Не Альфа волчьей стаи (СИ) - Сурмина Ольга

Чтоб от него отвернулась стая. Чтоб никто больше не смотрел на него с уважением. Никогда.

— Мне не нравятся волосы с желтизной, — всё ещё с раздражением цедил Бета. — Всё перечисленное — вкусовщина. Я не намерен смаковать с тобой внешность твоей новой невесты. Во-первых, она твоя невеста, а во-вторых, — она не в моём вкусе. Голубые глаза повсюду, это не новинка. А вот бирюзовые… — Он прищурился. — Темно-бирюзовые — действительно редкость. Если бы выбирал я, то выбрал бы старшую.

Марлен почувствовала, как внутри начало расползаться что-то тёплое, словно ей на плечи накинули мягкий, согревающий плед. Словно обняли. Ментально.

Обнял какой-то незнакомец, с которым она говорила сегодня впервые в жизни.

— Ну, ты её и выбрал. Мы оба получили, что хотели, — Генри показательно закатил глаза. — Я и не говорил, что она страшная, уймись. Я лишь сказал, что её сестра лучше, и всё.

— Пойди в лес и скажи об этом какому-нибудь дереву, — Бета иронично улыбнулся. — Только если предмет не мыслит, он будет с тобой согласен. В остальных случаях у всех на всё своё мнение.

— Уймись уже, — Альфа разочарованно скривился. Он, видно, хотел разделить с кем-то восторг новой невестой, но друг совсем не желал ею восторгаться. — Ладно. Я не за тем приехал. Послезавтра полнолуние, ты помнишь?

Нолан заметно напрягся, явно задумался, затем нервно потёр подбородок.

— Ты с нами? В лес, — продолжал Генри. — Как дела обстоят в этом месяце?

— Пока не могу сказать, — Бета поджал губы. — Не знаю. Я не знаю. Может, да. Может, нет. — Этот вопрос почему-то заставил волка заметно нервничать. Он сжал зубы и закрыл глаза. — Ближе к делу дам знать.

— Если сомневаешься, лучше пойти в патруль, — Альфа склонил голову в сторону. — Я бы предпочёл, чтобы ты пошёл. Так мне будет спокойнее.

— Я дам знать, — сухо повторил Нолан.

— Ладно. Жду до завтрашнего вечера. Если не объявишься, я за тобой приеду, — Генри кивнул, после чего медленно пошёл к выходу. Через пару мгновений раздался хлопок входной двери.

Марлен, не помня себя, понеслась назад в комнату, спотыкаясь на ходу. Пыталась вытирать мокрой от волнения ладонью такое же мокрое лицо, хотя на нём оставались заметные красные полосы, которые пару минут назад оставили слёзы. Глаза припухли, вздрагивали уголки губ.

Она, словно статуя, встала у окна, видя, как Генри надевал на голову чёрный тонированный шлем, как заводил свой невероятно громкий байк, разворачивался на нём и ехал к трассе.

За спиной послышались шаги — хозяин дома к ней вернулся.

— Он тебя не раздражает? — вдруг спросила девушка, не дожидаясь, пока Бета заговорит первым. Сами собой сжимались кулаки, ногти впивались в мокрую кожу. — Мнит себя неизвестно кем. Хотя сам по себе… ничего из себя не представляет. Выскочка.

— Не ты ли влюблена в этого выскочку? — Нолан мягко усмехнулся и покачал головой.

— Мои чувства — моё личное дело. Они пройдут. Думаю… пройдут. Поболит — перестанет.

— Прими ванну, Марлен, — мужчина вздохнул. — Тебе плохо. Тебя будет кидать из любви в отчаяние — это нормально. Как ты сказала: поболит — перестанет.

— Я вот что хотела сказать… — Она повернулась, уставившись на пол, затем медленно подняла на Бету мокрые глаза. — Я… останусь с тобой. Я не буду никого выбирать.

— Что? — Он медленно вскинул брови.

— Я останусь с тобой. Но у меня к тебе вопрос, — девушка зажмурилась и оскалилась. От боли. Обиды. — Сам не хочешь стать Альфой, Нолан⁈ Не хочешь занять место Генри? Мне кажется, ты этого достоин. Ты взвешеннее. Собраннее. Явно лучше владеешь собой и явно… умнее. Чёрт возьми, ты умнее него! Ты составляешь нынешнему Альфе карты, а Альфа чем занят⁈ Скалит зубы? Ковыряет в ушах⁈ — Тон становился всё импульсивнее. — Что ты улыбаешься⁈ Ты достоин. Ты должен занять его место.

— Полагаю, тобой движет желание отомстить, — мужчина прищурился. — Не так ли? И желание занять место, которое у тебя отобрали. Место жены Альфы, первой женщины стаи.

— Что бы мной ни двигало, это не меняет того факта, что ты достойнее него, — пробормотала девушка. — Любой волк мечтает занять место Альфы. Любой, я знаю это. Так вот, я помогу тебе… чем смогу. Ты первый Бета, у тебя есть все шансы его сместить. Сделаю всё, что попросишь. Стану такой… какой попросишь. — Она подошла и неловко дотронулась до его предплечья. — Давай заткнём его за пояс. Я знаю, мы оба этого хотим.

— Ты ошибаешься, — Нолан едко улыбнулся. — Если ты хочешь остаться со мной из перспективы сделать меня Альфой — откажись от этой затеи. Я не буду никаким Альфой.

— Почему? — Марлен ошарашенно раскрыла глаза. — Об этом любой волк мечтает! Любой!

— Любой. Но не я. — Улыбка становилась всё шире. — Извини, но мне не всралась дополнительная ответственность. Хомут в виде стаи, чья потребность в безопасности будет висеть на мне, как дохлый гусь. Мне это неинтересно.

— Но почему? Ты можешь объяснить⁈ — Она растерялась. Смятение. Страх. Злость.

— Назови мне хоть один плюс от места Альфы в стае, — мужчина мягко погладил девушку по щеке, и та невольно вздрогнула. — Назови хоть один плюс, и я подумаю.

Он нависал над ней, словно скала. Человек в чёрном костюме, с яркими синими глазами и бледной кожей. Сейчас Бета был больше похож на демона, чем на оборотня. В тени платяного шкафа он всё меньше напоминал кого-то, кто в свете пасмурного солнца должен был быть человеком. То ли пугал, то ли отвращал. То ли… завораживал.

— Почитание. Уважение. Послушание, — Марлен нервно уставилась на пол.

— Хочешь сказать, сейчас стая ко мне не прислушивается? — Нолан с усмешкой вскинул бровь. — Не уважает?

— Альфа — самый главный. Самый лучший, — она поджала губы.

— Ах вот оно что, — он иронично закатил глаза. — Самый лучший. С чьей точки зрения? Кто так сказал?

Тяжёлая рука опустилась ей на голову и потрепала волосы. Девушка дёрнулась в сторону и зло оттолкнула его руку.

— Скажи, ты влюблена в Альфу или в его ранг? — продолжил с улыбкой мужчина. — Если ты намерена остаться со мной, придётся смириться с моим положением. Увы, не всё в этой жизни происходит так, как мы хотим. Кроме того… напоминаю: сожительствовать мы будем на моих условиях. — Он было хотел продолжить, но отвлёкся на свои наручные часы. Прищурился, глядя на часовую стрелку, вновь закатил глаза и полез во внутренний карман чёрного пиджака. Пару секунд там порылся, после чего вынул оттуда полупустой блистер безымянных таблеток. — Я выпью лекарство — и мы продолжим разговор. И я не буду Альфой. Смирись.

Марлен зло прищурилась ему вслед.

— Посмотрим. Может, ещё передумаешь, Нолан, — ногти царапали кожу ладоней. — Генри не сойдёт с рук моё унижение. И моя сестра не будет первой женщиной стаи. Предательница. Я клянусь. Я отомщу.

Он обещал вернуться, но почему-то не вернулся. Назад в комнату к невесте так и не пришёл, хотя Марлен ждала его. Выглядывала наружу, топталась на месте и, в конце концов, продолжила разбирать чемодан. С отсутствующим выражением лица вешала в шкаф блузки, скромные белые платья, кружевные сорочки. Голову распирало от эмоций, глаза то мокли, то высыхали. Биение сердца то оглушало, то успокаивалось.

В какой-то момент она прикрыла дверь, легла на кровать и уставилась на пустые цветочные горшки. Со временем злость, обида, отчаяние постепенно притуплялись. По белому небу иногда скользили чёрные силуэты птиц.

Ничего не будет: ни любви, ни семьи, ни вхождения в стаю под званием жены любимого. Она ему не нравится. Даже если нравилась, то всё — разонравилась.

Йорфер повернулась на живот и уткнулась лицом в подушку. Повезло ещё, что не осталась одна в родительском доме. Что не готовит младшую сестру сама. Не выбирает ей платья, не рассказывает об анатомии вервольфов, не учит играть на пианино.

— Может, я погорячилась? — с грустью бормотала она себе под нос, пока ветер гудел в бирюзовых кронах тополей.

Может, и погорячилась. Если она отомстит, её не полюбят. Скорее всего, от неё отвернётся сестра, родители, ещё сильнее возненавидит Альфа. Нельзя отмотать этот день назад. Нельзя заставить кого-то чувствовать к себе тёплые чувства — ни злостью, ни отчаянием.