо разворота, займись другим. Возьми тысячу человек. Глянь, откуда эти сволочи лезут. И, главное, не дай им ударить в наш тыл.