Последний Паладин. Том 15 (СИ) - Саваровский Роман

Оставаться среди них «своим», но при этом иметь ресурсы и возможность их же и защищать.

И Вепрь реально защищает своих вынужденных подопечных. Как заботливый надзиратель для проблемных подростков. Где надо ругает, следит за тем, чтобы не переходили черту, сдерживает и наказывает, если нужно.

Но при этом он же и бьется за каждого из этих угнетенных отбросов, как за своих собственных детей.

За что Вепря и уважают на улицах.

И именно поэтому первым к кому я обратился с просьбой, был именно он. Мрак шел в комплекте. После убийства Демида, он стал намного спокойнее, исполнительнее и инициативнее. Сам брался за любую работу и старался найти свое место.

Мне же после слов Горемыки, требовалось прощупать пульс на улицах и понять, насколько все запущено. И есть ли причины для беспокойства. И пока Горемыка прощупывал «сверху», я решил заглянуть и прощупать «снизу».

Правда же, судя по отчетам, оказалась где-то посередине.

— Ты оказался прав, Маркус, — первым подал голос, хмуро сидящий напротив меня и нервно щелкающий орешки Вепрь, — движения на улицах действительно есть. Мы не заметили этого раньше, потому что напрямую наших сфер влияния это не касается. Да, мои люди иногда замечали странности, получали травмы, некоторые пропадали при загадочных обстоятельствах, но все было в рамках погрешности. Без системы…

— Но как только ты указал куда смотреть, казалось бы, не связанные между собой события оказались связаны, и система проявилась, — продолжил за своего подопечного Мрак, что стоял у окна со сложенными на груди руками.

— Мелкие аристократы, — хмыкнул я, отводя взгляд от бумаг на говоривших.

Именно на эту группу лиц приходилось большинство внешне не связанных странностей и инцидентов.

Тут пропал водитель. Там охранник получил травму. Здесь офисное здание сгорело. Все это крутилось именно вокруг возросшей активности определенной группы лиц.

— Да, но активизировались не только они, — хмыкнул Мрак, — ущемленные элиты, разорившиеся бизнесмены, потерявшие влияние семьи, ушедшие в тень сторонники светлых и их бывшие деловые партнеры… Список обиженных длинный. И все они удивительно синхронно пришли в движение, но осторожно. Встречаясь за закрытыми кабинетами. Не оставляя улик. Избегая или устраняя свидетелей. Кто-то действительно обрабатывает всех недовольных. И делает это настолько тихо, что на улицах мы видим лишь рябь на воде, но не сам брошенный в воду камень. Пока мы пытались копнуть тихо, но подойти ближе не удалось. Можем попытаться копнуть глубже…

— Не надо, — прервал я его, и отложив отчеты, поднялся на ноги.

— В СМЫСЛЕ НЕ НАДО⁈ — подорвался следом за мной Вепрь, — и че тогда делать⁈ Бездействовать⁈

— Нет, не бездействовать, — спокойно подошел я, и поставив на столик бутылку вынутого из местных запасов дорогого коньяка, сел обратно, — но действовать надо тоньше, осторожнее… — продолжил я говорить, достав пару бокалов и наполнив их янтарной жидкостью, после чего пододвинул, и подняв вопросительный взгляд, спросил, — сможете?

Мрак молча повел рукой и черный дым пронесся по полу, оплел столик, подхватил один бокал с напитком, и совершенно бесшумно перенес его в руку одаренного.

Вепрь поначалу ничерта не понял и просто резко схватил бокал, но как только хрупкий хрусталь слегка треснул в его руках, тот ослабил хватку и выпил напиток осторожно.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнул я, и двинул в их сторону всю бутылку, — тогда можете использовать все, что потребуется. Кто-то действует ночью. За нашей спиной. Действует скрытно и тихо. Но тень — это наша стихия. Найдите тех, кто за этим стоит, и узнайте, что происходит.

— Сделаем, — ответил с трудом сохраняющий контроль Вепрь.

Его ярость понятна. Всю ночь он бегал по улицам и дергал за ниточки, чтобы в итоге узнать, что погибшие за последние дни люди на улицах погибли не случайно. Что их убили. Убили прямо под носом Вепря, а он этого даже не заметил и ничего не заподозрил.

— А что насчет Энджи? Ее нашли? — перевел я взгляд на Мрака.

— Пока нет, — скривился и вспыхнул черной дымкой теневик, — она как сквозь землю провалилась. Более того, нам не удалось найти ни одного свидетеля ее встречи с Инквизитором.

— По крайней мере живого свидетеля, — зло фыркнул Вепрь.

— А тот о котором говорил Горемыка? — поднял я бровь.

— Убит, — явно ожидая этого вопроса, шмыгнул носом Вепрь, и впившись в меня недобрым взглядом, спросил, — все еще уверен, что стоит действовать осторожно, босс⁈

— Да, — не моргнув глазом, ответил я.

Вепрь еще несколько секунд пялился, выдерживая мой взгляд, но потом фыркнул, схватил бутылку и пошел на выход.

Мрак тоже кивнул, и ушел следом, вновь оставляя меня в комнате одного.

По крайней мере визуально.

Пустая комната. Тишина. Никаких энергетических колебаний. Даже дымчатая тень Мрака никак не среагировала, хотя ее чувствительность выкручена на максимум и за последнее время он нехило так подтянул свои навыки.

Только вот этого оказалось недостаточно, чтобы обнаружить ее.

— Долго еще будешь прятаться? — вновь закинув на журнальный столик ноги, беззаботно спросил я и покосился на то место, через которое полминуты назад прошел Мрак.

И я продолжал молча смотреть, пока пространство вдруг не подалось дымчатой рябью, и оттуда не вышагнула недовольная черноволосая девушка.

— Да как ты это сделал⁈ — надув щеки, плюхнулась Лиса рядом со мной на диван, — Мрак же прямо сквозь меня прошел и ничегошеньки не заметил!

Я ничего не ответил, и просто пожав плечами, подтянул себе тарелку с оставшимися орешками.

Так себе завтрак, конечно, но все остальное за ночь мы уже слопали, и ничего кроме них и бухла тут уже не осталось.

— Эй, Маркус, я серьезно! Скажи, как ты это сделал! Я должна знать! Иметь уязвимость о которой не знаешь, опасно, знаешь ли! — покачала она пальчиком, — вдруг меня и другие смогут отследить!

— Это вряд ли, — отмахнулся я, набрав в руку горсть орешков, и откинулся на спинку дивана.

— Ну… ну скажи! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — сменила стратегию Лиса и подавшись чуть ближе, сделала такой умилительно просительный взгляд, что устоять оказалось выше моих сил.

Блин, научилась же у Кота моську строить.

— Ладно, — вздохнул я, и, закинув пару орешков себе в рот, добавил, — тебя выдал хвост.

— Хвост⁈ — недоуменно захлопала глазками Лиса, и даже повернулась посмотреть на свою попку, чтобы убедиться, что там ничего нет.

— Ага, хвост. Кошачий, — улыбнулся я, наблюдая за ее реакцией.

— Эй, ты думаешь я совсем глупая⁈ Вообще-то Кот вернулся на два часа раньше меня и сейчас дрыхнет внизу под одним из шестов! — возмущенно выпалила девушка.

— Да… отправить его вперед себя и возвращаться раздельно было действительно умно, — похвалил я.

— Но тогда как⁈ — не выдержала Лиса и, подскочив ко мне вплотную, уперлась пытливым взглядом.

— Да, Кота при тебе нет, — вздохнул я, — но есть… — потянул я руку в ее сторону и, коснувшись плеча девушки, приподнял на свет едва заметную черную «ниточку».

— Шерсть… — ударила себя по лбу Лиса и, стыдливо закрыв лицо ладонями, плюхнулась на диван, — бл-и-и-и-н, как же тупо! Но она же черная! Ее совсем не видно! И энергии она никакой не излучает!

— Поэтому я и говорю, что никто другой тебя не отследит, — пожал я плечами, и едва я отпустил черную «ниточку», как она просто беззвучно исчезла в пространстве.

Лиса это увидела сквозь пальцы, и ее выражение лица опять резко поменялось. На этот раз на осуждающее.

— Так не честно, Маркус! Ты за мной следил! — тут же прилетела в меня претензия.

— Присматривал, — внес я ценное уточнение, — или ты думала я Кота тебе только в помощь отправил?

— Фи, использовать котиков для сталкерства это преступление! Такое должно преследоваться по закону! — возмущенно выпалила Лиса, но при этом все осуждение и негодование из ее тона улетучились, а сама она заняла сидячую позу на диване, сложив под себя обернутые в черные чулки ножки, — а тут вообще есть чего покушать? — спросила она в такт проурчавшему животу.