Вернуть истинную. Наследник для волка (СИ) - Белильщикова Елена

Марк взял мои руки в свои. Мы стояли на дорожке, выложенной диким камнем.

— Пойдем, — Марк завел меня в беседку, буквально усаживая за стол. — Это больше никогда не повторится. Я обещаю тебе. Кто бы и что бы ни сказал о тебе, я не собираюсь верить чужим словам. Слишком большую ошибку совершил, когда не поверил тебе тогда. Слишком дорого и страшно за нее расплатился. Мы ведь могли бы никогда не встретиться снова, и тогда я так и не узнал бы, что ты родила от меня ребенка. У меня появилась бы другая женщина, были бы дети от нее, но… Об Эрике я мог бы так и не узнать. Он прожил бы жизнь, так ни разу и не встретившись со своим отцом. А я никогда даже не задумался бы о том, что где-то там у меня может быть сын. Мне страшно об этом думать. Так что судьба преподала мне действенный урок, хоть и жестокий. Эти четырнадцать лет нам никто и ничто не вернет. Обещаю, больше я не повторю своих ошибок. Больше не сделаю тебе больно, Ева. Если, конечно, ты дашь мне еще один шанс. Если любишь меня по-прежнему.

Глава 21

Я закрыла глаза. Наверно, в этот момент, как в фильмах, все стало на паузу. И где-то, звеня издали, из акустики, зазвучал мой собственный голос из мыслей. Ведь я не могла сейчас ничего воспринимать. Ни тихий переплеск в пруду неподалеку, ни едва уловимый шелест ветра в ветвях, ни доносящуюся из зала ресторана музыку… Меня и Марка словно оторвало от земли, и теперь эта беседка витала где-то в невесомости, в вакууме. Вне времени, которое набухло, как капля в протекающем кране. Вот-вот — и сорвется вниз, и нужно будет отвечать.

— Я люблю тебя, — прошептала я хрипло, через комок в горле. — Я смотрю на тебя, и во мне все по-прежнему, все, как тогда, много лет назад.

Голос едва не сорвался. Я вовремя замолчала, прикусив губу. Не хватало еще расплакаться перед Марком, сидящим напротив! Я не хотела чувствовать себя уязвимой перед ним. Хотя куда уж больше?

— Но ты на меня не смотришь, — в голосе Марка послышалась горькая усмешка.

Я подняла дрожащие ресницы. Они слегка слиплись от выступивших слез.

— Я не знаю, хочу ли смотреть, — честно призналась я. — Ты ведь давал мне месяц, помнишь? Месяц на то, чтобы я смогла разобраться в своих чуствах и решить, хочу ли быть с тобой. И ты обещал, что если нет…

— Это было раньше! — зарычал Марк.

Он вскочил, упираясь ладонями в стол, нависая над ним. Крепкий, как скала, с пылающим эмоциями взглядом, Марк выглядел угрожающе. Я даже в первую секунду вжалась в спинку стула. Только потом выпрямилась, расправила плечи, будто готовая держать удар.

— И что же изменилось? Времени прошло всего ничего, — ровным тоном заметила я.

Спокойный голос явно вывел Марка еще больше из себя. Он замахнулся кулаком по столу, но рука так и не коснулась скатерти. Так, бессильно ударила воздух и резко разжалась.

— Ты правда не понимаешь? Я мог давать тебе выбор, когда не знал, что ты чувствуешь ко мне. Пока не был уверен, что ты меня любишь. А если любишь, то как можно выбирать? Как ты можешь думать о том, как оттолкнуть меня, если любишь?

Я горько усмехнулась. Где-то в горле, как кашель, пузырился надрывный смех.

— Ты же как-то смог. Тогда. Четырнадцать лет назад.

— Ты безжалостна, любимая.

Марк произнес это таким тоном, что мне показалось, сейчас уйдет и никогда не вернется. Будет общаться с Эриком, конечно. А я… я стану лишь человеком, которого просят позвать ребенка к телефону. Наверно, в эту секунду мне стало страшно? От осознания, что Марк может уйти уже навсегда. От того, какая болезненная и принимающая улыбка исказила его черты. Он не уклонялся от моих словесных уколов. Наверно, понимал, что заслужил?

— Мне нужно пару минут, — сказал Марк напряженным, неестественно ровным и светским тоном. — Не скучай. А после я не потревожу тебя разговорами о нас. По крайней мере, какое-то время.

Марк ушел. Куда-то в темноту, прочь от беседки. Решил кому-нибудь позвонить? Или просто ударил кулаком по дереву, рыча и вымещая злобу? Я не знала. Просто закрыла глаза, запрокидывая голову назад.

«Мне страшно потерять тебя, Марк, — хотелось сказать. — Но еще страшнее, что ты сам это мне устроишь. В очередной раз».

Я прикрыла глаза. Ждала, что вот-вот раздадутся шаги Марка. Поэтому когда ко мне кто-то подошел сзади, я ни капли не насторожилась. А зря. На меня повеяло горьковатым незнакомым одеколоном. Я дернулась, но обернуться уже не успела. Удар по затылку, тупая боль — и вот меня поглотила темнота. Без шанса увидеть того негодяя, кто это сделал.

Я открыла глаза уже в какой-то машине, на заднем сиденье. Пахло дорогой кожей и приторными духами. Наверно, от девушки, сидящей рядом с водителем? У нее были черные прямые волосы и длинная челка, распадающаяся на две стороны.

— Не дергайся, Ева, — холодно процедила незнакомка. — Не то снова скажу своему водителю тебя вырубить.

Я пошевелила запястьями и обнаружила, что они туго стянуты грубыми веревками.

— Кто вы такие? Что вам нужно? Вас Артур прислал?!

Несмотря на приказ незнакомки, я попыталась сесть. В зеркале заднего вида я разглядела и водителя. Он выглядел типичным охранником, телохранителем или вышибалой из дешевого сериала. Я поняла, что этот тип не скажет ни слова, и попыталась заглянуть в лицо девушке.

— О нет, — рассмеялась она. — Артур — слабак. Он отдал свое без боя. А я не собираюсь так просто сдаваться.

— Артур сделал это ради родных, — прошептала я, лихорадочно размышляя, кто же это может быть. — А ты… ты-то за что борешься? Ты девушка Артура и не хочешь, чтобы он отдавал власть?

Она резко развернулась на сиденье, чтобы посмотреть мне в глаза. У нее были раскосые желто-карие глаза, по-настоящему напоминающие звериные. Я поежилась. Ведь в сочетании с узким продолговатым лицом казалось, что вот-вот черты вытянутся в волчью морду и тогда… Захотелось потереть шею, порадоваться, что она еще целая, но мои руки были связаны на совесть.

— Нет. Не его, — похитительница зло сверкнула глазами. — Меня зовут Кристина, и Марк женится на мне, как только ты исчезнешь из нашей жизни! А уж тогда я смогу подтолкнуть его, чтобы он боролся за власть! Не для себя, так для своего сына!

— Нашего сына, — сдавленно прошептала я.

— Ничего страшного, — оскалилась Кристина. — Я попытаюсь быть мальчику хорошей мачехой. Поддержать его. Потерять мать так рано… Какое страшное горе! А уж тем более, если он узнает, что виной всему его дядя.

— Артур? — в шоке выдохнула я, окончательно запутываясь.

— Ну, и что, что он об этом ни сном ни духом? Марка легко убедить, что его брат повинен во всех грехах! Особенно если все хорошо подстроить. О, за свою вновь обретенную истинную Марк будет мстить без жалости! — зло рассмеялась Кристина. — А когда он займет место Артура, возглавив стаю пока что вместо маленького сына… тогда я заставлю его забыть о тебе. Однажды у меня это уже получилось.

— Марк любит меня! — выпалила я в ужасе.

— А его люблю я и хочу за него замуж, — отчеканила Кристина. — Я приложила для этого гораздо больше усилий, чем ты! Да он подобрал тебя из жалости, как бродячую собачку с несчастными глазами! Истинность, тоже мне! Марк мог бы получить власть и по-другому, убив Артура!

— Он никогда не поступил бы так с родным братом, — я покачала головой, поражаясь бессердечности этой особы. — Пусть они и враждовали, но Марк всегда оставался к нему привязан. Они родные люди…

— Ну, или заставил бы его как-нибудь, какая разница? — отмахнулась Кристина. — Не тебе читать мне морали, Ева! Скоро тебе будет совсем не до этого!

— Что ты задумала? — хрипло прошептала я.

От страха мое сердце билось так оглушительно, что казалось, это слышат даже мои похитители. Моя сумочка, в которой был телефон, осталась там, в ресторане. А Марк вполне мог решить, что я попросту сбежала со свидания. Испугалась разговоров о чувствах. Испугалась самих чувств. Это вполне в духе моего ужасного характера, что уж скрывать? Он даже не будет меня искать! Я закрыла глаза. Не будь мои руки связаны, они тряслись бы от страха.