Первая кампания (СИ) - Александров Алексей "Vizivul"

Большая часть големов всё так же оставалась на дороге, избавив наши основные батареи от мук выцеливания быстрых машин. Меньшая, с горяча рванувшая в сторону, бестолково металась вдоль преграды.

Первый прорвавшийся за рвы рыцарь передового копья взорвался. Получив особо удачное, или неудачное, зависит от точки зрения, попадание он раскололся на две не особо ровные части, словно спелый орех. Обломки разлетелись по дороге. Но остальные атакующие големы лишь переступили через «тело» поверженного товарища и пошли дальше, постепенно выплёскиваясь в долину и пытаясь выстроить подобие строя. По ним начали работать уцелевшие сержанты со «слонобоями». Вспышки попаданий тяжелых зачарованных пуль яркими искорками сверкали на броне.

На левом фланге колониальные пехотинцы всё же сумели ворваться в боковую траншею. Началась яростная рубка рукопашной схватки, когда в ход идёт всё: штыки, ножи, приклады винтовок, кулаки и просто зубы.

Сахсары колониальных в плен не берут, и те отвечают касте воинов взаимностью встречной ненависти.

Несколько лучше дело обстояло со второй колонной големов. Рыцари и оруженосцы скапливались перед первым рвом, не понимая, что им делать дальше. Один из оруженосцев попытался преодолеть преграду по временному мосту из фашин. Сделал шаг, потерял опору и рухнул в ров. Не взорвался, но и не поднялся вновь.

— Руян… — начал было я.

— Уже, — коротко бросил в ответ князь, угадав ход моих мыслей.

Часть батарей, забыв про дорогу, перенесла огонь на скопившиеся у рва машины. Жаль, что магией нельзя ударить. Одно удачное площадное заклинания и у Компании нет парочки копий.

Моим вниманием вновь завладел паладин. По мере приближения «Жрец» князя Норома казался ещё больше и страшнее. Можно сколько угодно говорить о том, что у страха глаза велики, паладин — это всего лишь машина. Сильная — да, неуязвимая — нет. Но это хорошо делать, потягивая вино в кресле у камина. А когда на горизонте маячит эта громада, и кажется, что она прёт именно на тебя, ведя следом парочку копий, тело против воли начинает потряхивать от страха.

Осталось немного.

— Паладин сейчас войдёт в зону поражения. Ждём… Ждём… Давай! — бросил я, прикинув дистанцию. Еще два шага и он окажется точно над миной.

Перекрывая голос пушек, над долиной разнёсся грохот сильного взрыва. Одного взрыва! В том месте, где находились маги Компании, вырос огромный сноп пламени, сложивший несколько домов. В воздух поднялся очередной чёрный гриб.

Но мина на дороге не взорвалась…

— Руян⁈

— Она не сработала! Я лично кручу эту проклятую машинку, но ничего не происходит!

Неужели провода перебило? И основной и запасной? Да как так?

— Пробуй ещё!

— А я что делаю! Хим хазух нар!

Очень грубое ругательство, что-то про предков, помогло. Новая вспышка и грохот. В воздухе комья земли, камни, обломки, облако черного дыма. На месте дороги выросла огромная воронка, пожравшая двух рыцарей и одного оруженосца. Но не «Жреца»! Паладин успел преодолеть опасный участок.

Неужели не зацепили! Нет, зацепили, «Жрец» покачнулся, его повело в сторону. Ну же, падай! Чем больше шкаф, тем громче… Нет! Князь Нором сумел удержать машину от опрокидывания.

Скрипнув зубами, я впился взглядом в паладина. Внешне выгладит неповреждённым, но замедлился, а в движениях чувствуется неправильность. Что-то с правой ногой!

Это наш шанс! Всё прошло хуже, чем планировалось, но лучше, чем могло бы быть. Все козыри выложены на стол, и те, что достались при раздаче карт, и те, что были припрятаны в рукаве — новых не будет.

— «Фениксы», общая атака! — бросил я, и чуть тише, не используя амулет связи добавил: — Ардар, выбираешь цели самостоятельно.

Прицеливаться на ходу из этой башенной штуки — та ещё задача. Особенно при активном маневрировании. Так что про фокусировку на моей цели можно забыть. Пусть стреляет туда, куда может попасть.

А сократим дистанцию, там видно будет.

— Сделаю!

В голосе сержанта охотничий азарт. Возможность пострелять по «природным врагам» сержантов — паро-магическим големам, ему явно нравится. Причем, под защитой брони и личного щита рыцаря пострелять, а не вжимаясь в землю с длинным «слонобоем», надеясь больше на удачу, чем на прочность самоходной брони.

К тому же в его руках не какой-то «слонобой», которым голема ещё пойди расковыряй, а почти полноценная рунная глефа. Вернее спаренная рунная пушка, но принцип тот же. Концентрация и фокусировка магической энергии в единственное доступное, но довольно сильное плетение светового копья.

Маги категорически оскорбятся таким сравнением. Но мне всегда было категорически плевать на их чувства.

«Феникс» пошел вперёд, догоняя «Стилеты». Несмотря на не самый удачный первый опыт, я все же изменил своему правилу, и держался позади основной массы големов. Ведомых и тех брать не стал. Поэтому мог наблюдать из задних рядов, как атакующие копья самопроизвольно выстраиваются в нечто, весьма напоминающее обратный клин, а скорее колокол, нарисованный пьяным художником.

Дистанция таяла, словно снег весной. Вот враг далеко, а вот он, а вернее мы, рядом. Поймав в прицельную метку ближний «К-3–3», я раздраженно выругался. Оруженосец получил попадание, лишился ноги и стал падать.

Ладно, целей ещё много.

Световое копьё ответного выстрела прошло рядом. Это кто там такой храбрый?

Рыцарь. Не знакомый «ДК-3–2». А «ТД-1–2» старичок времён первого железного маркграфа, слегка напоминающий «Краба». Лоб у него крепкий, но ноги — слабое место. Толстые, а брони, что у оруженосца.

Слегка изменить направление движения, прицельная метка сместилась на зелёно-белый корпус.

Один из «Стилетов», кажется, это был Аяр. Успел первым. Случайно он по ногам попал или специально целился, но световое копьё впилось в левую ногу «ТД-1–2», с лёгкостью пробив тонкую броню. Рыцарь сделал шаг, другой, третий… а затем повреждённая нога просто треснула под весом машины. «ТД-1–2» повалился вперёд, зарываясь острым носом корпуса в землю.

Да что ты будешь делать! Не битва, а какая-то бойня мехов Компании. Артиллерия их помяла больше, чем кажется на первый взгляд. Практически любое попадание — уничтожение цели. Вот «Фениксы» и разошлись. Научил на свою голову. Как я им в глаза смотреть буду, если никого лично не уничтожу? С другой стороны, их победы — мои победы. А их поражения — их поражения. У тех, кто главный, по-другому не бывает, пора привыкать.

Прорвавшиеся за ров оруженосцы и рыцари Компании гибли, не успев толком нанести нам урон. Да и было их немногим больше двух копий. Остальные, глядя за таким избиением, стали отступать. Два сильных взрыва в тылу, один из которых вывел из строя немало магов, а второй едва не уничтожил паладина, плотный огонь артиллерии и наша контратака — тут нужно быть не храбрецом, а полным идиотом, чтобы продолжать. Идиотами рыцари и оруженосцы Компании не были. Отдельные машины, а затем и целые копья, петляя и отстреливаясь стали отходить вдоль рва ко второй дороге. Первая, из-за воронки и «Жреца», всё равно была пока что не проходима.

А ведь они идут в ловушку! Там ров! Один перед руинами, а второй у линии траншей и отступающие копья идут ровно между ними. Ров, что ближе к руинам, частично завален, но паро-магические големы там не пройдут. Могут помочь маги. Им этот ров на одно плетение. А могут и не помочь, не успеют сообразить вовремя.

— Руян, все орудия на вторую дорогу, — приказал я. Такую возможность нельзя упускать. Чем больше оруженосцев и рыцарей мы выведем из строя, тем лучше.

— А паладин?

— Мы им займёмся. Щита он лишился, а пушками броню не пробьешь.

Будь у нас что-то вроде самоходных осадных бомбард, тогда да — одно удачное попадание, и нет паладина. Но полевыми пушками, причём весьма почтенного возраста, такую громаду можно ковырять пару часов. Да и то вместо повреждений будет звон в ушах у князя Норома.

— «Фениксы-3, 4, 5 и 6» — продолжайте преследование отступающих копий. Но за ров не лезьте. Действуйте по нашей стороне. И посмотрите, что там с траншеями на левом фланге.