Дом на Перепутье (СИ) - Михаль Татьяна

Кот замер с открытой пастью.

— Я? Помогать? — он произнёс это с таким ужасом, будто я предложила ему вылизать всю посуду за Гаспаром. — Ты в своём уме? Я же сказала тебе, что я мозг!

— Батискаф, я уже знаю, что ты супер-волшебник, — не отступала я. — И можешь силой мысли даже танк поднять и перетащить с Северного полюса на Южный. А тут какие-то коробки.

Я обвела рукой наше богатство.

— Акакий, — повернулась я к скелету, который робко переминался с ноги на ногу, — ты тоже не стесняйся. Присоединяйся к труду.

— А ты-ы-ы? — насупился Батискаф, подозрительно сузив глаза.

— Акакий не всё вытащил из машины, — напомнила я. — Вот я и займусь этим. Ещё и комнату твою надо домыть. И мою тоже и всё остальное… Или ты забыл, что чистота на первом месте?

Я сделала паузу для драматизма.

— Кстати, пока вы всё затаскиваете в дом, давайте-ка начнём с пылесоса, парогенератора… и так далее…

Идея сработала.

Мысли о том, что его апартаменты сегодня будут вылизаны и обставлены, сделали своё дело.

— Ладно, — буркнул он неохотно. — Но это исключительно чтобы всё скорее закончить.

Мы принялись искать коробки с техникой.

Это напоминало квест.

— Вот оно! — ткнул лапой Батискаф в коробки. — Это определённо твой промышленный пылесос-монстр.

— А вот это, — указала я на длинный узкий ящик, — парогенератор.

Тем временем Акакий подошёл к коробке с надписью «Стекло! Осторожно!».

Он бережно, с видом археолога, извлекающего артефакт, обхватил её костяными руками и понёс.

Он двигался так медленно и торжественно, что казалось, он несёт не упаковку с бокалами, а собственную урну с прахом.

— Если он так будет нести всё, мы закончим к следующему новому году, — проворчал Батискаф, наблюдая, как Акакий с церемониальными паузами преодолевает порог.

Тут терпение кота лопнуло.

Он тяжко вздохнул, словно делая одолжение всему человечеству, и взмахнул лапой.

— О, слабые смертные и бессмертные… Без нас, котов, вы просто пропадёте.

Коробка с пылесосом плавно оторвалась от земли и, покачиваясь, поплыла в сторону двери.

За ней последовал парогенератор, затем другие приобретения.

— Вот видишь? — самодовольно произнёс кот. — Цени меня, Василиса.

— Ты большой молодец, — одобрила я. — А теперь, раз уж ты такой бесценный, давай и матрасы. И мой буфет. И холодильник. И всё остальное.

Батискаф снова вздохнул, на этот раз с выражением глубокой усталости.

— Ты хочешь, чтобы я, великий хранитель Перепутья, занимался погрузочными и разгрузочными работами? Это всё равно, что заставить великого маэстро настраивать пианино соседу.

— А сметана, между прочим, ждёт не дождётся своего великого мага за великие дела, — парировала я.

Это подействовало.

Следующая партия коробок, включая мой драгоценный буфет, плавно поплыла в дом.

Я наблюдала за этим балетом левитирующей мебели и техники, чувствуя себя одновременно режиссёром и зрителем в самом абсурдном спектакле на свете.

— Счастлива? — спросил Батискаф, уже заметно уменьшив гору. — Я трачу свои драгоценные эфирные силы на перемещение твоей прихоти. Он кивнул на буфет.

— Очень, — искренне ответила я. — И знаешь что? Когда вообще всё закончим, я устрою тебе сметано-сливочный пир.

Кот на мгновение замер, и в его глазах вспыхнули жёлтые огоньки алчности.

— Ну… раз уж ты настаиваешь… — пробормотал он и с новым энтузиазмом принялся за работу.

Я улыбнулась и отправилась к машине.

Так-с, что тут вчера Акакий не успел достать.

О! Как раз тут покупки для скелета…

Глава 16

ВАСИЛИСА

Вооружившись нашим новым мощным пылесосом, монстром, похожим на реактивный двигатель с ручкой, я с решительным видом вошла в комнату Батискафа.

Кот в это время блаженно мурлыкал, представляя, что скоро его комната станет идеальной.

— Так, пушистик мой, — предупредила я, — сейчас будет немного шумно.

Он запрыгнул на лежанку, лениво прикрыл глаза, но было уже поздно.

Я нажала на кнопку, и комната наполнилась рёвом, сравнимым разве что со взлётом истребителя.

Пылесос с жадностью начал заглатывать ту пыль, что я не вымыла в прошлый раз.

А дальше Батискаф, в котором проснулись инстинкты дикого зверя, встретившего саблезубого тигра, взлетел в воздух, словно его подбросило взрывом.

С громким «Мря-а-а-а-у-у-а-у-ар!» впился когтями в стену и повис на ней, как пушистый гобелен.

Его шерсть встала дыбом.

— Выключи эту тварь! — проорал он, но его слова потонули в рёве.

Тогда он метнул в пылесос яростный взгляд и что-то резко прорычал на своём кошачье-магическом наречии.

Пылесос захлебнулся, дёрнулся, из его недр вырвался жалобный, дымящийся «пшик!», и он затих.

В воздухе повис густой запах гари сгоревшей электроники.

Наступила звенящая тишина.

— Эй! — рявкнула я, подходя к стене, на которой висел, всё ещё дрожа, мой кот. — Ты офонарел⁈ Это же пылесос! Быстро верни как было!

Батискаф медленно сполз по стене, оставляя за собой аккуратные полосы от когтей.

— Это ты… того! — его голос дрожал от обиды и испуга. — Надо было предупрежда-а-а-ть, что эта зверюга так страшно рычит! Я думал, на нас напал демон с приступом астмы!

— Это пылесос, да ещё чуть ли не промышленный! — не унималась я, указывая пальцем на бездыханный агрегат. — Естественно, он «рычит»! Батискаф, живо! Как хочешь, но быстро отремонтируй мне пылесос! Иначе я твою комнату буду отмывать самой последней!

— Злюка ты, — пробормотал он, встряхиваясь. — Нет, чтобы пожалеть меня, бедную жертву технического прогресса… У меня же чуть инфаркт не случился!

— Батискаф! — я упёрла руки в боки. — Я не шучу! И сейчас уйду убираться у себя!

Подействовало.

Кот сделал очень обиженную морду, но дёрнул хвостом, шевельнул усами и ушами.

— Готово… — буркнул он. — Пойду я… проконтролирую, что там Марта на обед готовит… И потребую чего-нибудь для укрепления нервов.

Он выскользнул за дверь, высоко подняв хвост.

Я проверила пылесос, он снова заурчал, как ни в чём не бывало, правда, теперь от него слегка пахло палёным.

И началась великая битва.

Я высасывала пыль из каждого угла, представляя, что это не пыль, а разбегающиеся в панике всякие пылевые паразиты.

Потом настал черёд парогенератора.

Я обрабатывала каждую щель струёй горячего пара, с наслаждением думая, что уничтожаю целые цивилизации пылевых клещей и армии зловредных микробов.

Окно я отмыла до кристальной прозрачности, снаружи и изнутри.

Полы засияли.

Пахло теперь не затхлостью, а свежестью и лимоном.

Ванная комната изменилась после штурма чистящими средствами.

Я отдраивала её, пока не упыхалась так, что пот лил с меня в три ручья, а дышать стало тяжело.

И вот, когда я, красная как рак, сидела на полу, прислонившись к чистейшей стене, в дверь просунулась знакомая морда.

Батискаф вошёл и медленно обвёл взглядом комнату.

Его усы дёргались, вбирая новые ароматы чистоты и моего пота.

Он обошёл всю комнату, заглянул в ванную.

Провёл лапкой по подоконнику — ни пылинки.

Посмотрел на сияющее окно.

Ещё походил по скрипящему чистому полу.

— Да-а-а-а… — наконец изрёк он, и в его голосе прозвучало редкое одобрение. — Теперь хорошо. Даже более чем. Теперь тут пахнет… прилично.

Он дёрнул усами от удовольствия.

— Можно считать, что ты частично искупила свою вину за психологическую травму, нанесённую мне твоим пылесосом-монстром.

Он кивнул на пылесос.

— Я рада, что тебе нравится, — с сарказмом ответила я. — А теперь, если твоё величество не возражает, я пойду умоюсь. А то пахну, как лошадь после скачек.

— Не преувеличивай, — фыркнул кот. — От тебя пахнет… хлоркой.

Я рссмеялась.

Собиралась уже встать, чтобы пойти ополоснуться.