Кодекс Магических Зверей. Гепталогия (СИ) - Шимуро Павел

Я подошёл вплотную и начал осмотр.

Если в коридоре песочно‑бурая шерсть Тагара издалека казалась густой и здоровой, то вблизи по бокам и вдоль хребта виднелись проплешины, обнажавшие сухую, шелушащуюся кожу. По краям этих залысин волосяной покров выглядел ломким, а отдельные шерстинки были короче остальных и стояли торчком, словно их опалили на концах.

Аккуратно прощупав бока зверя, я ощутил дряблые мышцы, а три ребра оказались даже без естественной жировой прослойки, из‑за чего отчётливо проступали под кожей.

– Спокойно, парень, – тихо произнёс я и осторожно надавил под нижней челюстью.

Лимфоузлы оказались увеличены, но при нажатии Тагар даже не дрогнул. Приподняв его верхнюю губу, я заметил почти белые десны с лёгким синюшным отливом, а на резцах коричневый налёт.

Дальген тихо переступил с ноги на ногу за моей спиной.

Я аккуратно захватил подбородок зверя и повернул его морду к окну. Левый глаз оказался здоровым, а вот правый затянула сероватая плёнка, от внешнего уголка глаза вниз по щеке тянулась засохшая мутная дорожка, да и зрачок вяло реагировал на свет.

Я выпрямился и перешёл к лапам. Когти оказались тусклыми, а на двух из них проступили глубокие продольные борозды.

Зверь явно болен, но… Почему хозяин привёл его на обычный плановый осмотр, а не забил во все колокола, заметив проплешины и затянутый пеленой глаз?

В следующее мгновение перед глазами вспыхнуло сообщение Системы:

[Существо: Песчаный давильщик]

[Класс: B]

[Ранг: 1]

[Состояние: Нестабильное]

[Побочные эффекты от зелий повышения ранга: угнетение функции селезёнки, дистрофия мышечных волокон, частичная слепота правого глаза, нарушение минерального обмена, повышенная ломкость костей, ослабление регенерации, снижение чувствительности обонятельных желёз, нарушение терморегуляции, склонность к спазмам…]

Список оказался настолько длинным, что я сначала не поверил своим глазам.

Вот как… У зверя проявился целый букет побочных эффектов от зелий, и, судя по всему, целители Ассоциации ничем не смогли помочь на прошлых осмотрах, как и Корвинам в своё время.

Я на мгновение прикрыл глаза. Интересно, а что покажет восприятие?

Подняв веки, активировал особое зрение, и воздух вокруг зверя дрогнул. Шерсть стала прозрачной, и под ней проступили голубые канаты, похожие на те, что я видел у Грима. Присмотревшись внимательнее, я… не обнаружил никаких повреждений.

Ну конечно, в отличие от зверей братьев Корвин, у Тагара нет деградации магических каналов, а остальные побочные эффекты никак на них не влияют.

Я выпрямился, потёр переносицу и посмотрел на Берграна.

– Что‑то не так? – спросил он.

– У вашего зверя скопилось изрядное количество побочных эффектов от зелий повышения ранга, – ответил я и провёл ладонью между ушей Тагара. – И некоторые из них достаточно серьёзные.

– Ну да, – мужчина пожал плечами. – Поэтому мы и ходим на плановые осмотры.

Он произнёс это как нечто само собой разумеющееся.

– Когда вы впервые заметили проблемы? – уточнил я.

– Так ещё на D классе, это обычное дело, – Бергран положил руку на холку зверя. – Но должен заметить, до середины C класса у нас не было ничего серьёзного!

Я поднял брови. Зная, что от каждого приёма зелья Тагару становилось только хуже, он всё равно продолжал давать их ему…

Мужчина вздохнул и посмотрел в мои глаза.

– К сожалению, сила не даётся бесплатно, – Бергран грустно усмехнулся. – Кому‑то везёт, и побочки не появляются, а кому‑то нет, и зверь… В общем, плохо ему становится.

Я отвёл от него взгляд.

– У одного моего знакомого питомец при переходе на B класс два месяца в беспамятстве провалялся, и ничего, выжил! А сильным каким стал, просто жуть!

Я не знал, что на это ответить…

Конечно, я уже давно понял, что в этом мире сила решает всё, и люди готовы ради неё на многое. Вот только страдают от этого не виновники, а ни в чём не повинные звери…

– Но сейчас у вашего друга их довольно много, и если продолжите…

– Да я понимаю, – буркнул мужчина. – Кринст давно мне всё растолковал, так что… я решил остановится на В‑ классе.

Бергран убрал руку с холки зверя.

– Как бы ни хотелось, до A‑класса доходят лишь единицы…

Я кивнул и взглянул на Тагара. Мне искренне хотелось хоть чем‑то помочь бедолаге, однако, насколько помнил, для избавления от побочных эффектов мне требовалось развить свои магические каналы хотя бы до уровня пациента. И всё же решил на всякий случай перепроверить это.

«Система, – мысленно позвал я. – Могу ли я нейтрализовать побочные эффекты?»

Перед глазами появилась холодная строка:

[Текущий уровень магических каналов («Стремнина») позволяет создавать зелья, нейтрализующие побочные эффекты от приёма зелий повышения ранга для зверей D класса, 2 ранга]

К сожалению, память меня не подвела…

– Мы можем идти? – спросил Бергран.

Я моргнул и провёл ладонью по холке Тагара.

– Да, – ответил я.

Мужчина кивнул мне и хлопнул зверя по загривку. Тагар спрыгнул на пол, заставив Люмина сжаться в комок. Через нить тут же прилетел отчаянный образ: «Я хватаю зайцелопа, отбегаю от этой махины и прячусь за Кроха».

– До свидания, целитель, – произнёс Бергран, направляясь к выходу.

– Всего доброго, – отозвался я.

Стоило двери закрыться, я выдохнул, опёрся ладонями о край стола и несколько секунд молча смотрел на свои пальцы. Дальген тут же отлепился от стены и подошёл к стеллажам, на ходу разворачивая чистую тряпицу.

– Эйден? – он бросил на меня мимолётный взгляд. – Ты чего такой задумчивый?

– Не обращай внимания, – буркнул я.

– Понял, – рыжий не стал лезть в душу.

Парень извлёк с полки тёмную склянку и плеснул на тряпицу немного прозрачной жидкости, отчего по комнате тут же поплыл узнаваемый запах железнолиста. Подойдя к столу, Дальген принялся методично протирать столешницу широкими полукруглыми движениями.

Решив детальней изучить стеллажи, я отошёл к ним и медленно скользнул взглядом слева направо. На верхних полках тускло поблёскивали аккуратно разложенные инструменты: шесть скальпелей разной длины и кривизны лезвий, на тёмных деревянных рукоятях которых красовались крошечные выбитые метки.

Чуть дальше лежали шесть щипцов: одни с тонкими и длинными губками, другие с широкими, а третьи – изогнутые буквой «Г», для работы под углом.

Я провёл пальцем по полке ниже, на которой располагались расширители трёх размеров и пять крючков для отведения тканей, от прямых до сильно изогнутых. Рядом находились костные кусачки и пила с мелким частым зубом.

И ни одного шприца.

Я хмыкнул и потёр подбородок. Вместо шприцов на отдельной подставке лежали очищенные полые птичьи перья разной толщины с рыбьими пузырями на конце.

Понятно. Сжимаешь импровизированную грушу, опускаешь в склянку, втягиваешь жидкость через перо, а затем вновь надавливаешь, и лекарство льётся куда надо. Работать можно, но дозирование тут сугубо на глаз, да и о стерильности говорить смешно. Эх, мне бы сюда обычный одноразовый шприц на пять кубов с делениями…

«Размечтался», – мысленно буркнул я.

Под поставкой с перьями лежала ещё одна вещица, которую я не сразу опознал. Это была длинная бронзовая трубочка: на одном её конце находился широкий раструб, а на другом гладкая чашечка для уха. Я аккуратно поднял прибор и, осмотрев со всех сторон, обнаружил внутри тончайшую костяную мембрану. Прижимаешь раструб к пациенту, прислоняешь чашечку к своему уху и, если постучишь пальцем по рёбрам, мембрана завибрирует, чутко улавливая и усиливая обратный отклик. Хитро. Считай, местный стетоскоп.

Я вернул прибор на место и, переведя взгляд на нижние полки со склянками, бегло изучил лекарства при помощи системы: антисептики трёх концентраций, кровоостанавливающие настои, отвары от спазмов, обезболивающие, мази для ожогов, средства от паразитов, костесращивающие, противосудорожные… Попутно я насчитал не меньше четырёх десятков различных наименований, и это была только одна полка.