Античный Чароплет. Том 5 (СИ) - "Аллесий"

Тут все — тени себя прежних. Пусть в то время у Раджи не было столь всеобъемлющей полноты власти, пусть в то время у мудрецов Храма имелись соперники из древних семей Индрахутары, пусть многое было иначе. Но зато Храм был силен и могущественен, отец Сварнрааджа хоть и правил меньшими территориями, мог выставить тысячи джунуюдха. Ни Страна Рек, ни кто-либо из соседей не смел поднять головы. И даже Эмуша и его дети не сумели сокрушить эту силу! А теперь задай себе вопрос, гуру. Перед той войной — кто ослабил царство сильнее всего, кто лишил нас внезапно, в самый важный момент, большей части магической поддержки? Кто виновен в тяжелейших поражениях? Сколько до войны было мудрецов под рукой Раджи? Вдвое от нынешнего?

Втрое?

— Ты говоришь очень опасные вещи. И лучше бы тебе не чесать языком столь много, — Брафкасап мотнул головой, словно бы сгоняя тень, легшую на его лицо. Во многом я был прав: он сам даже сейчас не превзошел прошлого гуру. И пусть даже считался сильнейшим наравне с Абтармаханом брахманом в боевом плане, все равно многим другим уступал в те времена. — Майрам пристально следит за тем, о чем говорят при дворе и на улицах. То, что раньше вызвало бы лишь неодобрительные шепотки, теперь может стоить головы.

— Не мне.

— Это ты так думаешь. Твое положение велико и крепко, но и самые великие титаны падают от толчка в нужный момент. Касательно же твоих слов, Тиглат из славного Вавилона… — Ящер обратился ко мне слишком официально. Что-то это да значило. — Я считаю, что старые брахманы пусть еще и не войдут в силу долго, но несут в себе знания прошлого, мудрость и опыт. Стоит им только вернуться, и Храм станет вдвое сильнее себя нынешнего. Снова.

— Все еще не понимаю, почему я должен их разыскивать.

— Потому что я тебе даю такое указание как своему сатьяну. Или ты считаешь, что звание, титул — они не несут в себе обязанностей? — я немного пободался взглядом с гуру, после чего кивнул, признавая его правоту.

— Есть ли шанс, что в похищении посохов виновны те же самые люди, которые напали на Агаста?

— Да, — Брафкасап просто кивнул. — У меня вообще нет никакой дополнительной информации. Посохи просто пропали. И все.

— Я осмотрю место, где они хранились. А потом отправлюсь по следу Агаста, — мысленно я подумал, что это все, разумеется, замечательно. Но мне в первую очередь интересен Агаст и Альфира. Я почти уверен, что это она. И некромант… Сайам? Внук Йена? Если они действительно замешаны в похищении посохов, то высунулись зря. Я уже давно не жертва, убегающая от хищника. Я сам хищник. И судя по всему, они все сделали огромную ошибку, высунувшись из той дыры, где прятались. Как ни крути, я могу одним махом добыть тело для Красной, прикончить мелкого выродка… Он уже не такой уж и мелкий, кстати. Добраться до подопечного и выполнить задание гуру. Идеально. Лишь бы только эта дрянь была замешана в похищении. Будет грустно, если эти истории не пересекаются. Правда, совершенно не ясно, как они могли проникнуть в Храм Тысячи и выкрасть посохи. Да и зачем те нужны вообще этой компании? Там явно есть кто-то или что-то еще. Надо будет разобраться… *** — Тиглат, я отношусь к тебе лучше всех в этом месте. Ты помнишь, как я сюда тебя привел, помнишь, как я своим словом ввел тебя в наш круг, как сказал, что не будет в нашем таинстве от тебя секретов, — Гальди отстраненно смотрел на горизонт. — Но я не могу и дальше держать свое слово против слова других старейшин, — гуру покачал головой. — Ты не показываешь значимых успехов в нашем пути. Ты до сих пор, спустя почти пять лет, не создал свое первое кольцо.

— Я почти закончил. У меня почти получилось придать нужное свойство через жизненную силу… — Только! — Гальди замолчал, раздраженно повернувшись ко мне. Я вообще впервые в жизни видел этого человека раздраженным. — Только величайший из нашей общины, гуру Адрахерон, первый из первых, великий из великих, мудрейший из мудрейших, только и только он сумел по легендам сделать то, что сделать пытаешься ты! Он обладал двумястами двадцатью двумя кольцами и прошел путь йога-аскета практики Сан-йо и йога высших энергий практики Туммо! И то только по легендам он, не создавая вовсе всяких колец, совершенствовал себя так, как желаешь это сделать ты!

— И ты, гуру, считаешь, что никто кроме основателя вашей общины не может повторить это достижение?.. — я сощурил глаза. Рядом со мной словно замер Абтармахан, положив руку на плечо. Гальди смотрел прямо, но и я не отводил взгляда. Он опирался на авторитет величайших из величайших, а за мной не было никого и ничего, кроме меня самого. Но я почему-то злился, почему-то меня глубоко задело это странное течение мысли: им под силу, а нам нет; они могли, а мы нет; мы недостойны, мы не сможем, мы… — Я считаю, бывший ученик Тиглат, — Гальди посмотрел на меня так, что я сразу понял:

назад отыграть не получится, не даст мне гуру еще одного шанса, не потерпит он моего упрямства, — что раз ты не желаешь создавать свое первое кольцо, то ты постиг все, что мы могли тебе дать. И нам больше нечему тебя учить.

— Как пожелаешь, гуру, — я склонил голову. — Я пойду собирать вещи, завтра на рассвете я покину вас.

— Иди. Кстати, Ливратмали выдают замуж. Ты знаешь об этом?

— Нет, — я покачал головой. — И кто жених?

— Сан-Жи. Талантливейший из нынешнего поколения. Ему нет даже двадцати пяти, а он уже завершил свое второе кольцо.

— Я рад, что ей в мужья подобрали такого способного юношу, — зло усмехнувшись, я развернулся, отправившись в сторону поселения общины.

Гальди молча смотрел вслед, после чего задумчиво произнес фразу, которую Тиглат уже не слышал:

— В тебе слишком много от него, пусть ты сам этого и не осознаешь, — Гальди покачал головой, снова поворачиваясь к горизонту. Когда он смотрел на упрямца, его не покидала мысль о том, что на него смотрел Абтармахан. Словно бы его глаза сверкали в глазницах Тиглата, словно бы его бесконечно упрямое лицо встретилось с лицом его брата снова, застыв в немом противостоянии. Храм и традиционные течения словно бы вновь столкнулись во взглядах сильнейшего представителя общин и ученика опаснейшего из брахманов.

— От кого, дедушка? — поджав губы, из-за камня вышла молодая красивая девушка.

— Не важно. Ты хорошо сумела слиться с валуном. Он тебя не почувствовал, — Гальди усмехнулся. Тиглат был высокомерен, многое знал и умел, но и у их искусства есть непознанные грани. Если ты становишься камнем, то почему твоя аура должна отличаться? Почему тебя должно увидеть отличным от валуна? Или дерева, коли ты становишься им? Тиглат познал все, что мог познать, но не понял ничего, что должен был понять. Очень жаль — способный был бы практик. Даром Храм растратил его талант.

— Ты нарочно его так извел, вынудил сказать то, что он сказал.

— Ты слышала, что он сказал. Я хочу, чтобы у тебя был сильный и способный муж, знающий наши традиции и продолжающий их. Тиглат тебе не подходит. И это решать мне, как ни крути. Ты все поняла?

— Да, — Ливратмали склонила голову, хотя радости на лице не было ни на грош.

*** — Тут буквально ничего нет, — я покрутил головой, стоя в небольшой зале.

— На входе было двое джунуюдха, — сатьян-хранитель степенно объяснял мне ситуацию. — Путь к усыпальнице брахманов лежит через зал собраний, туда мало кого пускают. Оттуда нужно пройти залу совета и залу внутреннего круга. На вход в каждую стоит охрана.

— А кого охрана пропустила бы? — я сам себе задал этот вопрос, который без ответа повис в воздухе. Впрочем, сатьян, подумав, ответ все же попытался дать.

— Меня, гуру Брафкасапа, любого из брахманов, который сказал бы, что идет по поручению гуру, некоторых уважаемых сатьянов с большим авторитетом.

— И ты вне подозрений? — я хмуро посмотрел на хранителя. Телепортироваться внутрь Храма почти невозможно. Это не просто древняя обитель магов, как башня Гильдии в Вавилоне. Тут все куда серьезнее. Если в чем Храм Тысячи и превосходит Шумерскую Гильдию Шестидесяти знаний, так это в своей «штаб-квартире».