Темный Лорд Устал. Книга IX (СИ) - Сказ Алексей

Спустя долгих восемь минут, за которые Воронов играючи поставил Империю на колени.

— Отход, — буднично скомандовал их Лорд.

Захаров развернул Голиафа, шагом направившись обратно к воронке прорыва.

— Идем домой, командир! — радостно прозвенел голос Петровича. — Столько грёбаных лет тянул лямку, жрал армейское дерьмо, и ни разу — слышишь, ни разу! — у меня не было такой красивой, сука, операции!

Машины одна за другой провалились под землю, идеально гладко скользя по переплетенным корням Железного Древа в безопасную темноту тоннелей.

— Смыкаю маршрут, — эхом донеслось от Воронова.

Грохот сотряс многокилометровую толщу породы. Древо, филигранно пробурившее путь под Столицу, стремительно сжимало свои чудовищные корни, безжалостно схлопывая пустоты прямо за спинами уходящего ударного отряда. Тысячи тонн земли и камня проседали вниз, навсегда запечатывая любые пути для преследования.

Захаров с кривой усмешкой живо представил, как бравые пилоты имперских истребителей, сжимая штурвалы в потных ладонях, прямо сейчас вылетают на заданную цель. И видят внизу лишь оседающую серую пыль, развороченные руины оружейных заводов и земляные кратеры. Враг просто растворился под землей, оставив их бессмысленно кружить над собственным позором.

Откинувшись в анатомическом кресле ложемента, старый солдат почувствовал, как кипящий в крови адреналин медленно уходит, оставляя после себя приятную от выполненного долга усталость.

Они это сделали. Без единой своей потери разыграли идеальную партию, которая сегодня же ночью навсегда изменит правила войны на всем континенте.

Захаров прикрыл глаза и радостно улыбнулся.

Голиаф мерно направлялся в уютной темноте, возвращаясь в Эдем. Туда, где его ждал светлый штаб, горячий ужин и ворчащая, любящая Марина.

(Далее, как обычно до конца тома главы будут выкладываться три раз в неделю. На этой неделе график будет Вт, Чт и Пт. Далее как обычно Пн, Ср, Пт)

Глава 18

Александр

Первый удар Александр скорее почувствовал подошвами туфель, чем услышал.

Пол кабинета едва заметно дрогнул, словно от далёкого подземного грома, заставив массивные хрустальные подвески старинной люстры тревожно зазвенеть друг о друга. Оторвавшись от изучения расстрельных списков, Император нахмурился, пытаясь осознать природу этой вибрации. Землетрясений в Столице не случалось уже больше века, а для техногенной аварии толчок был слишком глубоким — будто в недрах под самым городом ворочалось нечто исполинское.

Второй толчок оказался куда мощнее. В высоких стрельчатых окнах жалобно задребезжали стёкла, электрический свет моргнул, а где-то в глубине дворцовых анфилад с грохотом рухнуло что-то массивное — должно быть, одна из тех бесценных мраморных статуй, что украшали коридоры со времён его прадеда.

Император резко вскочил из-за стола ровно в тот момент, когда над Столицей надрывно, вспарывая утреннюю тишину, взвыли сирены воздушной тревоги.

Этот пронзительный, режущий слух звук Александр узнал мгновенно. В последний раз он слышал его на учебных тревогах, когда ему было четырнадцать, и отец водил его в защищенный бункер Ставки, чтобы с гордостью показать, как работает абсолютный щит Столицы. Тогда это казалось захватывающей игрой. Сейчас же вой бил по оголенным нервам молотом, заставляя сердце колотиться где-то в горле.

Враг у ворот.

Эта мысль раскаленной иглой пронзила мозг Александра, но вместо ожидаемого страха он внезапно почувствовал нечто совершенно иное. Жгучий азарт, который охватывал его в юности перед важными турнирами по фехтованию. Воронов всё-таки решился! Этот самонадеянный технократ наконец-то вылез из своих гор и пришёл сюда, в самое сердце Империи, чтобы сразиться в открытую.

Прекрасно.

Александр рванулся к массивным дверям кабинета. Его разум уже работал на предельных оборотах, лихорадочно выстраивая тактические схемы и формулируя приказы. Он лично возглавит оборону и покажет этим трусам с генеральскими эполетами, как истинный монарх защищает свою страну. Он докажет и предавшему его Орлову, и зарвавшемуся Воронову, что Корона — это не красивая историческая декорация, а реальная, сокрушительная сила.

Третий, чудовищный взрыв сотряс Дворец так, что Александр споткнулся на пороге, едва успев вцепиться в дверной косяк. Свет снова мигнул и зажегся уже тусклым, желтоватым свечением — автоматика перешла на аварийные генераторы. Где-то вдалеке, за толстыми стенами, непрерывно гремели новые разрывы, сливаясь в сплошной гул. Слишком плотно и кучно для случайной диверсии. Это была полномасштабная, координированная операция.

Холодок пробежал по позвоночнику монарха, но тут же растаял в пламени гнева.

Оттолкнувшись от косяка, Александр быстрым шагом направился по коридору к бронированному лифту, ведущему в подземный бункер Ставки. Попадавшиеся навстречу дворцовые гвардейцы вытягивались во фрунт, глядя на него с нескрываемой растерянностью: Император бежал по коридорам в одиночку, с растрепанными волосами, без свиты и протокольного сопровождения. Но Александру было плевать на этикет. Плевать на то, как это выглядит. Началась война, и он собирался её выиграть.

Двери лифта разъехались с тихим пневматическим шипением. Шагнув в кабину и нажав кнопку самого нижнего уровня, он позволил себе прикрыть глаза и сделать пару глубоких вдохов.

Лифт мягко остановился на самом нижнем уровне. Бронированные створы разъехались с тихим шипением, и Александр стремительным шагом направился по коридору.

Ставка. Святая святых имперской военной машины. Огромные голографические карты, защищенные каналы связи со всеми округами, идеальная система управления войсками. Прямо сейчас там должна кипеть работа. Там собрались те самые «вечные заместители», амбициозные полковники и первые замы министров — те голодные до власти люди, которых он этой ночью вытащил из тени и сделал новыми хозяевами Империи. Сейчас они, окрыленные его безграничным доверием, должны рвать врага на куски, доказывая свою преданность Короне.

А он встанет во главе этой новой, преданной лично ему армии. Он, Александр, последний из великой династии, возьмет всё в свои руки.

Двери Главной Ставки распахнулись перед ним, и Император замер на пороге.

Он ожидал увидеть кипящий адреналином командный центр. Ожидал увидеть своих новых генералов, яростно склонившихся над светящимися картами, офицеров связи, хрипло выкрикивающих шифры, нового министра обороны, координирующего ответный ракетный удар, и нового командующего ПВО, поднимающего в воздух перехватчики. Он ожидал увидеть организованный, смертоносный хаос войны.

Вместо этого он увидел звенящую пустоту.

Огромный зал с куполообразным потолком был почти безлюден. Холодный голубоватый свет от центрального тактического стола падал на ряд дорогих кожаных кресел. Александр отчетливо видел золоченые таблички на их высоких спинках: «Главнокомандующий», «Министр обороны», «Командующий ПВО», «Начальник Генштаба».

Все эти кресла были пусты. Все до единого.

Внизу, между пультами, хаотично метался лишь младший персонал. Связисты истерично кричали в гарнитуры, не получая никакого ответа с той стороны. Младшие офицеры — лейтенанты и капитаны — смотрели друг на друга ошалелыми глазами людей, внезапно оказавшихся на тонущем корабле без единого старшего командира.

Сюрреализм. Ставка физически не могла быть пустой в момент прямой атаки на Столицу! Здесь должен находиться его новый, преданный генералитет, люди, которым он только что подарил всю эту власть. Где они⁈

Огромная голографическая карта над столом уже истекала кровью красных маркеров: четыре критических пробоя на промышленном кольце, уничтоженная главная вышка военной связи, обрыв контактов с арсеналами и стремительно перемещающиеся неопознанные сверхтяжелые объекты врага. Всё это требовало немедленных, профессиональных решений, но принимать их было банально некому.