Дампир. Компиляция (СИ) - Хенди Барб

Раздражение Мальца снова взяло верх. Нет, он никогда не признался бы открыто, что Чейн был таким … полезным. Он поднялся под пристальным взглядом дежурного на толстую деревянную платформу, обрамленную огромными колесами. И как только он оказался на толстых досках пола, он услышал, как закрылись ворота …

— Приготовься, — прохрипел Чейн, ухватившись свободной рукой за заднее ограждение.

Лифт дернулся вверх, и Малец быстро распластался на четвереньках. Он не задавался вопросом, каким образом служащий дал сигнал тому механизму, который поднимал лифт наверху. Он хотел зарычать на Чейна за то, что тот не предупредил его лучше, когда лифт набирал скорость — и еще больше скорости- и скалы и трещины горы проносились мимо.

После этого все, что Малец мог сделать, кроме как собраться с силами, — это попытаться проглотить свой желудок обратно… снова и снова. Он хотел закрыть глаза, но не осмелился, так как ему нужно было видеть, что происходит вокруг. Громкий грохот поднимался все громче и громче под платформой от огромных колес с двух сторон лифта.

Он почти не замечал ни одного из небольших поселений, мимо которых проходил по пути. Одни только вибрации угрожали опустошить его желудок и …. и еще кое-что, над чем он не терял контроля с тех пор, как был щенком.

"Уже недалеко, — прохрипел Чейн.

Меньше всего Мальцу нужны были заверения от этой твари.

Лифт, наконец, приблизился к вершине и начал замедляться, но при перекате через край горного уступа лифт внезапно качнулся.

Парень потерял контроль.

Когда трамвай наконец остановился, Чейн уставился на него. Немертвый неловко откашлялся, глядя в сторону, а затем поспешил сам открыть Передние ворота, когда появился толстый служитель.

Малец просто стоял, дрожа от тошноты … и стыда.

Он стряхивал каждую заднюю ногу с каждым шагом, оставляя за собой лужу.

Толстый и немного чумазый мастер лифта зарычал на него: "ты грязная дворняжка."

Малец опустил голову и ссутулил плечи. Он заковылял вниз по пандусу, все еще пытаясь стряхнуть с себя задние лапы, и даже не оглянулся на то, что предстояло убрать лифтеру.

Чейн стоял впереди на огромной площадке, глядя в другую сторону, на большое отверстие в горе. Все дороги вокруг них, казалось, текли крутыми спусками между крутыми поворотами. Все пути были окаймлены различными каменными зданиями, построенными из тонких подогнанных друг к другу блоков или высеченными из местных горных пород.

Малец нерешительно оглядел лестничную площадку и заметил кривошипный домик лифта и огромный закрытый турникет, управляемый мулами. Он не видел, как лифт достиг такой скорости, и снова посмотрел на огромную открытую арку в склоне горы.

Изнутри лился оранжево-желтый свет.

"Мы на перевалочной станции Шемарре, — сказал Чейн, направляясь к арке.

Чувствуя себя еще более растерянным, Малец последовал за ним. Вход был не так велик, как ему показалось вначале, но все равно огромен. Впереди был огромный туннель с центральными каменными колоннами, такими большими, что за одной из них могли спрятаться два или даже три человека. Справа было еще одно отверстие в другое пространство.

Вокруг было много людей, направлявшихся в ту или иную сторону. Большинство из них были гномами в различных одеждах, некоторые в доспехах, а некоторые с огромными собаками, которые принюхивались в его сторону. Среди них было несколько человек, и большинство из них были одеты как преуспевающие купцы, капитаны судов или другие торговцы, более дикие и грубые на вид.

Чейн направился к центральному туннелю и вошел в арку с другой стороны. Когда Малец последовал за ним, он остановился на том, что заполнило его взгляд.

Два туннеля, каждый шириной в три дороги, вели прямо в гору. В каждую из них врезались тройные ряды переплетенных стальных колей в гранитном полу.

На ближних концах колеи стояли платформы из крепких деревянных досок, похожие на доки гавани. Одна платформа была переполнена гномами и людьми, толкающимися, чтобы подняться на борт и найти места в веренице открытых вагонов. Рядом с другой платформой тянулась полупустая такая же вереница.

— Трамваи, — тихо сказал Чейн, — чтобы добраться через всю гору до двух других поселений."

Эти трамваи из Соединенных вагонов, построенные из цельного дерева, окрашенного в коричневые и нефритовые тона, ехали на стальных и железных ходовых частях. Их колеса были обуты в сталь. Ряды скамеек смотрели вперед внутри каждого вагона, разделенные узкой дорожкой в центре. Снаружи пассажиры были защищены высокими, по пояс, перилами. Каждый вагон был покрыт крышей, но только его фасады имели сплошную стену и дверь, вероятно, чтобы сломать несущиеся ветры, когда трамвай наберет скорость.

От одной мысли об этом парня снова затошнило.

— Очевидно, маджай-хи испытывает трудности с путешествиями гномов" — сказал Чейн. — Хотя и не совсем отец, как дочь."

На этот раз парень действительно зарычал.

Широкий бородатый гном в простой кожаной кольчуге подошел к краю ближайшей платформы и прикрыл рот большими жилистыми руками.

— Максаг Чекиуни-да! — прогремел он, а затем по-Нумански " — уходим в Пойнт-Сайд!"

После этого он заковылял по платформе, прогоняя задержавшихся пассажиров в вагоны.

"Не наши, — заметил Чейн.

Не успел последний пассажир усесться, как облако пара окутало головной вагон трамвая, так что ничего нельзя было разглядеть. Малец едва разглядел его переднюю часть, которая, казалось, заканчивалась точкой.

Пар вспыхнул изнутри ярким сиянием. Его передняя часть горела, как один из массивных пилонных кристаллов вдоль главного туннеля. Какой бы Кристалл ни ехал на передке трамвайного двигателя, он должен был быть намного больше. И его свет пульсировал в медленном ритме.

Резкий взрыв пара вырвался из ходовой части головного вагона, и свечение стало ровным, горячим желтым.

Вся цепочка вагонов трамвая медленно продвигалась вперед с металлическим скрежетом колес по колеям. Через несколько мгновений он набрал скорость рысцой скачущей лошади. Когда он въехал в туннель, резкий свет впереди осветил путь, и Малец услышал, как ритмично нарастают его колеса. Через несколько мгновений он исчез из виду.

Чейн тоже стоял и смотрел ему вслед.

— Кристаллическая сила … какой-то таинственный двигатель, — прошептал он и указал на другую платформу. "Это будет наша."

Чейн шагнул вперед, но Малец задержался. Это будет еще хуже, чем подъем на гору. Он неохотно последовал за ней.

Другой начальник станции, женщина, прошла по платформе и загнала пассажиров в вагоны. Трамвай "Чекун", "Бухта", быстро заполнялся.

— Вот, — сказал Чейн, садясь в машину и опускаясь на ближайшую пустую скамейку.

Малец прокрался внутрь, борясь с желанием зарычать на других пассажиров. Женщина-гном, все еще руководившая людьми, взглянула на него.

"Сколько еще до Чекуюна? — Спросил ее Чейн.

"Никаких остановок на этом пути, — ответила она низким голосом, — так что к ночи — конец лета."

Она пошла к следующей машине в очереди, и малец остался недоумевать, что означают эти временные рамки. Он взглянул на Чейна.

— Поездка займет около четверти ночи, — объяснил Чейн.

Мальцу стало еще хуже. Он надеялся закончить свою работу здесь и уйти с третьим шаром к рассвету. Этого не должно было случиться, и он опустился на пол трамвая, пока Чейн складывал свои рюкзаки и сундук на пустую сторону скамейки. Машина дернулась, и Малец не смог сдержать стона..

Чейн никогда бы не признался в этом, но к концу путешествия ему стало жаль Мальца. Когда трамвай подъехал к станции Чекун, Малец все еще лежал на полу, и с его щек капала слюна. Тень тоже заболела до рвоты во время своей первой поездки на трамвае.

Однако она никогда не мочилась на весь лифт.

"Это скоро пройдет" — коротко сказал Чейн, закидывая оба рюкзака и снова балансируя сундуком. "Ваша дочь пострадала еще больше на этих машинах, но она никогда не отходила от Винн."