Идеальный мир для Химеролога 8 (СИ) - Сапфир Олег

Раздражённый помехой, барон сорвал трубку.

— Да⁈ Я же русским языком сказал меня не тревожить! — он набрал в грудь воздуха для продолжения тирады. — Ты тупая дура! Я прямо сейчас могу вышвырнуть тебя на улицу с твоими манатками и испортить тебе карьеру так, что ты до конца жизни будешь полы мыть в привокзальном толчке!

Барон замолчал, вслушиваясь в ответ.

Кирилл с улыбкой наблюдал за отцом, ожидая, когда тот бросит трубку. Но улыбка медленно сползла с лица молодого аристократа, потому что Илья Звонарёв начал бледнеть. Кровь отлила от его лица, оставив кожу серой, как пепел. Затем этот оттенок сменился отчётливым зеленоватым цветом. Рот барона приоткрылся, он начал судорожно глотать воздух, не в силах произнести ни звука. Его рука, сжимавшая трубку, затряслась мелкой, неконтролируемой дрожью.

Голос на другом конце провода звучал спокойно и сухо. Это была не секретарша. Линия была перехвачена напрямую сотрудниками Императорской канцелярии. Причём не обычным отделом, а тем самым жёстким управлением, которое занималось государственными изменниками и ликвидацией внутренних угроз.

Барон медленно опустил трубку на рычаг и обвёл стеклянным взглядом присутствующих в кабинете.

— Так, операция отменяется… Полный отбой…

— Но почему⁈ — Кирилл в недоумении уставился на отца. — Отец, ты шутишь? Мы же только что всё решили! Там миллиарды!

Барон тяжело опёрся обеими руками об столешницу, пытаясь удержать равновесие.

— Забудьте про этого Химерова, — прошептал он. — Этого человека больше не существует. По крайней мере, для нашего рода. Вычеркните его имя из памяти.

Барон медленно повернул голову к ошарашенному разведчику.

— Вызови мне наших родовых лекарей. Кажется, сейчас они мне будут очень нужны…

Илья Звонарёв отпустил край стола, сделал два шатающихся шага в сторону кресла, закатил глаза и упал на ковёр в глубоком обмороке.

А всё потому, что главе Департамента Социального Мониторинга Корфу срочно требовались весомые достижения перед Императором. Ему нужен был показательный результат по стабилизации проблемного района, и он поручил выполнение этой задачи профильным специалистам из Канцелярии со словами: «Не заржавеете, поработаете немного в другой сфере, мне нужен результат по защите инвестора». И специалисты по изменникам выполнили приказ с присущей им радикальной эффективностью.

Глава 11

Петербург, Российская Империя

Департамент Социального Мониторинга

Восемь пухлых, туго набитых картонных папок лежали столе, грозясь обрушить всю привычную картину мира. Игорь Валерьевич Корф, глава Департамента Социального Мониторинга, смотрел на эту гору макулатуры и чувствовал, как у него начинает дёргаться правое веко.

Он потёр переносицу, сдвинул в сторону пустую кофейную чашку и нажал кнопку селектора.

— Денис. Зайди. Быстро.

Помощник материализовался на пороге кабинета с расторопностью человека, который знает, что у начальства плохое настроение.

— Вызывали, Игорь Валерьевич?

Корф ткнул пальцем в бумажную гору.

— Денис, объясни мне… какого хера здесь происходит? Вы мне сейчас принесли доклад на обычного районного ветеринара со слабыми зачатками дара химерологии? Или это досье на тайного суперагента, готовящего государственный переворот? Восемь папок, Денис! Какого хера вы на него столько накопали⁈

Помощник переступил с ноги на ногу, но взгляд не отвёл.

— А в чём проблема, Игорь Валерьевич? Мы получили приказ собрать полную сводку. Мы постарались. Подняли архивы, запросили смежные ведомства, задействовали наружку… Всё же нормально.

— Нормально? — Корф поднялся из кресла. — Смотри сюда…

Он подошёл к встроенному в стену бронированному сейфу, быстро ввёл первую комбинацию цифр, затем вторую… Приложил большой палец к сканеру, дождался зелёного сигнала и наклонился к оптическому датчику сетчатки глаза. Тяжёлая стальная дверца с мягким щелчком отъехала в сторону.

Корф покопался внутри, вытащил три тонкие серые папки и шлёпнул их на стол прямо рядом с восьмитомным «собранием сочинений» о ветеринаре.

— Вот это, — он похлопал ладонью по серым папкам, — моё личное досье. То самое, которое составляла собственная безопасность Канцелярии при последней глубокой проверке. На меня, главу Департамента Империи, потомственного аристократа. Всего три папки! А у вас на какого-то звериного лекаря с окраины — восемь! С какого хера⁈

— Ну, как есть, Игорь Валерьевич, — Денис виновато развёл руками. — Мы сами в шоке.

Корф тяжело вздохнул и сел обратно в кресло.

— Ладно, копайте дальше.

— Так мы и копаем, — оживился помощник. — Там аналитики ещё информацию обрабатывают, подождите к вечеру дополнение. Там ещё много интересного всплывает…

Помощник вышел, а Корф снова придвинул к себе одну из папок. То, что он читал последние два часа, никак не укладывалось в голове.

Виктор Химеров… Простой, на первый взгляд, парень. Но при этом он плотно общается с половиной влиятельных людей района. С родом Новиковых у него вообще налажено бесперебойное сотрудничество — графиня Агнесса лично приезжает к нему в клинику чуть ли не по расписанию. При этом на самого ветеринара постоянно совершаются нападения. То какие-то заезжие бандиты штурмуют его двери, то вооружённые наёмники… А ещё агентура докладывала, что этим человеком всерьёз заинтересовался Культ.

Более того, вокруг недвижимости Химерова разворачивалась настоящая подковёрная война. Несколько влиятельных аристократов уже точили зубы на его земли, где он затеял строительство своего Акванариума. Участки оказались стратегически важными для будущих проектов развития столицы, и местная элита планировала отжать их при первом же удобном случае, заодно прибрав к рукам и саму лечебницу.

Но больше всего Корфа выбивал из колеи раздел, посвящённый охране этой самой лечебницы.

По бумагам на неё работали двенадцать бывших военных — все сплошь списанные ветераны. Корф изучил их медицинские карты, в которых оказался полный набор: инвалидности, хронические заболевания, отсутствующие органы, застарелые контузии и переломы… По всем медицинским показаниям эти люди должны были передвигаться с тросточкой и стоять в очередях за бесплатными таблетками. А по факту они оказались какой-то бессмертной гвардией.

В отчёте наружного наблюдения лежал снимок с недавнего прорыва тварей на одной из улиц. Эти самые «инвалиды» закрыли собой брешь. Вокруг валялись кучи растерзанных тел, кричали раненые гвардейцы, а старики из ветеринарки стояли посреди кровавой бани абсолютно целые, невредимые и продолжали методично крошить монстров.

Плюс ко всему, эти ветераны регулярно выдвигались в вылазки за город. И оформлено это было с такой юридической безупречностью, что придраться было невозможно: «Сознательная помощь сознательного гражданина для блага Империи». Виктор отправлял их на зачистки пригородных районов, чтобы, как гласили документы, «люди не простаивали без дела».

Корф потёр подбородок. В голове настойчиво крутилась мысль, что этот Химеров — никакой не простолюдин, а тайный аристократ, скрывающийся под личиной простого ветеринара. Слишком уж грамотно он вёл дела.

В общем и целом, Игорь Валерьевич был идейным человеком, служил Империи не ради наград, а ради её выживания. И он прекрасно понимал цену таким вот «сознательным гражданам». Если бы каждый аристократ в столице посылал хотя бы десять процентов своих личных боевых отрядов на еженедельную зачистку периметра, как это делает Химеров, границы города давно бы расширились.

А столице катастрофически не хватало места. Перенаселение давило на инфраструктуру. Прямо сейчас в одном из регионов шли тайные, невероятно тяжёлые работы по расширению Стены. Инженерные корпуса несли чудовищные потери от атак химер, финансирование таяло, но стройка продолжалась, потому что отступать было некуда.

Но просто отодвинуть бетонную преграду — это только половина дела. Главная проблема заключалась в создании зоны безопасности. Нужно было вычистить новую территорию так, чтобы химеры даже близко не подходили к жилым кварталам, и чтобы люди могли спокойно ходить по улицам, не оглядываясь на каждую тень.