Изгой Высшего Ранга IV (СИ) - Молотов Виктор

— Что с ней будет? — спросил Илья у преподавателя.

— Как что? — Виктор Семёнович пожал плечами с показным спокойствием. — Сейчас уничтожу.

— Как «уничтожите»? — парень захлопал глазами. — Она же живая!

— Она только кажется таковой, — преподаватель подошёл ближе, изучая тварюшку сквозь барьер. — Это энергия смерти. Она поглощает всё на своём пути. Разума у неё нет.

Илья нахмурился, продолжая смотреть на чёрный сгусток. Он как раз перестал биться о преграду и теперь медленно расползался по поверхности барьера, словно пытаясь найти щель.

— Печально, — вздохнул Илья. — Я бы хотел такого питомца.

Сейчас он напоминал ребенка, которому в магазине не купили понравившуюся игрушку. Но этот задорный интерес легко понять: парень впервые так близко подошёл к своей мечте.

— Илья, нет, — отрезал Дружинин.

— Пап, ну она же милая! Смотри, как ползает!

— Она пожирает жизненную силу всего, к чему прикасается.

— Тем более! — глаза Ильи загорелись. — Представляешь, какая была бы охрана?

Я невольно усмехнулся. Логика железная, если честно.

— Ты всегда запрещаешь всё самое интересное, — вздохнул Илья.

Парень прав: куратор действительно запрещает всё самое интересное. Сам через это прошёл, знаю. С ним было крайне нелегко договориться. А родственнику будет ещё тяжелее.

Виктор Семёнович подошёл к твари вплотную. Барьер послушно расступился перед ним: это уже моя работа, я контролировал преграду и мог менять её по желанию.

Преподаватель коснулся чёрной массы пальцем. Тварюшка дёрнулась, потянулась к руке, словно пытаясь поглотить, и просто распалась. Чёрная энергия растеклась дымкой и впиталась в его ладонь.

— Вот и всё, — Виктор Семёнович показал чистую руку. — Теперь она никому вреда не причинит.

Я убрал барьер. Больше он был не нужен.

— Ладно, мы увидели достаточно, — Дружинин положил руку на плечо сына. — Спасибо, Виктор Семёнович. Мы пойдём.

— Подождите, — остановил я его.

Все обернулись ко мне. Я смотрел на преподавателя, прокручивая в голове произошедшее. Слишком уж странно всё выходит.

— Виктор Семёнович, а почему защитные руны не сработали? Здесь же бронебойное стекло с магической защитой, — уточнил я.

Преподаватель моргнул. На лице появилось выражение человека, которого застали врасплох.

— Ну, видимо, какая-то ошибка, — задумчиво протянул он.

Врать он явно не умел. По крайней мере, не так хорошо, как другие люди, с которыми мне доводилось сталкиваться.

— В таком случае нужно будет доложить службе безопасности, — продолжил я. — А то вдруг такое повторится. Нельзя подвергать студентов опасности.

У Виктора Семёновича дёрнулся глаз.

— Я сам сообщу, вы не переживайте.

— А мне как раз по пути, — продолжил я настаивать. И не просто так.

— Глеб Викторович, это лишнее, — преподаватель нервно улыбнулся.

— Лишнее, потому что вы сами отключили защиту. И знали, что произойдёт.

Повисла неловкая пауза. Илья переводил взгляд с меня на преподавателя и обратно, явно не понимая, что происходит. Дружинин стоял с непроницаемым лицом.

— Как я мог знать, что произойдёт нечто подобное? — Виктор Семёнович развёл руками.

Не сдавался до конца. Упорный человек.

— Вы работаете здесь уже пять лет, — я прищурился. — Прекрасно знаете, что бывает на занятиях некромантов. Но тем не менее, студентов вы не остановили. И вот какая удача: тварюшка попала ровно в это окно.

— Пап, ты это подстроил? — до Ильи начало доходить.

— Почему сразу я? — Дружинин поднял руки в защитном жесте. — Это Виктор Семёнович хотел преподать урок своим студентам. Чтобы они понимали, каковы бывают последствия их действий.

Ага. Конечно. Так я и поверил.

Мы с Дружининым смотрели одни и те же инструкции по работе с людьми. Он сам мне их скидывал. А потому сейчас прекрасно видел одну из таких техник манипулирования.

— Андрей Валентинович, — посетовал я, — вы думаете, мы в это поверим?

— Глеб Викторович, могли бы и встать на мою сторону, — сдался куратор.

— Я за честность.

Слишком уж радикальный метод использовал куратор, так что молчать мне не хотелось. Кто-нибудь и правда мог пострадать.

Дружинин тяжело вздохнул. Затем посмотрел на меня взглядом человека, который сам себя загнал в ловушку.

— Ладно. Хорошо. Это я подстроил, — признался он и обернулся к сыну. — Илья, я не хочу, чтобы ты в разломы лез и рисковал жизнью. Хотел показать тебе опасность. Но, видимо, не удалось.

— Конечно, не удалось! — Илья расплылся в улыбке. — Я теперь хочу такого же питомца! Буду использовать для уничтожения тварей в разломах!

Дружинин закрыл лицо рукой.

— Может, не пойдём завтра в полицейскую академию? — с надеждой спросил Илья.

— Пойдём, — куратор скрестил руки на груди. — Ты обещал.

— Ладно, — нехотя согласился Илья.

— Пойдём. Всё, больше тут нечего обсуждать.

Мы отправились дальше, прямиком к столовой. Оставалось ещё время, чтобы что-нибудь перехватить перед следующим занятием.

Академия в обеденное время напоминала муравейник. Студенты всех курсов и специализаций стекались в одно место, создавая хаос из разговоров, смеха и звона посуды. Запах еды витал в воздухе, и я с удивлением понял, что проголодался.

Тем временем Илья отстал от отца и пошёл рядом со мной.

— Глеб Викторович, — он понизил голос, — спасибо.

— За что?

— Если бы не вы, отец бы никогда не взял меня на экскурсию. Я же вижу, что он только из-за вас согласился.

— Думал, ты будешь обижаться за эту демонстрацию, — заметил я, переводя тему. Не хотелось обсуждать наш прошлый разговор с куратором насчёт его сына: Илье незачем об этом знать.

— Это меньшее, на что способен отец, — Илья печально улыбнулся. — Он всегда так делает. Думает, что если покажет опасность, я испугаюсь и передумаю. А я не пугаюсь. Просто интереснее становится. Он как-то таким же образом пытался меня от похода в девятом классе отговорить, а в итоге сам со мной пошёл.

— Хочешь совет? — спросил я.

— Какой?

— Не говори отцу, что тебе только интереснее становится. А то он вообще никуда тебя пускать не будет.

— Это да. Он и так параноик, — рассмеялся Илья.

— Он заботится о тебе, — я пожал плечами. — По-своему, конечно. Но заботится.

— Знаю, — парень кивнул. — Просто иногда хочется, чтобы он верил в меня. Хоть немного.

Понимаю его. Ещё пару месяцев назад в меня верила только Даша. А теперь же все кардинально изменилось.

Мы вошли в столовую. Я взял себе сэндвич и кофе, поскольку не хотелось тратить много времени. До артефакторики оставалось двадцать минут, а мне ещё нужно было дойти до нужного корпуса.

Куратор с Ильёй устроились за соседним столиком. Андрей Валентинович что-то тихо объяснял сыну, тот слушал с серьёзным видом, изредка кивая. Судя по жестам, речь опять шла о безопасности.

Я доел сэндвич и поднялся.

— Мне пора на занятие, — предупредил куратора.

— Артефакторика? — уточнил Дружинин.

— Она самая.

— Тогда удачи. Мы пока здесь посидим, после занятия я вас найду.

Я кивнул и направился к выходу. В голове уже крутились мысли о предстоящем уроке.

После того случая с телепортацией преподавателя прямо в главное здание ФСМБ у меня образовалось несколько долгов по артефакторике. Надеюсь, сегодня получится их закрыть.

В кабинет артефакторики я заходил осторожно, надеясь, что меня не заметят и не припомнят.

Степан Геннадьевич уже был в классе.

— А, Глеб Викторович! — он заметил меня и улыбнулся. — Проходите, проходите.

Я сел за свой стол. Все остальные студенты уже были на своих местах.

— Итак, — преподаватель хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Сегодня у всех будет очень интересное задание. Будем составлять рунные цепочки.

Он подошёл к доске и начертил несколько символов.

— В итоге должно получиться примерно то, что стоит у нас на полигонах. Защита от магических атак. Только здесь будет универсальный вариант — для любого типа магии, — объяснил он.