Бреннон вздохнул. Все слишком хорошо складывалось.
– Но ты же его чуяла, пока мы ехали? Это ведь его дом?
Пес кивнул, не отрывая носа от пола.
– Следы некромагии налицо. – Лонгсдейл провел трехгранником плашмя вдоль стен. – Это краска.
– Где?
Натан подошел и едва не наступил на пятно белой краски на полу. Совершенно свежее.
– Стены облили белой краской. Она едва начала высыхать. – Консультант мазнул пальцем по стене. Пес заскреб лапой по длинным царапинам в полу.
– Не мог же он в одиночку все отсюда упереть. – Комиссар пожертвовал платком и стер краску рядом со следом от пальца консультанта. В штукатурке под ней обнажился кусок какого-то орнамента, вырезанного тонким лезвием.
– Тут рядом деревня, – сказала Джен. – Наверняка он без труда нашел тягловую силу. Проклятие! Похоже, я могу его учуять только тогда, когда он сам колдует! Стоило ему бросить своих рабов, как я его потеряла!
– Это некромантические героны, – сказал Лонгсдейл. Он пробормотал что-то себе под нос, провел ладонью над стеной, и краска хлопьями осыпалась на пол. – Заметили? Комната доведена до идеального квадрата. – Консультант толкнул кинжалом огненный шар к противоположной стене. – Видите? Это доски. Стену сколотили недавно и все окна забили досками. Герметичный куб. Уверен, что на потолке и полу мы тоже найдем героны.
– Для чего они?
– Для сохранения тел. Или тела.
– А заклятие Маргарет? – вдруг вспомнил Бреннон. – Оно все еще тянется за маньяком?
– Ну… вероятно, да. Мы можем попытаться. – Лонгсдейл опустил руку на голову пса. – Если наш маньяк не улетел по воздуху, то мы возьмем след заклятия и догоним его. Но что вы будете делать потом?
– Догоню – и узнаю, – не очень уверенно сказал Натан.
– А если он захватит вас?
– Тогда врежьте мне по башке чем потяжелее. Проклятие! – Комиссар обвел комнату тяжелым взглядом. – Тут еще уйма улик! Если бы вас можно было отделить от вашего пса…
Лонгсдейл вздрогнул всем телом.
– Я могу остаться, – предложила Джен.
– Нет. Ты – единственная, кого он не сможет захватить. К тому же наши лошади уже устали, новая гонка им не по силам.
– Но мне не нужна лошадь, чтобы его догнать. – Глаза ведьмы вспыхнули алым. – Хотите, я займусь им, сэр?
Натан прошелся по комнате из конца в конец. Больше всего он боялся, что маньяк вернется за Маргарет. Особенно если этот паразит не смог сохранить то, ради чего резал девушек, и Пег осталась его единственным шансом… на что? Ради чего он все это делает?
– Ладно. Двигай за маньяком, только помни, что он нам нужен живым, – согласился комиссар.
Джен зловеще хмыкнула и выскользнула за дверь.
– Чем он тут занимался, по-вашему? – Комиссар обернулся к Лонгсдейлу.
– Хранил тело.
– Одно?
– Ну… судя по тому, что следов от ножек стола всего четыре, то да. Стол такого размера не подойдет для двух тел сразу.
– Но что маньяк с ним делал?
– Собирал, – пробормотал консультан. – Героны на стенах поддерживают оптимальную среду для хранения тела. Но, похоже, даже так он не смог сохранить труп для своей цели.
– Интересно, для какой? – процедил Бреннон. Пес неопределенно пожал плечами. – Ладно. Давайте осмотрим двор.
Разрубленный на куски, обугленный стол нашел пес. То ли маньяк так торопился убраться прочь, что не проследил за костром, то ли сырой воздух и снег сделали свое дело – но обломки не сгорели дотла. Железные крепления для рук, ног и шеи так и вовсе почти не пострадали. Тут же рядом горкой лежали остатки столика на колесиках, а от кострища поднималась такая вонь, что Лонгсдейл отстранил комиссара и сказал:
– Он сжег здесь свои зелья. Отойдите, этим опасно дышать.
Натан потер виски и глухо буркнул:
– Можете послать какую-нибудь весточку Бирну? Пусть сворачиваются.
Лонгсдейл кивнул, присел на корточки и поворошил кинжалом кострище. Пес обнюхивал угли, презирая ядовитые испарения.
– Здесь инструменты. Хирургические в основном.
– Значит, тут была его лаборатория. Посмотрите на следы вокруг. Их натоптал явно не один человек, – покачал головой комиссар.
– Думаете, сообщники?
– Думаю, надо допросить жителей деревни. Если своих помощников маньяк набрал в ней, то, боюсь, там стало двумя-тремя обитателями меньше.
24 февраля
– Девушка не выжила, сэр, – сказал Бирн. – Мальчик ничего не помнит, кроме того, что к нему и его сестре подошел невысокий джентльмен.
– Проклятие, – буркнул комиссар и присел перед трупами, которые пес отыскал у околицы деревушки.
Двое мужиков зарубили друг друга топорами, третий повесился на ближайшем тополе. Дерево жалобно скрипело под тяжестью тела. Полицейские оцепили дом и деревню. Пока консультант и пес исследовали логово маньяка, Бреннон вместе с детективом осматривал усопших. Темная ночь переходила в мутное утро.
– Мы сможем выследить его экипаж по следу в снегу, – неуверенно сказал Бирн. – Но что делать, если маньяк захватит наших?
– Этим уже занимается Рейден, – ответил комиссар. – Мальчик не помнит никаких подробностей?
– Джентльмен был низкорослый и тощий.
– Отличные приметы, – сказал Бреннон. – Низкий рост, хрупкое телосложение, носит серые перчатки.
Бирн вздохнул. Впрочем, комиссар понимал, что у детектива не было шансов составить детальный портрет.
– Осмотрите все вокруг, опишите в подробностях тела и место преступления. Вот. – Комиссар жестом подогнал к Бирну огненный шар; детектив мужественно воспринял это явление, только втихаря перекрестился большим пальцем. – Я в дом.
Комиссар зашагал к лаборатории маньяка. На дороге показался экипаж; Натан прищурился и с разочарованием понял, что это не полицейский, а чей-то личный. Правда, его сомнения вскоре развеялись: экипаж остановился около оцепления, с козел соскочил пироман и нетерпеливым жестом потребовал, чтобы Бреннон немедленно уделил ему внимание.
«А у его светлости ноги отвалятся подойти», – кисло подумал Натан и направился навстречу синьору Фьяманте. Ну какого черта?! Бреннон был уверен, что этот тип – коренной риадец, на черта ему иларская фамилия? Пылающий, видите ли!
– Ну? – спросил комиссар. – Где Пег?
Племянница тут же высунулась из оконца, может, и не свежая, как майская роза, но такая бодрая, что Натан позавидовал ее семнадцати годам.
– Дядя, как ты? Все целы? Вы его поймали?
– Нет, – ответил комиссар, – утек. Но за ним гонится Рейден. А ты?
– Со мной все в порядке. Синьор Фьяманте нашел…
– Мы нашли, – нетерпеливо перебил пироман, – возможное место появления маньяка.
– Это хорошо? – осторожно поинтересовался Бреннон.
Пироман фыркнул:
– Вы все еще думаете, что подобные люди самозарождаются, как мыши в сене? Запомните уже – стихийные порталы не выдумка, и маньяк будет нести в себе его отпечаток до конца своих дней.
– То есть если вы найдете исходную точку, – заинтересовался Натан, – то сможете проследить за маньяком?
– Надеюсь. Ну, или по крайней мере, смогу собрать амулет, способный отследить отпечатки магии портала. Тогда при некоторых усилиях можно найти и носителя.
Бреннон поскреб бородку.
– И чего вам за это надо?
Глаза пиромана блеснули.
– О! Вы сообразительный человек, – со смешком заметил он.
Пегги распахнула дверцу экипажа и высунулась из него вся, чтобы принять участие в своей судьбе:
– Дядя, если вы его не поймали, значит, он снова придет за мной. Или начнет убивать девушек, чтобы я пришла к нему. Я… я все еще не могу вернуться домой.
– Джен будет тебя охранять.
– Что вы будете делать, когда обнаружите маньяка? – осведомился пироман. – Ваша ведьма – единственная, кто в состоянии к нему приблизиться.
– Я не позволю вам забрать Пегги, – сказал Бреннон, сверля синьора взглядом. – У меня есть кое-какой способ ее спрятать.
Пироман сжал губы и упрямо уставился на комиссара из-под сведенных бровей.
