Брошенная невеста
— Ты красивая, — высокий темноглазый мужчина чуть прищурился, словно оценивал дрожащую, как осиновый лист, девушку, что стояла перед ним. — Ты была бы достойна быть женой Альфы. Меня. Но… — Он вздохнул. — Твоя сестра мне больше нравится. Меня к ней тянет. Извини.
Она едва не раскрыла рот. Что-то внутри болезненно кольнуло. Потемнело в глазах, подкосились ноги. Отец с матерью слышали это, стоя чуть позади. Широкая светлая гостиная вмиг помрачнела, внутренности словно завязались в прочный узел.
Хотелось плакать.
— Но как же, Генри?.. — Все вокруг теперь казалось ей сном. Сюрреалистическим кошмаром. Бредом. По спине полз нервный пот, сердце безумно стучало где-то в горле. — Мы… мы договаривались о свадьбе. Ты… с моей семьёй. Десять лет назад. Я готовилась. Я… готовилась выносить детей волка. Стать лучшей женой, о которой ты только мог мечтать.
— Договаривались, да, и я женюсь на женщине из вашего рода, — спокойно сказал смуглый широкоплечий брюнет. — На твоей сестре. С тех пор как увидел её, она не выходит у меня из головы.
— Но ей всего шестнадцать! Ты не можешь на ней жениться! — вскрикнула девушка, вытаращив глаза.
— Я подожду, — спокойно ответил Альфа. — Через два года женюсь.
Она больше не знала, что сказать. Зрачки застилала горячая солёная пелена. Смотрины превратились в акт страшного унижения. От неё отказались. Вот так просто, быстро и жестоко. Марлен не могла представить, что такое может случиться. Не видела такого исхода даже в самом страшном кошмаре.
Всю свою жизнь она готовилась стать единственной женой первого волка — самого сильного, мудрого, властного, надёжного. Всю жизнь учила иностранные языки, играла на пианино, делала маски для лица и волос. Занималась спортом, чтобы перенести беременность от вервольфа. Чтобы суметь родить ему наследника.
И каков итог? Два дня назад он пришёл договориться о смотринах и увидел её младшую сестру. Улыбчивую девушку с пшеничными волосами, которая никогда ничем не была отягощена. Гуляла с друзьями и разводила канареек.
— Я подозреваю, — продолжил Генри, — она — моя истинная пара. Слишком уж сильное влечение. Ни о ком другом не могу думать. Это точно оно. Со временем проступит метка.
— Это какой-то бред… — Марлен схватилась за лицо, чтобы не разрыдаться. — Бред, бред, бред… Я думала, свадьба уже назначена. Через… пару месяцев. Вся деревня знала, что я буду твоей женой.
— Придётся сказать им, что всё отменилось, — Альфа пожал плечами. — Такое бывает. Посплетничают и забудут.
— Ты понимаешь, на какой позор ты меня обрекаешь? — ресницы мокли и начинали дрожать. — От меня отказался Альфа. Отказался. Меня теперь ни один волк в жёны не возьмёт.
— Марлен, — строго сказал отец и тяжело вздохнул. — Не дави на человека, такое бывает. И правда ведь, пошепчутся и забудут.
— Ты так говоришь, потому что он Аделину согласился в жёны взять! — закричала она. — Если бы не согласился, ты был бы в бешенстве!
— Договор не нарушен, — отец скривился. — Да, он сложился не в твою пользу, но он не нарушен. Так что не раздувай из этого трагедию. Если не выйдешь за волка замуж в ближайшее время, поможешь сестре подготовиться.
Она шарахнулась.
«Поможешь подготовиться».
Подготовиться к свадьбе с мужчиной, за которого сама собиралась замуж все последние годы. Которого представляла ночами. Чьё тяжёлое, звериное прикосновение мечтала почувствовать.
Каждое слово резало изнутри, как нож. Ревность смешивалась с болью. С горем. Между ними ничего не было, но Марлен всё равно ощущала происходящее так, будто ей изменили — и сейчас в этом признались.
Возможно, так и было. Изменили ментально. Генри больше не смотрел на неё с интересом, больше не ждал её взросления. Теперь он ждал взросления её младшей сестры.
Уголки губ дрожали. Наверное, как-то так чувствовала себя злая королева из
«Белоснежки»
, когда зеркало сказало ей, что она больше не прекрасна. Что теперь она на втором месте. Запасной вариант.
Слёзы покатились по красным щекам. Самоконтроль треснул. Душа словно рвалась, выворачивалась наизнанку.
— Самка, от которой отказались, — неликвид, — сквозь зубы рыдала Марлен. — Потому что волки не отказываются от своих женщин. Теперь мне придётся уехать в город, в Анкоридж. Выйти замуж за какого-нибудь клерка. Человека.
— Ты бы и так вышла замуж за человека, если бы мистер Генри Сандерс не пообещал жениться на дочери из нашей семьи, — давяще сказала мать, явно намекая, чтобы дочь прекратила рыдать. Высокой, сухой женщине со строгим лицом явно не хотелось падать в грязь лицом перед представителями стаи. — Возьми себя в руки.
— Не факт! — закричала девушка. — Не факт! Я достаточно сильна, чтобы претендовать на роль жены волка! Но теперь уже нет. Теперь я — брак.
— Прости, — Генри вздохнул, — но я не хочу насиловать отношениями без любви ни тебя, ни себя. Я постараюсь объяснить стае, что отказался от тебя не из-за твоих личных качеств. Что это… просто недоразумение. Так бывает.
Недоразумение.
Только все в комнате знали: каждый вервольф сочтёт это лишь надуманной причиной, попыткой скрыть реальную. Попыткой отбелить репутацию неудачной невесты.
Оборотни Аляски не так уж часто брали себе жён из людей. А если брали, то эти женщины должны были быть сильны физически и очень здоровы — чтобы выносить звериного младенца. Достаточно красивы, чтобы составить конкуренцию волчицам стаи. А ещё умны, талантливы и послушны. Потому что оборотни заключали браки на всю жизнь.
И если от невесты внезапно отказались, значит, с ней
что-то не так
. Что именно — никто не узнает.
Небольшая деревня неподалёку от Анкориджа знала о существовании оборотней, тогда как весь мир — нет. Несколько сотен жителей хранили их тайну и считали брак с волком самой удачной партией, какую только можно заключить. Волки всегда имели достаток. Всегда были сильны, красивы и жили по нескольку сотен лет, если не дольше. Родить от такого ребёнка — значит родить того, кто будет жить века, кто будет успешен, обладать нечеловеческой силой и возможностями.
Быть женой волка — значит быть заметной фигурой в нечестивом сообществе. А быть женой Альфы… Всё равно что стать некоронованной королевой.
Марлен вновь схватилась за лицо и горько разрыдалась. Похоже, не быть ей частью тайной, тёмной стороны этого мира. Её дети будут простыми людьми. Они просто умрут, когда придёт их время.
И брака с любимым не будет. Потому что любимый здесь правит балом.
Потому что любимый здесь заказывает музыку.
Он — Альфа.
И раз он её не хочет — это конец.
— Если позволите, я вмешаюсь, — хрипло заговорил высокий длинноволосый мужчина, который всё это время молча стоял в тени шкафа, рядом с выходом. — Девушка правда осталась не у дел. Объективно. Её никто не возьмёт.
— С чего ты это взял? — Генри скривился. — Отличная невеста. Долгие годы готовилась.
— Это знаем мы с тобой, — незнакомец вздохнул и медленно вышел из тени, — а стая будет считать, что у неё вздорный характер. Или слабость. Или киста яичников.
— И что ты предлагаешь? — Альфа прикрыл глаза.
Он почти всегда появлялся в обществе своего первого приближённого, Беты. Ездил с ним в город по делам, даже на смотрины взял его с собой. Марлен видела его много раз. Но не знала ни имени, ни возраста.
Просто Бета.
Бледный, длинноволосый, красивый, как и все волки. Спортивный, примерно на полголовы выше Альфы. Только в отличие от остальных, он был одет в чёрный льняной пиджак. В чёрную рубашку, чёрные брюки, начищенные до блеска ботинки. Обычно вервольфы носили одежду, которую легко снять: футболки, майки, тянущиеся джинсы. Или вовсе ходили без неё.
Этот же выглядел как человек, который никогда не вылезал из своего костюма. Как тот, кто случайно заехал в деревню из города — и оборотнем вовсе не является.
Чистые, блестящие волосы плотным ковром лежали на спине, доходя до пояса. Синие миндалевидные глаза с длинными ресницами равнодушно осматривали зарёванную девушку. Пара тёмных прядей падала на бледное лицо.
