Бывает и хуже? Том 5 (СИ) - Алмазов Игорь

Давление сто десять на семьдесят, пульс семьдесят в минуту, ритмичный. Лёгкие чистые, хрипов нет. Сердечные тоны ясные, ритмичные.

Проверил реакцию зрачков на свет, попросил следить за моим пальцем глазами, проверил неврологический статус. Всё было в порядке.

Но симптомы, которые она описывала, были очень специфичными. Искажение восприятия размеров. Макропсия и микропсия. Усиление яркости цветов, дереализация. Эпизодический характер…

И тут в голове щёлкнуло. Я вспомнил. Из прошлой жизни, когда работал целителем в большом городе, у меня был пациент с похожими симптомами. Молодой парень, который жаловался на то, что мир вокруг него периодически искажается, становится то слишком большим, то слишком маленьким.

Тогда я долго не мог понять, что с ним. Консультировался с коллегами, читал древние трактаты. Пока не наткнулся на описание редкого синдрома, который в моём мире называли синдром Ника Путешественника.

А в этом мире… это Синдром Алисы в стране чудес! Неврологическое расстройство, при котором искажается восприятие размеров, форм и расстояний. В этом мире оно было названо в честь книги Льюиса Кэрролла, который сам, предположительно, страдал мигренями. Поэтому и описал похожие симптомы в своём произведении.

Забавно, у нас было названо по такому же самому принципу, только автор был другим. Да и произведение отличалось, но суть та же.

Самое главное — синдром часто связан с мигренью. Или вообще существует отдельно как мигренозная аура без головной боли.

— Вера Сергеевна, а у вас бывают мигрени? — спросил я. — Ну, сильные головные боли.

— Бывают, — удивлённо кивнула девушка. — Редко, раз в два-три месяца. Но очень сильные. Такие, что приходится лежать в темноте, потому что свет и звук невыносимы. И тошнит. Но сейчас голова не болит. Поэтому я и не подумала, что это связано.

— А в вашей семье кто-то страдает мигренями? — спросил я.

— Мама, — сразу же ответила Вера. — У неё постоянно голова болит. Говорит, что это наследственное.

Наследственность по мигрени — это ещё один маркер.

— Хорошо, — кивнул я. — Вера Сергеевна, я знаю, что с вами происходит. И это не опухоль мозга, не психическое расстройство и не галлюцинации. Это редкий, но известный синдром, который называется синдромом Алисы в Стране чудес.

Вера удивлённо на меня уставилась.

— Такое правда существует? — спросила она.

— Да, — кивнул я. — Это неврологическое расстройство, при котором нарушается восприятие размеров, форм, расстояний. Мир вокруг кажется искажённым. Этот синдром часто связан с мигренями. Обычно он возникает как аура, то есть как предвестник мигренозного приступа. Или может существовать сам по себе, без последующей головной боли. Это называется мигренозной аурой без мигрени. Редкая форма, но существует.

Вера помолчала, переваривая информацию.

— А правда похоже, — сказала она. — Я любила эту книжку в детстве. И там ровно так всё и описывалось. А ведь я думала, что с ума схожу! Боялась, что вы к психиатру отправите. Начиталась в интернете всего. А это просто… мигрень.

— Да, — кивнул я. — И это хорошая новость. Потому что это не опасно для жизни. Это не прогрессирующее заболевание. Оно не повредит вашему мозгу. Да, это неприятно и пугающе, но это можно контролировать.

— А как? — с надеждой спросила Вера Сергеевна. — Как это лечить?

— Во-первых, — начал я, — нужно подтвердить диагноз. Я направлю вас к неврологу. Он назначит дополнительные обследования, МРТ головного мозга, чтобы исключить другие причины. ЭЭГ, чтобы посмотреть на электрическую активность мозга. Это стандартная процедура при мигрени с аурой.

Надеюсь, Савинов с этим справится. Потому что на МРТ отправляли в Саратов и только через невролога. Таковы правила.

Вера кивнула, слушая внимательно.

— Во-вторых, — продолжил я, — нужно вести дневник приступов. Записывать, когда возникают эти эпизоды, что им предшествовало, как долго длились, что помогало. Это поможет выявить триггеры, провоцирующие факторы. У мигрени часто есть триггеры: стресс, недосып, определённые продукты, яркий свет, громкие звуки, гормональные изменения.

— Понятно, — кивнула девушка. — Буду записывать.

— В-третьих, — сказал я, — профилактическая терапия. Существуют препараты, которые снижают частоту мигренозных приступов. Это могут быть бета-блокаторы, антиконвульсанты, антидепрессанты. Я сейчас напишу один препарат и его дозировку. Попробуем начать с него.

Я взял лист бумаги и выписал Элетриптан. 40 миллиграмм, подождать двадцать четыре часа, при необходимости повторить.

— А что мне делать прямо сейчас, если это снова начнётся? — обеспокоенно спросила Вера.

— Постарайтесь успокоиться, — посоветовал я. — Помните, что это временно, что это пройдёт. Сядьте или лягте в безопасном месте. Закройте глаза, если так легче. Дышите глубоко и ровно. Приступ закончится сам, обычно через несколько минут. Если есть возможность, уйдите в тихое, затемнённое помещение. Избегайте яркого света и громких звуков. Можно выпить воды. Некоторым помогает холодный компресс на лоб.

Девушка внимательно всё запоминала. Но я дополнительно дублировал свои слова на лист бумаги.

— И ещё, — добавил я, — постарайтесь высыпаться, избегать стрессов, питаться регулярно. Мигрень любит, когда режим нарушается. Чем стабильнее ваш образ жизни, тем меньше приступов.

Лена уже записала девушку к неврологу, дала направление. Я протянул лист с рекомендациями.

— Спасибо вам, — с облегчением сказала Вера. — Я правда так боялась. Думала, даже к врачу не идти, но всё-таки решилась. И не зря!

— Не за что, — улыбнулся я. — Редкий диагноз, но вполне реальный. И всё у вас будет хорошо.

Вера ещё раз поблагодарила и вышла из кабинета. Я даже не стал дополнительно воздействовать праной, потому как прямо сейчас в этом смысла не было. Ауры-то нет. Да и с моими запасами праной мне не помочь.

Но я справился и так, и это отлично.

После приёма отправился в отделение профилактики, на планёрку. В кабинете там застал и Вику, и Ирину Петровну.

— Добрый день, доктор, — кивнула последняя. — А мы как раз вас заждались. Хотите обсудить расписание?

— Провести планёрку по школе здоровья, — кивнул я. — Так, моя лекция в пятницу, Тейтельбаум в среду. Ещё я разговаривал с гинекологом Ивановой, и она тоже хочет прочитать у нас лекцию.

— Она приходила, — кивнула Вика. — Но я сказала, что это решать через вас. А что она хочет прочитать?

Я нахмурился, вспоминая.

— Основы контрацепции, половые заболевания, что-то в этом духе, — ответил я. — Вика, тогда узнай у неё точную тему и поставь её на четверг.

Девушка с готовностью тряхнула рыжими волосами.

— Полезная тема, — хмыкнула Ирина Петровна. — Мы-то в молодости только воздержанием и предохранялись. А сейчас у молодежи уже вон сколько… способов. Вика, но ты всё равно не дури!

Вика тут же покраснела.

— Александр Александрович, только проблема есть, — сказала она. — На пятницу мэрия тоже сделала анонс лекции.

— На тему? — нахмурился я.

— Профилактика сердечно-сосудистых заболеваний, — ответила Вика. — А у нас будет как распознать инсульт. Очень похожие темы, да и в одно время. Думаю, хотят переманить наших слушателей.

Я покачал головой.

— Глупое решение, — сказал я. — Им бы на первых порах, наоборот, не совпадать с нами по времени. Чтобы у людей была возможность ходить и туда, и сюда. И выбирать. А так они сразу же лишают себя части слушателей. Что у нас с записью?

— Пятьдесят два человека записано, — посмотрев в своих записях, ответила Вика. — Меньше не стало. Все хотят именно к вам.

— Тогда вообще проблемы нет, — хмыкнул я. — Оставляем нашу лекцию, и всё.

— Ладно, — кивнула девушка. — Тогда я пойду добегу до Ивановой!

Она встала и выскочила из кабинета.

— Александр Александрович, мне надо с вами поговорить, — тут же сказала мне Ирина Петровна.

Любят же люди в рандомный момент желать со мной поговорить!