Вечные Пески Том 9 (СИ) - Сухов Лео

— Да ладно тебе, брат! — всё-таки взяв себя в руки, преувеличенно бодро заявил Ситранис. — Ты выкрутишься, я же знаю!..

Я покосился на него, но ничего не ответил. Каждый раз, когда я выкручивался, отнимал массу сил и времени, пусть никто обычно этого и не замечал.

Вот только я вовсе не был уверен, что выкручусь и на этот раз…

Высший свет Междуречья всю жизнь учится использовать людей в своих интересах. Не так уж и много я мог им противопоставить. Однако я, конечно, собирался попытаться. Лучше всего было бы спрятаться под крылышком Аравантис, но… К сожалению, к этой семье и принадлежал командир, прозванный «надеждой человечества», которому наверняка моё возвышение поперёк горла. В общем, вряд ли они согласятся, даже с учётом желания «укоротить» ему крылья. А жаль… С этой семьёй уже были налажены какие-никакие отношения.

— Ладно. Пошли готовиться к отъезду, — решил я, хлопнув друга по плечу, а тот вздрогнул: видимо, вновь погрузился в тяжкие раздумья. — Завтра отправимся в Эдель Араг, а уже оттуда в Ас-Арахаману. Нам сказали поспешить, так что… И вправду, не будем тянуть. Говорят, перед смертью не надышишься…

Ситранис поднял на меня удивлённый взгляд… Верно, в Вечных Песках такого выражения не знают.

Однако именно оно как нельзя лучше подходило к ситуации.

Глава 214

Мы выехали из посёлка на рассвете. Холодный ветер трепал гривы переханов, заставляя нас ёжиться в тёплых плащах. Я ехал впереди, рядом — Ситранис, а чуть позади — Гвел, которому я поручил командовать охраной. С нами шла триосмия наёмников: двадцать четыре проверенных бойца из тех, кто прошёл от самого Илоса.

Я специально взял маленький отряд. Не хотелось выделяться, как и просил меня Ситранис. Но, если честно, то их и вовсе не было смысла с собой брать.

От врагов, от которых могла помочь триосмия или две, я мог отбиться и сам. Песчаные воины всегда при мне, даже если со стороны вдруг покажется, что я беззащитен. Зачем рисковать чужими жизнями, если можно обойтись своими силами? А если врагов будет столько, что не могу отбиться даже я, то и пары сотен опытных бойцов не хватит.

К тому же, чем больше отряд, тем больше вероятность потерь. А на дорогах неспокойно. Ну а я и без того трупов за спиной оставил немало. Зачем снова рисковать чужими жизнями?

Гвел, конечно, ворчал поначалу. Молодой сотник считал, что не дело это путешествовать с такой скромной охраной. Но я напомнил ему, что мы не на параде, а Ситранис добавил что-то про «скромность воина», и Гвел, заткнувшись, махнул на нас рукой.

Удивительное, кстати, дело. Чем дальше, тем больше Гвел становился похож на Виссарию. И пусть я недолго знал его мать, а он и вовсе воспитывался вдали от неё, но кровь не водица. Парень очевидно начинал походить на старейшину Гильдии. И в жестах, и в манерах, и даже в интонации ворчания. Разве что поспокойнее был в разы. Однако это, наверно, и к лучшему.

Дорога, по которой мы ехали, ещё осенью была едва заметной. Скорее, даже обычной тропой, петлявшей между межевыми камнями. А до того и вовсе было только направление. Теперь здесь пролегал настоящий просёлок. Утоптанный, размеченный, с колодцами и местами для стоянок через равные промежутки. Я смотрел на это и испытывал странное чувство, похожее на гордость.

Это сделали мы, а не кто-то другой. Выкопали колодцы, выровняли площадки, на которых путнику можно было отдохнуть. Везде оставили чрезвычайный запас топлива, погрузив его в закупоренные горшки и прикопав в землю. Ну и что, что большую часть дров бойцы набрали с окрестных участков, чтобы далеко не ходить? Кто докажет-то? Главное, на этом не поймали, а сухостоя у соседей ещё хватало — значит, мы никого не обделили.

Местность вокруг дышала зимней суровостью. Хвойные деревья не сбрасывали листву и зеленели, но казались припорошенными пылью. А вот трава постепенно умирала. Ночами её вымораживало до хруста, а днём жгло солнцем, и она сохла, желтела, ложилась на землю. Зима, она здесь такая: ночью зуб на зуб не попадает, а днём хочется из тени не вылезать. Перепады температуры свели бы с ума людей из моей прошлой жизни. А в этой к такому привыкли.

На первый привал мы встали у одного из новых колодцев. Вода была чистая, холодная, и я с удовольствием напился, прежде чем наполнить бурдюки. Рядом стоял грубый каменный столб с выбитым знаком капли. Ситранис, одобрительно похлопав по нему, хмыкнул:

— А ведь неплохо получилось, брат! Помнишь, как тут в первый раз ехали? Если бы не проводник, точно бы с концами заблудились. А теперь гляди, прямая дорога, ещё и с удобствами…

— Помню, — ответил я. — Тогда мы искали воду и не знали, как здесь люди выживут. А теперь у нас целое поселение.

— И хижины с кожаными крышами! — добавил Ситранис, и мы оба рассмеялись.

Гвел, сидевший у костра, не поддержал веселья. Он вообще был мрачен в последние дни — видимо, переживал из-за предстоящей поездки в столицу. Я его понимал. Раньше я на подобные ответственные задачи ставил других командиров. Однако Гвелу тоже пора было набираться опыта.

Я не мог назначать в своём отряде тысячников. Для такого требовалось аристократическое достоинство, которого у меня не было. Но некоторых сотников повысил до «старших» сотников. А это, можно сказать, уже тысячники. И одним из таких был Гвел. А он во всём привык полагаться на того же Деноса. Вот и пусть учится командовать в одиночку. Иначе как мне без опытных помощников управлять оравой в шестнадцать тысяч бойцов?

К вечеру первого дня мы добрались до второй стоянки. Переночевали под открытым небом, завернувшись в плащи и прижавшись к переханам. Костёр жгли всю ночь, не переставая, благо дров и кизяка взяли с запасом. Второй и третий день прошли так же: размеренная езда, короткие привалы, ночёвки у костра. На третий день ближе к вечеру на горизонте показались стены Эдель Арага.

Въехав в ворота, мы направились к гостевому дому Аравантис. Нам, собственно, изначально подсказали, что лучше будет именно там остановиться. Тем более, моих людей в этом месте знали. Обслуживали хорошо, да и кормили вкусно, как «своих».

Гостевой дом был четырёхэтажным зданием из обожжённого кирпича. С внутренним двором, стойлами и небольшой кухней, где готовили для постояльцев. Собственно, поесть можно было в харчевне на первом этаже. Нас встретили слуги, приняли переханов, проводили в комнаты. После трёх дней в седле горячая еда и мягкая постель казались почти сказкой.

Утром следующего дня мы с Ситранисом отправились на стоянку возков. Нужен был транспорт для поездки в столицу. Ехать верхом на переханах значило бы явиться в Ас-Арахаману пропылёнными провинциалами. Ситранис, как всегда, лучше меня разбирался в тонкостях.

— На важное мероприятие едем, — наставлял он. — Статус не позволяет в седле трястись. Надо арендовать хороший возок с возницами. Чтобы и выглядело прилично, и ехать было удобно.

Стоянка возков находилась на восточной окраине города и представляла собой обширный двор, заполненный фургонами всех мастей. Здесь были и крытые возки для дальних путешествий, и лёгкие повозки для поездок внутри города, и грузовые телеги. Пахло навозом, слышалось фырканье гнуров, суетились возницы. Вот к ним-то мы и направились, разыскивая того, кто сможет доставить нас в Ас-Арахаману.

Первым, к кому обратились, был пожилой мужчина с седой бородой. Он сидел на козлах и лениво жевал соломинку. Узнав, куда нам нужно, старик покачал головой:

— В Ас-Арахаману? Нет, не поеду. Дороги нынче опасные. Разбойники, звери, а тут ещё зима… За обычные деньги нет, не поеду.

— А за какие бы поехал? — терпеливо спросил Ситранис.

Старик назвал цену, и я мысленно присвистнул. Мы понятливо покивали, вежливо попрощались и пошли дальше.

Второй кандидат, наоборот, слишком рвался в дорогу. Он так активно расхваливал свои навыки, что я сразу заподозрил неладное. Парень явно что-то скрывал. Может, долги наделал в городе, а, может, проблемы с законом. Я поблагодарил его и отказался. Не хотелось бы остаться без возницы где-нибудь на полпути. Там, где окажется слишком внимательная стража.