Воительница: Под охотничьей Луной (ЛП) - Карсак Мелани

На центральной площади шумел рынок. Повсюду висели синие знамена с изображением краба. Кабана видно не было — он погиб на берегах Больмсё. Из кузницы доносился звон металла, торговцы продавали соленую рыбу или выпечку, а кожевник прямо здесь сдирал шкуру с лося.

Люди входили и выходили из огромного зала.

До сих пор я не замечала, что в Больмсё собираются что-то отмечать. Не поднимая головы, я присоединилась к группе, направлявшейся в зал.

— Ярл Асгер даст ей то, что она хочет. Он рассудителен, — сказала женщина мужу.

— Если только она не лжет, — ответил мужчина.

— Зачем ей о таком лгать?

Снедаемая любопытством, я вошла в зал. Там, у входа, я заметила сидящего на троне Асгера. Толпа наблюдала за тем, как новый молодой ярл выслушивает жалобы своего народа. Он сидел непринужденно, как будто его не беспокоила серьезность решений, которые он должен был принять, — или он просто был легкомысленным? Я не знала наверняка. Сопровождавшие его люди стояли неподалеку, не сводя с него глаз. Асгер наклонился вперед, сцепив пальцы, и слушал полуплачущую женщину.

— Видите ли, ярл, мы все потеряли своих мужчин, когда ярл Асмунд увел их на Больмсё, — сказала она, указывая на женщин, стоявших позади нее. — А теперь, когда наступила весна, что нам делать?

Ярл Асгер задумчиво кивнул, затем пожал плечами.

— Работать — вот что вам делать. Руки-ноги у вас на месте. Делайте свою работу.

Женщина открыла рот, чтобы возразить, но ярл поднял руку.

— Я не слеп к вашей беде, но вы должны работать вместе. Труд будет нелегким, но не непосильным. Чем больше вы будете работать, тем сильнее станете. Но если задача окажется слишком трудной, обратитесь ко мне снова. Я пришлю вам помощь. Необходимую помощь.

Женщина выглядела ошарашенной и обернулась к остальным. Старейшины группы кивнули, но я видела, что они не совсем довольны ответом Асгера.

— Как скажете, ярл. Благодарю вас.

Асгер улыбнулся женщине, а затем указал на девушек, стоявших позади нее.

— Такие хорошенькие, — добавил он. — Уверен, вы недолго будете ходить вдовами.

Женщина одарила его слабой улыбкой, развернулась, и они ушли.

Меня покоробил его ответ. Честно говоря, не было ничего такого, что мужчина мог бы сделать, а женщина — нет. Но работа на ферме требовала больших физических усилий. Если женщины не привыкли к такой работе, не мог ли Асгер хотя бы прислать на помощь пару своих рабов? Я нахмурилась, испытывая смешанные чувства.

Асгер откинулся на спинку своего трона.

— Мой дядя был амбициозным глупцом, и Хальмстад пострадал от его опеки. Но теперь я здесь, — сказал ярл Асгер собравшимся. — Я сделаю нас сильнее.

Я приподняла брови. Хоть он и был весьма самоуверен, но, по крайней мере, понимал, что его дядя поступил неразумно.

Асгер предложил выступить следующему.

На этот раз это были мужчина и женщина.

— Сейчас увидишь, — сказала своему мужу женщина, за которой я вошла в зал.

— Но если ошибёшься, купишь мне эль, — усмехнулся он.

Женщина хихикнула.

— А если ошибёшься ты — то мне.

— Что вас ко мне привело? — спросил ярл Асгер у подошедшей пары.

— Моя жена хочет развестись со мной, но она сказала, чтобы я оставил ферму. Она не может так поступить. Я там хозяин.

— Почему ты хочешь с ним развестись? — спросил ярл у женщины.

— Он пьет и не работает. Всё приходится делать детям и мне. Я могу найти мужа получше. Зачем мне этот пьяница? — резко ответила женщина.

— Она врёт! — запротестовал мужчина.

Ярл повернулся к толпе.

— Она врёт? Или он действительно пьянчуга?

— Она говорит правду, ярл. Большинство ночей он проводит в грязных подворотнях Хальмстада, где отсыпается после попойки, — отозвался кто-то из толпы.

— Кто это сказал? — прорычал муж.

Ярл жестом приказал ему молчать.

— Я тоже его видела валяющимся в луже, — отозвалась другая женщина.

— И я, — добавила третья.

— И я, — крикнула стоявшая рядом со мной женщина.

Я повернулась и посмотрела на нее.

— Это правда. Его интересуют только выпивка… и шлюхи, — добавила она шёпотом.

— Нельзя кидаться такими обвинениями, — шикнул на неё супруг.

— Он пьяница и бабник, и ты это знаешь.

Мужчина поворчал, но не стал спорить.

— Откуда у вас ферма? — поинтересовался ярл.

— От моего дедушки. Это он её построил, — возмущённо ответила женщина.

Ярл снова кивнул.

— Прекрасно. Она права, что решила с тобой развестись. Какой мужчина пренебрегает своими обязанностями, чтобы предаваться пьянству? Даже боги не одобряют этого. Муж должен уважать свою жену, поддерживать ее и усердно работать для своей семьи. Учитывая, что ферма была построена ее дедом, ты не имеешь на нее прав. Иди. Найди себе занятие по душе. Если я ещё раз увижу тебя пьяным в грязи, я лично посажу тебя на один из своих кораблей и научу, что значит быть мужчиной.

В комнате послышались смешки.

— Спасибо, ярл, — сказала женщина, поклонившись. Она повернулась и посмотрела на своего бывшего мужа, который стоял с красным от ярости лицом.

— Принимаешь ли ты мои слова? — спросил ярл Асгер, но на этот раз я расслышала в его голосе угрозу. Он надеялся, что мужчина ему возразит.

А я надеялась, что этому человеку хватит ума понять, что новый ярл будет очень рад сделать из него пример.

— Да, ярл, — тихо ответил мужчина, поклонившись.

— Отлично, — Асгер взмахнул рукой, показывая, что они могут быть свободны.

Затем ярл Асгер выслушал еще несколько дел. Привели вора. Один из купцов обвинил жилистого парня в том, что тот утащил какие-то металлические изделия. Пока ярл размышлял, я начала обходить зал и прислушиваться к обрывкам разговоров, которые велись шепотом. Все говорили о ярле, но не особо недоброжелательно. Я не ощущала ни того обожания, которое люди испытывали к Арнгриму, ни того чувства, что люди в Хальмстаде объединены почти как семья, как это было в Больмсё. Насколько я могла судить, они все еще не составили окончательного мнения об Асгере.

— Он наводит порядок в Хальмстаде, — сказал один старик своему собеседнику. — Видите? — добавил он, показывая на вора, которого признали виновным и вывели из зала, чтобы отрубить ему два пальца.

— Старик Арнгрим все равно должен заплатить за то, что он сделал, — прорычал другой мужчина.

— А что он сделал? Защищал свой остров? — возразил первый мужчина. — Он не просил нас туда приезжать — Асмунд сделал это сам. А теперь половина наших молодых парней мертва. И потом Арнгрим не двинулся на юг, чтобы разгромить нас, хотя у него было на то полное право. Нам повезло, что мы остались живы. Волки могли бы заполонить это место, но берсерк в сто раз мудрее Асмунда.

Его собеседник зло выдохнул, но возражать не стал.

Ярл выслушал еще несколько дел, одно из которых касалось ссоры из-за овец, после чего собрание на сегодня было закрыто. Когда он закончил, то велел своим людям удалиться с ним в комнату в глубине дома.

Рабы вышли вперед, чтобы предложить эль тем, кто пожелал остаться. От меня не ускользнуло, что недавно разведенный мужчина, который отверг обвинения в том, что он пьяница, остался, чтобы принять участие. Я взяла рог и слилась с тенью, прислушиваясь к разговорам и продвигаясь к месту встречи с ярлом. Несколько человек в зале, казалось, заметили голубое платье, которое в своё время привлекло внимание Хофунда. Но я не обращала на них внимания. Держась на расстоянии, я, наконец, нашла местечко недалеко от задней стены и смогла разобрать разговор, который за ней происходил.

— У него и так много проблем с Сольвой. Он не станет возиться с нами, — говорил один из людей Асгера. — Кроме того, ему осталось жить не больше года. Зачем сражаться, если очень скоро Один призовет его в свои чертоги?

Я стиснула челюсти, пытаясь отделить чувство гнева от истины. Они были правы. Я молилась, чтобы у Арнгрима оставалось больше времени, но даже если бы оно и было, то не больше года-двух.