Такси до Сердца Леса - Фарг Вадим

Мозг начал медленно плавиться. Это был её главный талант – доводить любую ситуацию до такого абсурда, что мир вокруг начинал казаться ненастоящим.

– Лена, это просто еда, просто пельмени…

– Нет! В наших отношениях не бывает ничего «просто»! Я на тебя лучшие годы своей жизни положила, я лепила из тебя человека искусства, а ты! Я сейчас же поеду к твоей маме и всё ей расскажу! Расскажу, что ты совсем не ценишь моё творчество! Я даже покажу ей твою фотографию в рамке из макарон, которую я для тебя делала три дня и три ночи!

Я сжал пальцами переносицу, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.

– Лена, прекрати. Мы расстались. Помнишь?

– Расстались? – в её голосе прорезались ледяные нотки. – Это кто так решил? Ты? А меня ты спросить не забыл? Я не давала своего официального согласия на прекращение наших отношений! Я подам на тебя в суд за моральный ущерб! И за незаконный разрыв нашей астральной связи!

Всё, это был предел. Я больше не мог этого выносить. Я молча сбросил вызов и зашвырнул телефон на заднее сиденье, подальше от себя, будто это была ядовитая змея. Я тяжело дышал, пытаясь успокоиться. Домой ехать нельзя. Точно нельзя. Она сто процентов уже караулит меня у подъезда.

Оставалось только одно место. Единственное убежище во всём городе, где меня никто не достанет. Даже если твоя бывшая – немного сумасшедшая ведьма.

Я снова завёл машину и поехал в сторону порта.

Спуск в подвальный этаж с наглухо заколоченными окнами и старой, выцветшей вывеской, на которой уже ничего нельзя было прочитать, как всегда, выглядел не очень-то гостеприимно. Я постучал в дверь условным стуком: один раз, потом пауза, потом два раза, снова пауза, и ещё один раз. За дверью щёлкнул замок.

Шагнув через порог, я будто попал в совершенно другой мир. Привычный гул голосов сразу окутал меня, и напряжение после разговора с Леной начало потихоньку отпускать.

За столиком у стены сидел крепкий гном в кожаном фартуке. Он любовно протирал свой огромный топор и что-то довольно мурлыкал себе под нос. В дальнем углу седой леший о чём-то громко спорил с кикиморой с волосами цвета болотной тины. Судя по обрывкам фраз, которые до меня долетали, они не могли решить, чья очередь в этом месяце пугать туристов на старой мельнице. В общем, обычный вечер в баре «Тупичок мироздания».

Я прошёл к стойке и тяжело опустился на высокий табурет. За стойкой, как и всегда, стоял Адам. Он молча протёр стакан до идеального блеска, так что тот засиял в тусклом свете, и поставил его на полку. Его улыбка была спокойной и всё понимающей. Казалось, он только что выслушал исповедь какой-нибудь заблудшей души и отпустил ей все грехи.

– Тяжёлый день, друг мой? – спросил он, даже не глядя на меня.

Я смог только устало кивнуть. Сил говорить не было совсем.

– Пива, – хрипло выдавил я из себя.

Адам без лишних слов наполнил большую глиняную кружку. Я сделал огромный, жадный глоток. Холодное, горьковатое пиво немного привело меня в чувство.

– Бывшая, – наконец сказал я, глядя в свою кружку. – Опять звонила.

Адам кивнул с таким видом, будто слышал подобные истории каждый день с самого сотворения мира. Наверное, так оно и было.

– Любовь – очень странная штука, – философски заметил он, продолжая протирать стойку. – Особенно когда она заканчивается для одного, но не для другой.

– Она угрожает подать на меня в суд, – пожаловался я, делая ещё один глоток. – За незаконный разрыв астральной связи. А ещё рассказать моей маме, что я променял её на пельмени.

Адам на секунду перестал протирать стойку и посмотрел на меня с живым интересом.

– Пельмени – это серьёзный аргумент, – абсолютно серьёзно сказал он. – В некоторых мирах за такое могут и кровную месть объявить.

– Я не удивлюсь, если она уже ищет, где купить ритуальный нож для этой мести, – я уронил голову на руки. – Адам, я больше так не могу. Я готов уехать куда угодно. Хоть в Сибирь к шаманам, хоть на Марс. Лишь бы там не было телефонов и моей бывшей.

Адам задумчиво постучал пальцами по стойке. В его карих глазах, которые, казалось, видели всё на свете, блеснул хитрый огонёк.

– Насчёт Марса не обещаю, там сейчас не сезон, – сказал он. – А вот с идеей «уехать куда угодно» я, может быть, смогу тебе помочь. Иногда Вселенная сама даёт нам то, что нужно. Одним нужно срочно уехать далеко и чтобы никто не задавал вопросов. А другим, – он сделал паузу, – нужно срочно от кого-то убежать. Кажется, у меня для тебя есть идеальная подработка.

Я поднял на него глаза, полные надежды. Подработка? Да я сейчас был готов таксовать хоть до самого Владивостока и обратно, лишь бы Леночка не смогла меня найти.

– Что за подработка? – спросил я, боясь поверить в свою удачу.

– Очень хорошо оплачиваемый заказ. И на очень дальнее расстояние, – Адам хитро прищурился. – Ты уедешь туда, где тебя точно не найдут в ближайшие несколько дней. Можешь считать это лечебной поездкой для восстановления нервов.

Это было похоже на чудо. Шанс не просто заработать, а буквально испариться на время. Я готов был ухватиться за это предложение, как утопающий хватается за спасательный круг.

– Я согласен, – выпалил я, даже не спрашивая никаких подробностей. – Куда ехать? Кого везти? Мне нужно будет продать душу дьяволу или просто подписать какой-нибудь договор кровью?

Адам усмехнулся.

– В этот раз всё намного проще. Никаких договоров. Они сами тебя найдут.

Не успел он договорить, как колокольчик над дверью звякнул снова. Но в этот раз звук был совсем другим. Не глухим и усталым, как от моего прихода, а нежным и мелодичным, похожим на звон серебряных колокольчиков на ветру.

В бар вошли две женщины.

И мир вокруг меня словно преобразился. Пыльный фикус в углу, который, казалось, давно засох, вдруг выпустил новый ярко-зелёный листок. Засохший букетик полевых цветов в вазе на стойке на мгновение налился цветом и выпрямил свои стебельки. Даже дышать стало как-то легче, будто после летнего дождя.

Первая женщина, та, что была постарше, двигалась с удивительным спокойствием и достоинством. У неё были волосы цвета спелой пшеницы, а в глазах светилась мудрость векового леса. Она была одета просто, но со вкусом, в длинное платье песочного цвета. Позже я узнал, что её зовут Лада.

Вторая была моложе. Её звали Зоряна. И когда я посмотрел на неё, у меня перехватило дыхание. Если Лена была похожа на яркую, но ядовитую осу, то эта девушка была как чистый лесной ручей. Длинные, тёмно-русые волосы, в которых, словно звёзды, были вплетены мелкие белые цветочки, спадали ей на плечи. А глаза у неё были цвета мха после дождя – глубокие, ясные и невероятно живые. Её красота была не кричащей, не той, которую выставляют напоказ. Она была естественной, тихой и от этого просто ошеломляющей. Рядом с ней хотелось просто стоять и дышать полной грудью.

Адам кивнул нам, как бы представляя нас друг другу. Женщины подошли к стойке, и от них исходила такая аура спокойствия и природной силы, что даже гном перестал полировать свой топор и с уважением посмотрел в их сторону.

Зоряна повернулась ко мне. Её взгляд был прямым и открытым, в нём не было ни капли кокетства или той оценивающей требовательности, к которой я так привык, общаясь с Леной.

– Вы – наш водитель? – её голос прозвучал так же чисто и мелодично, как и звон колокольчика при их появлении.

Язык будто прилип к нёбу. Я, человек, который за смену мог разговорить кого угодно, сейчас мог только глупо кивнуть, как истукан.

– Он, – с улыбкой подтвердил Адам, приходя мне на помощь. – Лучший водитель в городе. Довезёт куда угодно, хоть на край света. Надёжный и молчаливый.

Лада, старшая из женщин, окинула меня оценивающим, но добрым взглядом.

– Нам нужно на свадьбу. К моей дочери, – сказала она. – Её ждёт жених. Из другого рода.

Адам поставил на стойку три маленькие чашечки, из которых шёл пар и пахло травами.