Влюбляясь снова и снова, Дракон с трепетом ждал, когда одно из яиц проснётся. Но каждый раз все надежды были напрасны, и сегодня, кажется, снова — не судьба.
Обуреваемый грустными мыслями, Сварт заканчивал свой бессмысленный ритуал. Он уже был близок к тому, чтобы снова впасть в уныние: верная компаньонка последних лет — меланхолия — неотступно шла рядом, удовлетворённо потирая руки. Но, когда надежда уже была почти утрачена, случилось невозможное: на гладкой скорлупе самого последнего яйца, Дракон нащупал крошечную шероховатость. Сердце Ящера, как гуттаперчевый цирковой акробат, радостно подпрыгнуло, сделало кульбит возле гортани и торжественно опустилось на место. Не может быть! Неужели это оно?!
Не веря себе от счастья, Дракон дрожащими руками осторожно поднёс яйцо к факелу и — о, чудо! — разглядел на его боку маленькую, похожую на куриную лапку, трещинку. Сделав судорожный вздох, мужчина поднес яйцо к уху и ясно услышал, внутри скорлупы тихий шум, почти шёпот. Нет, это еще не было четким биением маленького сердца. В глубине скорлупы раздавался звук, похожий на плеск прибоя тёплым, летним днём. Голос был неуверенный и тихий, но Сварт отчетливо его слышал.
Глава 2: Сокровища
Значит, всё-таки, Гертруда!? Неужели, спустя сотни лет поиска, безуспешных попыток и горьких разочарований, он наконец-то отыскал свою невесту? Или это она нашла его?
Вдруг, непрошеная мысль с размаху ударила ему в голову. Дракона бросило в жар, и от неожиданности он едва не выронил свою драгоценную ношу. В глубинах его подсознания зародилась пугающая догадка. Она неотвратимо поднималась в нём, разрастаясь и обретая ясные формы и очертания, пока не взорвалась в его голове одним-единственным вопросом: а вдруг это Тоня? Ведь, хоть и не по своей воле, но у них был поцелуй и даже немного больше. А что, если она — женщина, предначертанная ему судьбой?
Потрясённый Дракон опустился прямо на каменный пол. Его снова кидало то в жар, то в холод, а непослушные мысли роем кружились в ставшей тяжёлой голове. Нет, только не она, только не Тоня. Судьба не могла так глупо над ним пошутить. Это слишком жестоко. Даже мысль об отношениях с Тоней была для Ящера за пределами его представлений о чести и достоинстве. Но, что делать если она попала сюда не случайно, а чтобы стать матерью его детей?
Чтобы понять, так ли это на самом деле, Дракону необходимо переломить себя, перешагнуть через своё выпествованное мироощущение. Но что делать, если яйцо продолжит трескаться? Как создать семью с той, кого не хочет ни душа, ни разум. А если это — не она? Сможет ли он взвалить на свою совесть ответственность за разбитое сердце наивной девочки?
Воистину, бойтесь своих желаний, ибо они имеют особенность исполняться. Знал ли Дракон, что за свою мечту стать отцом ему, возможно, придётся делить постель с вчерашним ребёнком?
А может быть, просто забыть про яйцо, позволив не родившемуся малышу задохнуться под толстой скорлупой, и жить как раньше? Мужчина сам испугался этой шальной мысли. Нет! Только не так! Он не вынесет этого.
Сварт зло растёр лицо ладонями. Он рывком поднялся на ноги и решительно покинул инкубатор. Пришла пора принимать решение, каким бы сложным оно не было. Он не любил Тоню сейчас и вряд ли сможет полюбить позже, но ради будущих детей обязан попытаться построить с ней нечто похожее на брак. Иначе он никогда не простит себя.
Несколько дней Дракон был мрачен больше обычного. Он хмуро ходил по Замку, взвешивая все "за" и "против". Тоня? Или Гертруда? Что делать? Снова поцеловать Тоню? А если всё-таки окажется, что это не она? Неспокойные мысли, как оголодавшие звери грызли его изнутри. Когда напряжение достигло своего предела, Сварт решился на серьёзный разговор.
— Помнишь, ты забралась сюда ради сокровищ. Хочешь посмотреть подземелья Замка? — пряча глаза, спросил он за ужином.
— Конечно! — воспрянула духом Антошка.
Она уже совсем заскучала долгими осенними вечерами без телевизора и интернета. Единственным развлечением в Замке была библиотека. В ней, чаще всего и пропадала девушка, но книги были скучными собеседниками. Прогулка в сокровищницу же была для Тони весёлым приключением, на которое та радостно согласилась.
Дракон поднял факел и на негнущихся ногах пошёл в подземелье. Тоня весело бежала за ним. Они долго шли по узкой лестнице и бесконечным каменным коридорам. Девушка уже с трудом передвигала ноги, когда Дракон, наконец-то, подвёл её к какой-то массивной, обитой железом двери. Она даже не подозревала, что стараясь оттянуть важный разговор, Сварт кругами водил её по, выложенным в самом сердце Драконьей скалы, ходам, пока ноги сами не подошли к соседнему с инкубатором залу.
"Что же. Значит, сначала зайдём сюда. Мне нужно ещё немного времени…" — решил Дракон.
— Откройся — прошептал он и дверь отворилась.
Тоня зажмурилась и притихла. Она была уверена, что сварт привёл её в сокровищницу Замка и боялась открыть глаза, чтобы не ослепнуть от блеска драгоценностей. Но что-то было не так. Всё ещё не открывая глаз, девушка прислушалась и с удивлением услышала звуки летнего леса: пение птиц, шум деревьев и плеск воды. Что за розыгрыш? Птицы ведь не летают в тёмных подземельях. Куда она попала?
Тоня никогда не видела джунгли вживую, только в фильмах или на картинках. Но когда она открыла глаза, то поняла, что это они и есть. Холодной зимой в неподходящее время и в странном месте раскинулись самые настоящие тропики! Вокруг порхали стайки прекрасных, диковинных птиц, пробегали стада зверей. Тоня готова была поклясться, что заметила вдали несколько слонов и носорога, пасшихся у кристально чистого озера с водой настолько прозрачной, что можно было без труда рассмотреть всех его обитателей. Девушка застыла с открытым ртом: она боялась представить сколько места занимает, этот, раскинувшийся перед ней оазис!
— Вот часть моих несметных богатств! — не без гордости произнёс Дракон, — Это то, что я храню много сотен лет, а до меня хранил мой отец и отец моего отца, с момента зарождения рода. Драконы существуют для того, чтобы прятать этот оазис от людей и для людей! Когда придет страшный день, и человечество окончательно погубит все живое на своей планете, я открою эту дверь и дам ему ещё один шанс.
— Так вот какие богатства охраняют драконы! Я-то думала, что здесь сундуки с алмазами и изумрудами. А на самом деле, словно в рай попала! — Тоня восхищённо озиралась вокруг, не веря собственным глазам.
— Ну, я стерегу не только это. Есть еще обычное золото и драгоценности. Но разве оно сравнится с этим великолепием? — Сварт тоже с мальчишеским восторгом смотрел на подземную идиллию.
Когда становилось совсем одиноко, Дракон спускался сюда и, как зачарованный сидел у воды. Ему никогда не надоедало наблюдать за тем, как подземные джунгли живут своей неторопливой жизнью. Местные звери никогда не видели солнечного света, звёздного неба или первого снега промозглой осенью. Но, тем не менее, в идеальной экосистеме, созданной Замком, они прекрасно обходились без всего этого. Сварт часто думал, что возможно он обречён жить в одиночестве. И ему, как его подопечным нужно с этим смириться и не мечтать о невозможном.
Дракон встряхнул головой, стараясь отогнать от себя непрошеные мысли. Невозможное уже случилось, и нужно спешить, пока его малыш задохнулся в яичной скорлупе.
— Идём дальше, у меня для тебя есть ещё кое-что, — Сварт вывел остолбеневшую от восторга Тоню из этой галереи и подвёл к инкубатору с драконьими яйцами, ради которых и была устроена экскурсия.
Глава 3: Трещина
Игорь и Гертруда Петровна почти неделю бродили по лесам. В доспехах было холодно и неудобно, рюкзак с палаткой тоже не убавлял трудностей, поэтому Игорь вскоре начал сомневаться в целесообразности их кампании. Да и зимние ночёвки в лесу — не самое приятное времяпрепровождение. Но они находились на подступах к Драконьей скале, и поворачивать назад было уже поздно.
