Аквилон. Маг воды. Том 5 (СИ) - Токсик Саша

— Есть ещё что-то? — спросил я. — Любая мелочь?

— Он левша, — вдруг вспомнила она. — Не знаю, пригодится ли тебе это.

— Отлично, это полезно.

— Господа, прошу занять позиции! — голос Бурлакова прервал нас.

— Данила, прошу, будь осторожен!

Я кивнул ей, зная, что обманываю. Осторожность, совсем не та черта, с которой выигрывают магические поединки.

— Господа готовы? — спросил Веселовский, явно наслаждаясь своей ролью церемониймейстера.

Мы кивнули.

— Прошу занять позиции!

Толпа расступилась, образуя широкий круг.

Это было похоже на странный ритуальный танец, все двигались синхронно, словно репетировали это много раз. Дамы встали в первый ряд, их яркие платья, алые, изумрудные, сапфировые, создавали пёструю границу арены. Мужчины встали за ними, и тут же началась возня: передача денег, записи в блокноты, пожимание рук. Ставки росли, как на дрожжах.

Я встал у южного края круга, лицом к дому. Отсюда было видно освещённые окна, силуэты слуг, которые выглядывали, не смея выйти в сад, им не положено смотреть на забавы господ, но любопытство сильнее приличий.

Борис занял позицию у северного края. Между нами было метров двадцать чистого пространства. Не так уж много для магической дуэли, но достаточно, чтобы успеть среагировать на атаку.

— Создаём защитный купол! — объявил Григорий Павлович. — Для безопасности уважаемых зрителей!

Он и Бурлаков встали с противоположных сторон круга, синхронно подняли руки. Я почувствовал, как воздух уплотнился, задрожал, как дрожит вода перед закипанием. Потом мир словно накрыли стеклянным колпаком. Звуки стали приглушёнными, глухими, словно мы оказались под водой. Даже запахи ослабли, теперь пахло только травой и землёй.

Я не опасался исхода дуэли. Мальчишка, пусть даже и талантливый был для меня не ровней. Но с того момента, как мы зашли в круг, у меня появилось дурное предчувствие.

Слишком уверенным в своей победе был Борис Златопольский

Что это? обыкновенная наглость чемпиона? Или у него имелся козырь в рукаве? Совсем скоро я это узнаю.

Борис стоял в классической академической стойке. Ноги на ширине плеч, правая чуть впереди. Руки опущены, но напряжены, готовые взметнуться для атаки. Подбородок гордо вздёрнут. Взгляд надменный, уверенный, снисходительный. Взгляд кошки, играющей с мышью.

Я же просто стоял. Расслабленно, даже небрежно. Руки опущены, плечи расправлены, вес тела равномерно распределён. Никакой стойки, никакой подготовки. Для стороннего наблюдателя я выглядел человеком, который вышел на прогулку и случайно забрёл на дуэль.

Это бесило Бориса. Я видел, как дёргается жилка на его виске.

Но пока моё тело изображало расслабленность, мозг работал с бешеной скоростью, анализируя ситуацию.

Итак, что мы имеем?

Противник: Борис Златопольский. На вид лет двадцать пять. Рост около метра девяноста, выше меня на полголовы. Вес… килограммов девяносто, может, девяносто пять. Широкие плечи, мощная грудная клетка. Типичное телосложение мага земли. Им нужна физическая сила, чтобы проводить свою стихию. Земля тяжела и упряма, она не поддаётся слабым.

Дилетанты считают, что естественным врагом водной стихии является огонь. Это не так. Огонь почти беззащитен перед водой. Как в старой детской игре в «камень, ножницы, бумагу», огонь всегда оказывается в проигрыше.

Главный враг воды — земля. Она создаёт плотины и запечатывает реки. Она держит в себе артезианские озёра. Вода может точить камень, но делает это очень долго.

Так что для моего нынешнего уровня развития враг вполне достойный. Маг земли, молодой, талантливый, привыкший побеждать.

В этом же кроется его слабость.

Он не ожидает сопротивления. В его мире провинциальный маг должен упасть на колени и молить о пощаде.

И самое важное ограничение: убивать нельзя и это было плохо. Это связывало руки. Никаких водяных дисков, никаких ледяных копий.

Значит, нужно заставить его сдаться. Публично признать поражение. Сломить не тело, а дух.

И я знал как.

«Капля», — мысленно обратился я к своей маленькой спутнице. — «Слушай внимательно. Это важно».

«Капля слушает!» — отозвалась она с готовностью солдата, получившего приказ. — «Капля готова помогать!»

— Следи за его движениями. Когда он готовит атаку, земля реагирует чуть раньше, чем появляется сам камень. Ты это чувствуешь?

— Да! Земля дрожит, когда её призывают! Капля видит!

— Хорошо. Предупреждай меня за секунду до атаки. Говори, откуда она придёт.

— Капля лучший наблюдатель! Капля не подведёт!

Бурлаков поднял руку. Сигнал к готовности.

Борис тоже готовился. Я видел, как напрягаются мышцы под его сюртуком, как белеют костяшки сжатых кулаков. Он собирался атаковать сразу, оценка Нади оказалась точной.

Что ж. Посмотрим, кто кого ошеломит.

Рука Бурлакова начала опускаться. Медленно, словно во сне. Я видел, как расширяются глаза Бориса, как он переносит вес на переднюю ногу, готовясь к броску.

Три… два… один…

И Борис атаковал.

Его правая рука взметнулась вверх. Земля подо мной вздрогнула, и я уже знал, что будет дальше.

Шаг влево. Разворот. Перекат.

Три каменных копья вырвались из земли там, где я стоял мгновение назад. Они пронзили воздух с противным свистом и врезались в защитный купол, рассыпаясь в пыль.

Острия были отполированы до блеска. Борис не просто формировал камень, он оттачивал его, делал смертоноснее. Копья врезались в защитный купол позади меня с глухим ударом, похожим на звук колокола, и рассыпались в мелкую пыль.

Пыль осела на траву, превратив зелёный газон в серое подобие пепелища.

— Медленно, — прокомментировал я, отряхивая каменную крошку с плеча. — У нас Озёрном крае дети быстрее снежками кидаются.

Борис зарычал. Буквально так и сделал. Низкий, утробный звук вырвался из его горла. Его лицо покраснело, на лбу вздулась вена. Он вскинул обе руки, и земля подо мной вздрогнула.

— Слева, Данила! — пискнула Капля. — И справа тоже! И сзади!

Остроумно. Я почувствовал, как земля подо мной становится мягкой, зыбкой, словно болотная жижа. Одновременно слева и справа начали подниматься новые копья, а сзади формировался каменный кулак.

Время замедлилось.

Это не магия, просто особенность восприятия в момент смертельной опасности. Я видел, как медленно растут копья, как песчинки осыпаются с их боков. Видел, как расширяются зрачки Бориса от напряжения. Видел, как люди за куполом открывают рты в безмолвном крике.

Водяная волна подхватила меня раньше, чем ловушка захлопнулась. Небольшая, метр высотой, не больше. Но её хватило, чтобы вынести меня из зоны поражения.

Я проскользил по гребню собственной волны и приземлился в трёх метрах от места атаки. Увлекательное дело, интересно почему никто до сих пор не додумался кататься на волнах?

Копья столкнулись там, где я был секунду назад, с лязгом и скрежетом. Каменный кулак ударил в пустоту, оставив в земле вмятину размером с тарелку.

— Промазал, — констатировал я, создавая под ногами тонкую водяную плёнку.

Старый трюк, которому уже многие сотни лет. Скользить по воде быстрее, чем бегать. Экономит силы и нервирует противника.

— И снова промазал. И снова. Борис, ты точно чемпион? Или это почётное звание тебе дали благодаря титулу?

Толпа хихикнула. Тихо, сдержанно, но достаточно громко, чтобы Борис услышал. Его лицо из красного стало багровым.

— Заткнись! — он воздел руки, и земля вокруг него начала трескаться. — Провинциальный клоп! Я тебя размажу.

Следующая атака была мощнее, но ещё более неточной. Пять… нет, семь каменных копий одновременно. Они вырывались из земли как зубы дракона, острые, зазубренные, смертоносные. Но Борис тратил слишком много сил на их создание и слишком мало на прицеливание.

Я скользил между ними, как танцор между партнёрами. Шаг влево, копьё пролетает мимо. Наклон вправо, ещё одно в пустоту. Перекат назад, два копья сталкиваются там, где я был.