Кодекс Магических Зверей. Гепталогия (СИ) - Шимуро Павел

Чуть ниже стояли тёмные склянки с концентратами, предназначенными для разведения непосредственно перед применением.

– Ну как, впечатляет? – раздался за спиной голос Дальгена.

– Не то слово, – честно отозвался я.

Он хмыкнул, унёс тряпицу к тазу, ополоснул, отжал и аккуратно повесил сушиться. В этот момент в дверь постучали, и в смотровую заглянула Иста.

– Целитель Моррис, прибыл следующий пациент, – выпалила она. – Мастер Эльстон.

– Зовите.

Эльстон оказался худым жилистым мужчиной с длинной бородой. Его зверь был похож на помесь волка и рыси, с угольно‑чёрной шерстью и белым пятном на груди. Внешне – машина для убийств, а внутри… Очередной список из кучи побочных эффектов.

Третьим пришёл молодой парень лет двадцати пяти, и едва ли не с порога принялся хвастаться, что «мы вот‑вот возьмем B‑класс». Его полосатый зверь стоял на трёх лапах, а четвёртую держал на весу, однако владелец упомянул об этой травме как‑то вскользь. Я уже даже не удивился…

Четвёртой переступила порог смотровой дама лет пятидесяти с прямой спиной, одетая в выцветшее серое платье. За ней неторопливо вошла крупная коричневая пума с двумя короткими рогами.

– Сольвейг, на стол, моя хорошая, – тихо скомандовала дама, и пума послушно запрыгнула.

Я приступил к осмотру и, к собственному облегчению, не нашёл ничего катастрофического. По всей видимости, женщина не гналась за силой, больше остальных заботясь о питомце.

– Как давно вы перестали давать ей зелья для повышения ранга? – спросил я, проводя ладонью по холке зверя.

Дама посмотрела на меня и слегка улыбнулась, отчего её жёсткое лицо потеплело.

– Пару лет назад, – отозвалась она. – Мы с Сольвейг ещё на C классе договорились, что остановимся на B.

Пума тихонько фыркнула, словно подтверждая её слова.

Я улыбнулся.

Когда дверь за ними закрылась, я молча присел на табурет у стены и, оперившись локтями о колени, опустил голову. Люмин выбрался из‑под стеллажа, доковылял до меня и ткнулся носом в мою ногу. Через нить тут же прилетел образ: я лежу под теплым одеялом, и никаких больших зверей рядом нет.

– Не бойся, тут все воспитанные, – прошептал я, погладив зайцелопа между ушами.

Дальген молча подошёл, плюхнулся на соседний табурет и протянул мне кружку с водой. Я принял её и благодарно кивнул.

– Эйден, – осторожно произнес он. – Это не моё дело, но… Ты после каждого осмотра становишься всё мрачнее… Неужели со зверями всё настолько плохо?

Я сделал глоток.

– Не то чтобы плохо, просто, – я помолчал. – У каждого из них куча побочек от зелий повышения ранга, а я ничего не могу с этим сделать.

– А‑а, – понимающе протянул рыжий. – Так никто не может. Я как‑то сдуру спросил у одного Мастера, зачем он так своего зверя гробит, так мужик в грубой форме послал меня очень далеко.

Я невесело усмехнулся.

– А ты стал бы рисковать здоровьем зверя, зная, что он может промучиться до конца дней?

– Нет, – Дальген пожал широкими плечами. – Я и не из тех, кому обязательно нужно быть первым во всём. Мне и так хорошо.

Я посмотрел на него с лёгким удивлением.

– Хороший ты парень, Дальген, – тихо произнёс я.

– Мама часто это говорит, – ответил он.

Ближе к полудню мы отправились обедать в общую комнату. Иста принесла из столовой поднос, уставленный тарелками с тушёным мясом, овощами, свежим хлебом и кружками с компотом. Люмин, увидев свежую морковь, развернул короткую, но насыщенную кампанию за её перераспределение, и в итоге был сослан под стол с одной малюсенькой целой и двумя обкусанными. Кроху же достался крупный кусок мяса.

После обеда прибыли ещё двое плановых пациентов. Сначала крупная птица с ярким оперением, а затем мохнатый хищник, которого я, признаться, готов был обнять от нахлынувшего облегчения, потому что он оказался абсолютно здоровым зверем без побочных эффектов. Его хозяин, добродушный толстячок, даже обиделся, что я слишком быстро их выпроводил.

К вечеру в блоке стало совсем тихо. За окнами потемнело, и магические светильники под потолком налились более глубоким, тёплым светом.

Я уже подумал, что день завершится без сюрпризов, и направился в комнату отдыха, как дверь у стойки с грохотом распахнулась.

– Мне нужен целитель! – воскликнул мужской голос. – Срочно!

Обернувшись, я увидел ввалившегося в коридор мужчину в забрызганной грязью кожанке, с расцарапанной щекой и лихорадочным блеском в глазах. На руках он бережно прижимал зверя, похожего на рысь, но с вытянутой мордой.

Иста подскочила со стула, едва не выронив перо.

– Сюда! – крикнул я, настежь распахивая дверь операционной.

Мужчина ввалился внутрь и с трудом опустил зверя на стол. Тот тяжело завалился на бок, и мне хватило одного беглого взгляда, чтобы понять: дело дрянь.

Шерсть была подёрнута мелкой тёмной зернистостью, будто кто‑то припорошил её сажей. Вдоль рёбер тонкими прожилками проступали черные линии. Из приоткрытой пасти со свистом вырывалось дыхание, и каждый выдох заканчивался влажным хрипом. На клыках держался темный налёт, а дёсны… были не бледными и не синюшными, а чёрными, словно их обуглили изнутри.

В белках глаз тонкой паутинкой тянулись смоляные линии, зрачки периодически подёргивались, будто зверь пытался сфокусироваться, но не мог.

«Твою налево».

– Что случилось? – спросил я и краем глаза заметил Дальгена, вошедшего в операционную.

– Мы только что вернулись из Леса, с Третьего слоя, – выдохнул мужчина, цепляясь за край стола. – И там… На лавовом поле что‑то случилось… Я не успел ничего понять… Внезапно Шип начал рычать, затем захромал, а после… всё стало стремительно ухудшаться.

– Где рана? След от укуса? – произнёс я, пытаясь найти причину состояния зверя.

– Ничего нет! – мужчина резко мотнул головой, и капля пота с виска полетела на столешницу. – Целитель, ты пойми, Шип просто ни с того ни с сего стал таким!

– Как вас зовут?

– Эрек.

– Хорошо, Эрек, – я кивнул, не отводя взгляда от зверя. – Отойдите к стене и не приближайтесь, пока не скажу.

Мужчина молча отступил. Дальген уже занял позицию с противоположной стороны стола, застыв в ожидании моих команд.

– Шип, – тихо позвал я, кладя руку на зверя. – Держись, парень, я тебе помогу.

Я активировал восприятие.

Воздух дрогнул, и под шерстью развернулась картина, от которой у меня мгновенно завязался узел в животе. У зверя оказались ярко‑голубые канаты, соответствующие B классу 2 рангу, вот только… рядом с одним из них, возле позвоночника, висел черный сгусток!

Тёмная энергия медленно пыталась пробиться через стенку канала, отчего в месте соприкосновения голубое сияние подёргивалось и меркло, как пламя свечи на сквозняке. Тончайшие тёмные ниточки расходились от сгустка во все стороны – именно они змеились под кожей вдоль рёбер хищника.

Это же… чужеродная мана!

Я сглотнул. Так, не стоит паниковать – по сравнению с Велгаром эта ситуация намного проще. Здесь чужеродная мана ещё не успела попасть внутрь каналов, да и цвет не такой насыщенный… Можно попытаться избавиться от неё!

Я положил обе ладони на бок зверя, выдохнул и начал вливать в Шипа свою ману тонкой струёй. Она нырнула в шкуру, скользнула вдоль одного из каналов, побежала по нему дальше… И оттолкнулась от чёрного сгустка, который мгновенно выпустил шипы. Меня тут же прошило ледяным уколом от ладоней до позвоночника, а в виски ввинтилась тупая боль.

Твою налево… Несмотря на небольшое количество чёрной энергии, мне не хватает сил избавиться от неё. Всё как с Велгаром! Я поднял руки и поток оборвался.

– Чёрт, – выдохнул я сквозь зубы.

Шип моргнул и слабо дёрнул лапой.

– Эйден, – тихо позвал Дальген. – Что‑нибудь подать? Лекарство, инструменты?

В этот момент я вспомнил про корм…

– Дальген, – я повернул к нему голову. – В кладовой, у ледяного камня в правом стеллаже лежат тряпицы с шариками. Принеси один.

Рыжий приподнял брови, но, не став задавать лишних вопросов, развернулся и вылетел из помещения. Через пару секунд хлопнула дверь.