Записки о сломанном мире (СИ) - Войлошникова Ольга

— Значит, многозарядные? — повторил словно бы про себя хозяин и потянулся к невидимому глазу рычагу под стойкой. В деревянной панели за его спиной открылась полка, из недр которой коротышка, крутанувшись на стуле, извлёк довольно длинный футляр, водрузил его на прилавок и открыл, щёлкнув двумя замочками: — Обратите внимание, господа — штучная работа.

На специальном фигурном ложе лежала винтовка. Тоже револьверного типа, здорово напоминающая те образцы, которые мы видели у медвежатников. Однако эта была повсюду, где только можно, украшена узорчатыми серебряными накладками.

— Выглядит недурно, — сразу сказал Джеральд, — но вот эти все излишества… Вы понимаете, мне нужно не красивое оружие, а то, которое будет много и безотказно стрелять.

— Вы заблуждаетесь, джентльмены, — ответил коротышка, нимало не смутившись. — Всё, что вы считаете финтифлюшками и украшательствами — на самом деле артефакты. Я же вижу, что вы способны к магии, именно поэтому вам и предлагаю. Присмотритесь к ним внимательнее. Стоит вам влить в них немножко маны, и способность к бронепробитию возрастёт на сорок процентов. На целых сорок! Последняя разработка. Магический концентратор новейшего типа. Уверяю вас, на всём восточном побережье вам никто не предложит столько.

Я заметил, как загорелись глаза у Джерри и поспешил добавить:

— У меня другое возражение. Наша работа — видите ли, она требует довольно скрытого ношения. Не вижу способа скрытно носить оружие такого размера!

— Я вас понял! — поднял ладони оружейник. — Для такого случая я могу предложить вам карабин. К сожалению, только один, выполнен специально для ценителей. Но есть и несколько револьверов, — он принялся нажимать ещё рычажки, открывая новые полки, и вскоре прилавок был уставлен футлярами, среди которых оказался даже двуствольный дробовик, имеющий магазин, обеспечивающий по три выстрела на каждый ствол.

Надо ли говорить, что с пустыми руками мы не ушли? Джеральд не смог разорваться между карабином и дробовиком — и в итоге забрал оба. А я потяжелел на два двенадцатизарядных револьвера с комплектами магических концентраторов-усилителей.

РАССУЖДЕНИЯ О ТРУДАХ НА ПОЛЬЗУ ОБЩЕСТВА

Мы торопливо шлёпали по жидкой грязевой кашице, покрывающей булыжник припортовых улиц. Откровенно говоря, и ощущения под ногами, и сырость, проникающая в ботинки, и ещё более — запахи — преизрядно меня раздражали. Кроме того, в лабиринте тёмных, узких и кривых улочек совершенно не было возможности остановить хоть какой-нибудь самый завалящий экипаж, что не добавляло мне радости.

— Скажи мне, дорогой кузен, в чём был смысл возить меня в тот милый душистый садик, окружённый стеной и охраняемой зоной?

— Ты имеешь в виду зону заражения тухлецом? — с удивлением спросил меня бодро топающий Джеральд. — Ты разве забыл? Тебе ведь нужно было потренироваться!

— А почему я не мог бы потренироваться прямо здесь? — довольно брюзгливо уточнил я. — Принеся, к тому же, значительную пользу облику и запаху родного города? Полагаю, это пошло бы на пользу моему дару не меньше, чем организация ветра при сжигании мерзкой травки. А уж как это украсило бы припортовые районы! И мы здорово сэкономили бы на разъездах.

Джеральд, на удивление, молчал не менее двадцати шагов.

— Знаешь, Уилл, это совершенно не пришло мне в голову.

— Вот именно! А ведь я мог бы прославиться, почти как тот парень, что чистил какому-то древнему царю засранные по пояс конюшни.

— Что, такое было? — хмыкнул кузен. — Никогда не слышал. И как он справился?

— Кажется, использовал какое-то водное заклинание. Временно перенаправил в конюшни реку, если я правильно помню.

— Остроумно! — Джеральд посмотрел на меня искоса и слегка толкнул в плечо: — Да не расстраивайся ты так! Я передам твои пожелания в обучающий отдел. Они вечно ищут, чем бы этаким занять курсантов. Отличное упражнение получится.

— Только не говори, что я это придумал.

— Почему? — снова удивился братец.

— Не хочу, чтоб меня ненавидел весь курсантский курс.

— Вот ты жук! — выпалил Джерри и замолчал, на этот раз на все тридцать шагов. — Пожалуй, я попрошу декана сохранить анонимность предложения. Или вовсе отправлю им письмо без подписи. Мало ли, вдруг секретарша проболтается.

Наконец мы свернули на улицу, на которой грязь сошла на нет. Здесь было светлее и даже…

— О! — Джеральд вскинул руку, завидев свободный кэб. — Сюда!

— Куда едем, джентльмены? — хрипловато спросил кэбмен.

— К зданию городской Ратуши, милейший. И поживее, платим вдвое.

— Как прикажете, сэр! — обрадовался кэбмен, и мы покатили с ветерком.

ПРОТИВ ТЬМЫ

— Надо полагать, у Ратуши ты попросил остановить из соображений скрытности? — спросил я, когда отпущенный экипаж укатил по какой-то из боковых улиц.

— Естественно, — Джеральд поправил крепления дробовика, с которыми не успел ещё обвыкнуться и кивнул вперёд: — Туда! Не так уж и много нам осталось идти, всего пару домов. А высадись мы непосредственно у крыльца, эти мерзавцы могли бы что-то заподозрить.

Мы ускорили шаг, стараясь держаться в густой тени деревьев.

— Сколько у нас ещё времени?

— Около сорока минут по моим расчётам. Думаю, мы успеем влезть не торопясь и даже осмотреться.

— Ты же не собираешься ломиться с центрального хода?

— Конечно, нет! — фыркнул кузен. — Последуем проторенным путём господ медвежатников… — тут он кивнул мне на неприметную калитку в углу церковной ограды: — Сюда.

Он приложил руку к замку, и внутри механизма что-то щёлкнуло.

— Научишь?

— Всенепременно. Полезнейшая штука, — он тихонько засмеялся, — и не такая редкая, как представлял себе тот малый, что гордился своим умением.

— Смотря для какого уровня.

— Безусловно.

Братец взбегал по лестнице беззаботно и даже еле слышно насвистывал, но стоило ему открыть окно и перешагнуть на крышу банка, как во всей его фигуре проявилась мгновенная настороженность.

— Что-то не так? — шепнул я.

— Рваные небеса, кажется, я ошибся! Ты чувствуешь это привкус железа во рту?

Я с удивлением осознал, что действительно, есть такое.

— Что это означает?

— Ритуал уже начат, — мы торопливо пошли к слуховому окну. — Они выбрали растянутую форму. Жертва…

— Уже принесена⁈ — в ужасе прошептал я, понимая, что мы валяли дурака, выбирая оружие в подпольной лавке, в то время как здесь зверски убивали людей.

— Они ещё живы, — коротко сказал Джеральд. — Должны быть. Если этот маг не совсем дурак, он должен был рассчитать всё так, чтобы они умерли в самый тёмный час.

— То есть, сейчас они умирают⁈ — придушенно вскрикнул я.

— Тихо! — шикнул Джеральд. — Поэтому так: входим с галереи. Они, скорее всего, расположились внизу, больше в этом здании нет зала, который вместил бы сразу несколько жертв. — Мне хотелось страшно ругаться, но я молчал. — Я беру на себя мага, ты — охрану. Как минимум, несколько охранников должны быть с ним в сговоре.

Тут мы уткнулись в смотровое окно, которое было закрыто не решёткой с замочком, как прежде, а капитальным стальным листом, приваренным к мощной стальной же основе, вмурованной в камень обрамления. Джеральд только покачал головой и провёл рукой по периметру этого листа. Под его ладонью вспыхнуло некое подобие огненного резака, совершенно бесшумного. Центр металлической пластины отделился от рамы, но не упал, потому что второй ладонью кузен словно примагнитил его, дёрнул на себя и аккуратно сложил сбоку от слухового окна.

Сейчас он был собран и серьёзен, как никогда.

Мы молча проникли на чердак и быстро спустились по чёрной лестнице, выйдя в упомянутый медвежатниками коридор. Здесь всё было, как они описывали. Вероятно, хозяин понадеялся на прочность стали в слуховом окне или просто ему не хватило времени на возню ещё и с этой решёткой.

Джерри вскрыл замок. Ещё один тихий, совершенно пустой коридор… Тут брат остановился и спросил меня одними губами: