Первая кампания (СИ) - Александров Алексей "Vizivul"

— Мой господин, князь Ринор Нором, приглашает вас к себе.

Вот и разгадка смелости поведения. Она у нас приближена к главному телу лагеря. Похоже, очень близко приближена.

Князя Нором приглашает, а не требует вот прямо немедленно к нему явиться — это плюс. Но его интерес — это минус. Впрочем, этот интерес можно использовать. Да и отказаться от такого «любезного» приглашения нельзя. Когда тебя приглашают к фактическому командующему этим балаганом, то молодой оруженосец должен из штанов выпрыгнуть и спешно бежать на поклон к князю. А мне и выпрыгивать не нужно из-за их отсутствия.

— Я бы с-с радос-стью п-принял любезное п-приглашение князя. Но, б-боюсь, моя од-дежда пострадала, — выразительный взгляд на голые ноги, торчащие из-под тонкого одеяла.

— Это решаемо, — сочувственно кивнула незнакомка. — Вам немедленно доставят всё необходимое.

Покинув палатку она громко хлопнула в ладоши. Так она не одна, а с сопровождающими. А я их не заметил. Значит, точно непростая девица. Вон как чисто на великогартском разговаривает. Лучше княгини Дивии. Нужно быть с ней настороже.

А я ее хотел в висок рукоятью револьвера приложить, чтобы не шумела. Хорошо, что не пришлось.

Незнакомка произнесла что-то на дхивальском. Я тот ещё знаток языка, но за время, проведённое на Талхале, некоторые слова запомнил. И глагол «принести» уловил. На глагол «схватить» он совершенно не похож.

Что же, ради штанов и приличной пары ботинок я готов встретиться даже с князем Норомом. Особенно если меня пока что не раскрыли. Это лучше, чем по палаткам шарить, оставленные вещи искать. Возможно, что и безопаснее.

Причина интереса князя понятна — хочет узнать из первых рук, что случилось с погибшим магом. Лучше этот интерес удовлетворю я, а не посланные в разгромленный лагерь ищейки, которые, чего доброго, сунутся в джунгли и найдут спрятанные в гуще папоротника трупы.

Не нервничаем. Я, Агон Блэйр — раненый и контуженый оруженосец. Причем оруженосец Компании, а не князя Норома. Это я могу утверждать с уверенностью. Гербы на машинах могут быть весьма информативны, если обращать на них внимание.

Некоторое время ничего не происходило. Если бы не отчетливый силуэт девушки на ткани палатки, видимый в свете заходящего солнца, я бы решил, что посланница князя ушла. Но нет, стоит неподвижно перед входом. Совершенно тихо и без единого движения, словно какая-то статуя.

Ещё один штришок — деталь к портрету. Всё моё внутреннее чутьё вопит о том, что незнакомка очень опасна. А я привык ему доверять.

К «тени» подошла вторая «тень». Низко поклонилась, что-то передала. Клапан палатки вновь разошелся.

— Ваша одежда, ласс, — сообщила служанка, или кто там она князю Норому? — Поторопитесь. Нас ждут, — нетерпеливо добавила она, положив на землю вместительную стопку, одежды и пару ботинок.

Сразу видно, что меня «приглашают». Просто отказ не предполагается даже в теории.

Девушка вновь вышла. Я потянулся к оставленной одежде. Китель оставлю свой, а штаны не помешают. Хватит сверкать подштанниками.

Ткань на штанах так себе. Пошив грубый — явно на колониальных пехотинцев расчёт. Чего на них тратиться? Цвет от цвета моего кителя слегка отличается, более блеклый. Но в моём положении не стоит привередничать.

А ботинки ничего. На первый взгляд довольно крепкие. Правда, они с обмотками — непривычная штука. Но справлюсь — что тут сложного?

Быстро натянув доставленное на себя, я застегнул на поясе ремень с револьвером и нехотя выбрался из палатки. Проверим, позволят ли мне заявиться к князю с оружием.

— Вы готовы? — обожгла меня нетерпеливым взглядом девушка. — Идёмте, ласс.

Револьвер она проигнорировала. Что же, отказываться больше нет причины, как и возможности. На арест это точно не походит.

Арестованным не оставляют оружие.

Палатка князя Норома была несколько больше, чем прочие, но ненамного. На фоне шатра, который ставят для того же Руяна, это и вовсе образец скромности.

Внутреннее убранство этого полевого жилья мне оценить не удалось. Ринор Нором ожидал нас у небольшого костра, разведённого перед палаткой.

Князь Нором…

Много слышал об этом человеке. Как хорошего, так и плохого. Настоящая легенда колониальных войн. Удачливый наёмник, сколотивший небольшую частную армию внутри частной армии — Компании Южных морей. И самостоятельно завоевавший с помощью этой армии внушительный архипелаг. Не самый заселённый, но только по местным меркам. Мне бы в Вольную марку хотя бы десятую часть населения этого «не самого заселённого».

Но завоевать мало. Ринор Нором или как он себя теперь называет князь Ринор Нором, сумел удержать завоеванное. Подкупами, интригами, убеждением, а то и угрозами он смог оставить этот вкусный кусок за собой. Достижение в моих глазах куда более значимое, чем простой захват.

Князь был немолод. Тот странный рубеж между полной зрелостью и старостью. Когда тело всё еще крепкое, но тяжесть прожитых лет нет-нет, а напоминает о себе внезапными болями или ворчанием старых ран.

Его некогда тёмные волосы теперь украшали не просто нити седины, а целые пряди белизны, густо пробивавшиеся сквозь тёмный покров.

Кожа его потемнела под южным солнцем и загар въелся в неё до такой степени, что его легко можно было спутать с прирождённым дхивальцем. Да и черты лица, если присмотреться, говорили о небольшой примеси южной крови.

— Ласс Блэйр, полагаю?

Вопрос, а не утверждение. Значит, мы незнакомы.

Цепкий взгляд князя обшарил мою фигуру, задержался на ремне с револьвером, скользнул по повязкам и замотанной в бинты руке.

— Как ваши раны? — добавил он. Думаю, больше из вежливости, сомневаюсь, что его сильно беспокоит состояние какого-то оруженосца.

— Те-ерпимо, князь, — отозвался я.

— Не стойте навытяжку. Тем более вы ранены. Садитесь, — предложил Нором, указав на свободное место возле костра.

Присев, я с облегчением, причём не наигранным, вытянул вперед левую ногу.

Короткая прогулка вновь растревожила рану. И та мстила, стреляя острыми уколами боли.

Хорошо, что я не полез в джунгли, самостоятельно бы не дошёл. Тут сто метров прошли, а нога чугунная, хоть рану и зашили. А до дороги, где меня в теории могли найти, далеко не сто метров. Как представлю весь этот путь с дыркой в ноге, так страшно становится. Возможно, я бы сумел дойти или доползти… дней пять-десять. Каким-то чудом не сдохнув от потери крови или от истощения в джунглях. Но какой в этом смысл? Армия князя всех князей не станет меня ждать. Если не завтра так послезавтра вместо союзников на дороге будет не протолкнуться от военных колонн Компании.

До Долины, хотя бы Серебряной, мне в таких условиях ни за что не добраться.

— Что произошло? Как погиб ласс Голтар Зорн? — спросил князь, сразу же переходя к главному.

Но почему Зорн? Те два мертвеца назвали другую фамилию мага. Ласс Голтар Трагал с нас шкуру спустит, сказали они. Воспоминания слишком свежи, чтобы я ошибся. Это кто-то другой? Князь оговорился? Или он что-то заподозрил и таким нехитрым образом меня проверяет?

Но пауза затянулась, надо отвечать.

— Зорн? — я постарался, чтобы мой голос звучал неуверенно, благо это было несложно. — Во-озможно, князь имеет в в-виду ласса Голта-ара Трага-ала?

— Ах да! — усмехнулся Ринор Нором. — Как я мог забыть — конечно же ласс Трагал. Что с ним случилось?

Не верю я в его забывчивость. Он явно что-то заподозрил. А говорливым мертвецам спасибо. Не знай я фамилию мага, мог попасть впросак. С другой стороны, обойдутся без спасибо — другую дорогу могли выбрать.

— Была а-атака. Два копья. За-астали в ра-асплох.

Я понял, что в горле пересохло. Продолжать, особенно имитируя заикания, я просто не могу.

— Сетар! — щелкнул пальцами князь. — Принеси нашему гостю чего-нибудь освежающего. Да и про меня не забудь.

Моя сопровождающая, всё это время стоявшая у меня за спиной, да так тихо, что я успел забыть о её существовании, исчезла в палатке. Но тут же вернулась, неся в руках высокий кувшин и два небольших серебряных стакана.