— Комментировать не надо.
— Ну-у-у-у, молчаливая поддержка это скучно!
Она устроилась рядом, подавая мне то отвёртку, то масло, то полировочную ткань. Молчала она, конечно, недолго.
— Хозяин, а куда мы полетим?
— К Разлому.
— Какому?
— Одному из тех, что в окрестностях Аргентума. Мне нужны материалы для Чемпиона. То, что есть… этого недостаточно. Если повезет, добудем все за один заход, и ни к какому Року не надо будет обращаться.
— Мы будем охотиться на монстров⁈
— Скорее собирать трофеи. Большие Разломы зачастую образуют замкнутые экосистемы. Населяющие их монстры — ценный ресурс, но там можно найти также минералы, артефакты и редкие растения.
Арли захлопала в ладоши.
— Приключение! Настоящее приключение! Хозяин, это будет эпик!
— Это будет работа.
— Работа тоже может быть эпичной!
Я закончил с ремонтом. Проверил все системы. Всё функционировало штатно.
— Выдвигаемся на рассвете, — объявил я.
— А почему не сейчас?
— Потому что ночью Разломы опаснее. Существа активнее. Магический фон менее стабилен.
— Ты боишься?
Я посмотрел на неё.
— Я не боюсь. Я рационален. Есть разница.
— Ага, ага. Рациональный страх это всё ещё страх.
— Арли.
— Да?
— Язычок на замок и ложись спать. Завтра длинный день.
Она показала мне язык, но послушалась. Свернулась клубочком на подушке в углу мастерской и затихла. Я ощутил, как к ней со всех сторон потекли потоки маны, заряжая ее Ядро.
Я остался сидеть у верстака, чувствуя Ядро даже сквозь металл сейфа. Оно пульсировало, медленно и ритмично. Как сердце существа, которое ещё не родилось.
Скоро. Скоро у меня будет Чемпион. Настоящая сила и защита от любых угроз. А пока… пока нужно добыть материалы.
Разлом ждал.
Рассвет окрасил небо в розовое и золотое.
Я стоял во дворе мастерской, проверяя снаряжение. Кара нетерпеливо переступала с лапы на лапу, готовая к полёту.
Арли уже сидела в своей корзинке, прикреплённой к седлу. Она зевала, но глаза блестели от предвкушения.
— Все готовы? — спросил я.
— Карр! — отозвалась Кара.
— Готова! — пискнула Арли.
Я забрался в седло. Закрепил ремни.
— Врата-1, Врата-2, — обратился я к автоматонам. — Охраняйте мастерскую. Никого не впускать без моего разрешения.
— Принято, хозяин Маркус.
Я посмотрел на свою тень. Она бурлила, готовая в любой момент выпустить наружу армию. Которой в ней не было. Пока не было.
— Кара. Курс на северо-восток. К Разлому Серой Пустоши.
Птица расправила крылья.
— КАРРРР!!!
Мы взмыли в небо. Аргентум остался внизу, море крыш и башен, залитое утренним светом. Впереди лежали холмы, леса и где-то там, за горизонтом, трещина в ткани реальности.
— Хозяин! — крикнула Арли, перекрывая свист ветра. — А что будем делать, если встретим что-то страшное⁈
— Убьём!
— А если очень страшное⁈
— Убьём дважды!
— Отличный план!
Кара заложила вираж, набирая высоту. Ветер бил в лицо, но я улыбался.
Охота началась.
Глава 9
Очередь за смертью и налогами
Разломы. В моё время их называли «Язвами Мира». Дыры в ткани реальности, через которые в наш уютный уголок бытия сочилась всякая дрянь из иных измерений. Тогда их пытались запечатывать. Выжигали святым пламенем и обносили заставами, чтобы никто, упаси боги, не вылез оттуда. И не сожрал ближайшую деревню.
Спустя две тысячи лет человечество, как я уже выяснил, превратило Разломы в ресурсные шахты. Если это нельзя убить, давай на этом заработаем!
Их было много. Разлом Хаоса давал нестабильные, но мощные кристаллы. Разлом Теней — идеальные компоненты для скрытности. Разлом Грёз снабжал рынок галлюциногенами и «снами в бутылках» (подозреваю, что это основной товар для местных инфлюенсеров). Поговаривали, что в Разломе Грёз некоторые приключенцы находили себе жён.
Правда, жёны из Грёз иногда оказывались суккубами с трёхэтажными запросами и привычкой пить душу по ночам. Но кого это останавливало в эпоху демографического кризиса?
Самыми опасными считались Разломы Бездны. Но они, к счастью, открывались редко. А сейчас мы летели к чему-то… более структурированному.
— Хозяин, ты точно помнишь, что такое Разлом Речи? — Арли перекрикивала свист ветра, вцепившись в борта своей корзинки.
— Это место, где реальность подчиняется Слову, — ответил я, поправляя поводья Кары. — Жесткие алгоритмы, математическая точность. Мы ещё называли это Смыслом. Или Логикой.
— Сейчас это называют Системой! — добавила Арли. — Это как гигантский МагКомп, только вместо экрана там целое измерение. Система перекраивает всё под свои нужды. Если попадёшь внутрь без подготовки, она тебя просто… отформатирует. Сделает частью программного кода.
— Я сталкивался с мирами Речи ещё до того, как твой «программный код» стал модным словечком, — проворчал я. — Для создания Чемпиона мне нужны детали с идеальной геометрией и высокой проводимостью. Разлом Речи лучший источник для таких целей.
Мы миновали горный хребет. Впереди открылась панорама, от которой даже у меня, видевшего рождение звезд, на секунду перехватило дыхание.
Разлом Речи не был дырой. Это была колоссальная вертикальная трещина в небе, сияющая холодным неоновым светом. Вокруг неё пространство шло геометрическими пикселями, распадаясь на идеальные кубы и заново собираясь в причудливые фракталы.
Но впечатлял не только Разлом. Впечатляло то, что было внизу.
— Ого… — выдохнула Арли. — Это же целый город!
Вокруг Разлома раскинулся Логос-1 — гигантский военно-промышленный лагерь. Укрепления из зачарованного бетона, ряды казарм, ангары для дирижаблей. В воздухе вокруг трещины лениво плавали патрульные платформы, утыканные магическими орудиями и сканерами. Маги-ученые в белых халатах суетились на подвесных мостках, замеряя частоту колебаний реальности.
Это была индустриальная добыча чудес в промышленных масштабах.
Должен признать, впечатляло. Читать об этом в магической сети одно дело, видеть в реальности совсем другое.
— Снижаемся, Кара, — скомандовал я.
Птица заложила вираж. Мы приземлились на специально оборудованной площадке «для индивидуальных маго-путешественников». Я ожидал, что мы просто сойдем и пойдем к светящейся дыре в небе, но реальность современного мира снова ударила меня под дых.
Я увидел ЕЁ. Очередь.
Она тянулась от главных ворот «Логоса» на добрую милю. Сотни отрядов. Наёмники в тяжёлой броне, маги с посохами, какие-то авантюристы на экзотических верховых животных. Тут были люди, эльфы из южных лесов и даже делегация гномов с паровыми бурами. Все они стояли, сидели, лежали в палатках, играли в карты и… ждали.
— Что здесь происходит? — я подошёл к ближайшему указателю.
«РЕГИСТРАЦИЯ ГРУПП АВАНТЮРИСТОВ ДЛЯ ВХОДА В РАЗЛОМ. ОКНО № 1–200».
Мы с Арли добрались до административного здания, похожего на крепость. Внутри гудели кондиционеры и стоял запах дешевого кофе и канцелярского клея.
Я подошёл к свободному окошку, за которым сидел гоблин в жилетке с надписью «Диспетчер».
— Добрый день. Мне нужно в Разлом Речи. Группа из одного… — я покосился на Арли, — … с половиной человек.
— Э! Почему я вдруг полчеловека! — возмутилась она.
Гоблин не поднял головы. Он методично ставил печати на пачку бланков.
— Номер в очереди?
— У меня нет номера. Я только прилетел.
Гоблин наконец поднял на меня взгляд. Один глаз у него был стеклянный, и в нём отражалась вся скорбь гоблинского народа.
— Новенький, значит. Записываю. Сегодня у нас какое? Двадцать четвертое? Значит, ваш вход… м-м-м-м, кхм, хм… ориентировочно через неделю. В следующую среду, в восемь утра. Не опаздывайте, пропустите слот — перенос на три месяца.
Я замер.
— Неделю? Вы шутите?
