Мастер Трав III (СИ) - Мордорский Ваня

С другой стороны, прямо сейчас я задумался о другой стороне своих экспериментов: что если лечение будет слишком интенсивным, черная хворь решит, что нужно ускорить «захват» тела и станет только хуже?.. Или та скорость, с которой она распространяется в данный момент максимальная? К сожалению ни я, ни Грэм об этом ничего не знали. Но на эти мои манипуляции она пока никак не отреагировала, так что я собирался надеяться на лучшее.

Я еще раз вспомнил цифры, которые показала система и задумался. Ноль целых две десятых процента — капля в море… Но это была первая капля! Первое реальное улучшение, а не просто замедление. Вместе с живососами это уже можно назвать каким-никаким лечением! Раньше Грэм с каждым днем отдавал всё больше пространства черной хвори, а теперь начал отвоевывать обратно.

Грэм медленно выдохнул, потом провёл рукой по груди — там, где под рубахой пульсировали чёрные прожилки.

— Знаешь… — он помолчал. — Дышать стало на капельку легче. Думал, показалось, но нет.

«На капельку легче» — и это после одной порции выжимки…

Это воодушевляло!

— Это хорошо, очень хорошо. — кивнул я. — Тогда я еще сделаю.

— Давай. — сказал Грэм и уткнулся взглядом в улитку, ползущую к нам. Ее сияние было действительно залипательным зрелищем, особенно в сумерках.

Я же вернулся в дом и достал несколько спорников из той кучки, что отложил как «чистые». У них были серовато-белые шляпки, короткие ножки, а сами они источали слабый запах сырости и чего-то кислого.

Проблема со спорником была в его токсичности: система ясно указала, что его токсичность умеренная при употреблении внутрь в сыром виде, но именно этот гриб обладал более мощными антигрибковыми свойствами, чем пеплогриб. Если бы только удалось как-то отделить яд от полезных компонентов…

Я взял ступку и начал толочь первый гриб. Спорник поддавался неохотно, но в конце-концов выдал мутную серовато-жёлтую жидкость с неприятным запахом. Я перелил её в плошку и внимательно рассмотрел.

Сплошная муть, в которой яд и полезные свойства смешались в неразделимую кашу. Если дать это Грэму в таком виде, то он вместе с полезными веществами получит и ядовитые, а этот вариант исключен. Итак, разные вещества имеют разную растворимость: одни хорошо растворяются в воде, тогда как другие — в жирах и маслах. Если токсин спорника и его активные антигрибковые компоненты имеют разную природу, то можно попробовать их разделить.

Я огляделся. Где-то у нас оставалось еще немного растительного масла. Найдя бутылочку под столом, я взял плошку с выжимкой спорника, добавил совсем немного масла и осторожно перемешал.

Сначала ничего не происходило, только мутная жидкость стала чуть более маслянистой. Но потом…

Я замер.

Смесь начала расслаиваться — да, медленно и почти незаметно, но это происходило! Масло поднималось наверх, увлекая за собой часть компонентов выжимки, а внизу оставалась более прозрачная жидкость.

Через несколько минут в плошке уже образовались два чётких слоя:

Я осторожно применил Анализ к верхнему слою.

[Анализ: Масляная фракция выжимки спорника

Состав: Растительное масло + жирорастворимые токсины спорника.

Токсичность: Высокая.

Применение: Не рекомендуется.]

А теперь нижний слой.

[Анализ: Водная фракция выжимки спорника

Состав: Водорастворимые антигрибковые компоненты спорника.

Токсичность: Минимальная.

Свойства: Слабое подавляющее действие на грибковые структуры.

Потенциал: низкий.]

Сработало! Не без доли везения, ибо всё могло оказаться сложнее, чем просто добавление масла.

Я аккуратно снял верхний маслянистый слой ложкой и выбросил его. На дне плошки осталась относительно чистая выжимка с минимальной токсичностью. Что ж, хорошо. Теперь нужно снова заняться пеплогрибом. Не давала покоя мысль смешать эти две грибных выжимки и узнать, что из этого выйдет, и выйдет ли вообще что-то.

Я быстро подготовил выжимку из двух грибов и скоро на дне мисочки была густая, вонючая смесь. А теперь главный вопрос — как они будут взаимодействовать друг с другом?

Я осторожно влил немного концентрата пеплогриба в очищенную выжимку спорника и начал наблюдать.

Наклонив голову в свете очага я наблюдал за чем-то необычным — жидкости не смешались. Они были всё так же разделены, а по границе этого «разделения» словно происходила борьба. А через секунду я понял, что там не «словно», а на самом деле происходит борьба: выжимка спорника словно набрасывалась на концентрат пеплогриба поглощая его, и растворяя в себе. С каждой секундой от пеплогриба оставалось всё меньше и меньше, зато спорника становилось больше. Через минуту от пеплогриба не осталось и следа. Только слегка изменившая цвет смесь.

Это было совсем не то, чего я ожидал.

Я нахмурился и применил Оценку.

[Оценка: Выжимка спорника (измененная)

Свойства: Подавление грибковых структур.

Потенциал: низкий.

Особенность: Антигрибковые компоненты спорника ассимилировали свойства пеплогриба, незначительно усилив собственный эффект.]

Вот как… Значит спорник был этаким «хищником» в мире грибов. Он не просто использовал пеплогриб как питательную смесь для собственного «расширения», но и усвоил часть его свойств. Выходит, своего я таки добился — смесь была мощнее, чем каждый компонент по отдельности. Правда на итоговой,,оценке,, это не изменилось, потенциал по прежнему был низкий.

А что если повторить процесс — скормить этой смеси еще одну порцию пеплогриба? Она станет еще мощнее? Или ее просто станет больше, а свойства останутся такими же?

Я быстро сделал, а потом добавил в получившуюся смесь новую порцию выжимки.

В этот раз поглощение произошло еще быстрее.

Оценка.

[Оценка: Выжимка спорника (измененная)

Свойства: Подавление грибковых структур.

Потенциал: низкий.

И всё… Никаких строчек об усилении или ассимиляции свойств пеплогриба. А это значит, что это «одноразовый» процесс.

Я смотрел на плошку с усиленной выжимкой и понимал: это шанс. Пусть обнаруженный случайно, но шанс создать что-то действительно эффективное. Да, свойства пеплогриба уже поглощены, но существуют не только эти два гриба с такими свойствами — есть и другие, просто их сложнее достать, и если спорник будет брать «лучшее» от каждого, то может получиться выжимка с большим потенциалом подавления грибковых структур, нежели сейчас.

Эх, хотелось бы верить…

Ладно, теперь нужно дать получившееся Грэму.

Я вынес плошку с выжимкой наружу.

Грэм всё ещё сидел на крыльце. Шлёпа дремал у его ног, Седой, к моему удивлению, взобрался на забор и что-то высматривал. Улитка добралась до середины грядки с мятой и светилась уже ярче, вокруг нее мельтешила разная мошкара и ночные мотыльки.

— Я сделал еще более мощную выжимку. — показал я Грэму пальцем на плошку.

Не стал ему описывать подробности как избавил спорник от яда, ведь снова будут лишние вопросы.

Грэм взял плошку из моих рук и принюхался.

— Пахнет еще хуже.

— Ну так…лекарство, — пожал я плечами.

— Тоже верно, — вздохнул старик.

Он посмотрел на жидкость, выпил одним махом и… снова скривился.

— Ну и мерзость, даже хуже той.

— Так и должно быть, — кивнул я с уверенным видом.

Мы снова ждали, только теперь Грэм переместился к очагу, куда я подкинул дров. И мы сидели молча. В этот раз Грэм, видимо, хотел сразу отхаркнуть всю эту гадость в огонь, чтоб не дать ей никаких шансов.

Прошло минут пятнадцать и Грэм снова закашлялся. Я привстал, не знаю для чего. Наверное просто, чтоб быть наготове.

На этот раз он кашлял намного сильнее — аж ухватился за стул, сжав его. Я даже услышал, как хрустнуло дерево.

Черную слизь Грэм откашлял прямо в огонь и она в секунду сгорела в пламени очага. После этого он, вспотевший и побледневший, сел обратно на стул, откинувшись.