– Я вижу, сынок. С ним такое бывает.
Он спешился и пошел навстречу Уикхему.
– Кто это? – шепотом спросил Шарль. – Почему мы не бежим? Ты его знаешь?
Диего кивнул. Он сел и, когда мужчина приблизился, подал ему лапу. Тот церемонно ее пожал. Мируэ держался за спиной медведя.
Говорили, что агент Двайер был когда-то полицейским и служил под началом шефа, пока тот возглавлял отдел по особо тяжким преступлениям блэкуитской полиции. Время от времени бывший полицейский появлялся в замке и наставлял рекрутов в тонкостях организации облав и слежек. Хотя Уикхем не знал, как этот человек – самый огромный из всех, кого он видел, – мог незаметно красться за преступником. Ну, разве что за слепым…
– Что ты тут делаешь, сынок? Это ты послал сигнал на пост?
Медведь кивнул.
– Как тебя занесло в Эдмур? И кто это там отирается за твоей спиной?
– О чем он говорит?! – гневно прошипел Мируэ. – Я ничего не понимаю!
Диего запоздало вспомнил, что сын барона не знает риадского. Он успокаивающе погладил его по плечу и вывел в снегу:
«Я должен доставить его к миледи. Ее личный приказ».
– Эге. – Двайер поскреб бороду. – Миледи, значит. Ну ладно. А в Эдмуре вы оба что забыли?
Диего в меру своих художественных способностей изобразил колокольню, нежить и чиркнул когтем ей по горлу.
– Костянник? – удивленно воскликнул Двайер. – Вы вдвоем уработали костянника? Ты и мальчик?
Агенты зашептались. Уикхем несколько сконфуженно кивнул. Двайер протяжно присвистнул и внимательнее оглядел Шарля. Тот гордо вздернул подбородок и с вызовом посмотрел на агента внизу вверх.
– Ладно, раз миледи велела – исполним в лучшем виде. Следуйте за нами. До поста два часа на рысях.
Риада, замок Редферн
– К вам миледи, сэр, – сообщил Бреннону секретарь.
Натан с затаенным облегчением отложил отчеты о том, как ничего не происходит около известных провалов на ту сторону. Маргарет вошла, опустилась в кресло, дождалась, пока юный Романте выйдет, и сказала:
– Дядя, мы бы хотели с тобой поговорить.
– Ладно, – осторожно ответил Натан. – Давай. А кто именно?
– Мы трое.
– Одновременно?!
– Нет. Говорить будет Энджел.
Она прикрыла глаза и, уронив голову, на секунду обмякла в кресле. Комиссар встревоженно ждал. Он все еще не мог спокойно это переносить и в глубине души очень хотел, чтобы Редферны наконец куда-нибудь выселились.
Пегги шевельнулась и открыла глаза. Ее поза изменилась, как и выражение лица, и взгляд, который она устремила на Бреннона.
– Мы были в Ла Мадрине, – сказал Энджел. – Вы же уже прочли?
– Да. – Чтение было намного увлекательнее, чем сегодняшние отчеты, и вызвало у Бреннона смутное желание отправить к месту событий отряд консультантов и агентов, несмотря на уверения Редфернов, что там все в порядке. – Там явно что-то нечисто.
– Имело место образование трещины на ту сторону, хотя и неглубокой. Но как вы уже поняли, нас занимает не она, а ее текущее состояние. Она фактически заморожена.
– А такого не может быть?
– Общепринятой является практика закрытия трещин, расколов и провалов с помощью жертвоприношения. Я отдавал предпочтение куполу. – Энджел скупо улыбнулся. – Пока отец Бартоломео с сообщниками его не расколол. Однако, возможно, мы слишком плохо о них думали.
Натан удивился. Он не знал, что о бартолемитах можно думать слишком плохо.
– Мы задавались вопросом, какой идиот додумался открывать провал на ту сторону. Но что, если отец Бартоломео считал, будто у него есть средство его запечатать?
– Без того, чтобы швырять туда кого-нибудь из подельников в качестве жертвы?
– Да. Тем более что это ему бы не удалось – никому, кроме вивене, не под силу даже дышать рядом. А метод, о котором я говорю, можно применить, гм… дистанционно.
Пегги замолчала, и выражение ее лица стало отсутствующим. Так бывало, когда трое внутри устраивали дискуссию.
– А Джеймс и Маргарет с вами согласны?
– Мы еще обсуждаем этот вопрос. Но суть его в том, что брат Бартоломео мог завладеть заклятием Гидеона…
– Еще одним?! – простонал Натан. – Да сколько ж их всего?!
– Никто не знает. Наследие Гидеона было в основном утрачено, и только малые его осколки маги крайне редко находят среди древних текстов. Более поздние списки почти всегда несут в себе ошибки, отчего заклятия не работают или приводят к непредсказуемым и разрушительным последствиям. Но если отцу Братоломео попал в руки манускрипт или отрывок из трактата возрастом не менее двух тысяч лет, то там мог быть правильный текст.
– И что же это за заклятие?
– Ключ. По тем описаниям, которые мы нашли в библиотеке, Ключ Гидеона мог или открывать порталы в иные миры, или запечатывать провалы на ту сторону. А поскольку я никогда раньше не видел того, что мы обнаружили в Ла Мадрине, но читал похожие описания, то я склоняюсь к мысли, что Ключ все же запечатывает провалы. Так что отец Бартоломео вполне мог рассчитывать, что после раскола купола над Лигантой он сумеет запечатать провал.
– Это возможно? – быстро спросил Натан, но тут же задавил глупую надежду, что Валентина однажды освободится.
– Я не думаю, – ответил Энджел. – Провал на Лиганте был слишком велик. Но тем не менее если я найду Ключ Гидеона, то я хотя бы смогу разработать на его основе нечто, способное помочь вашей супруге. По крайней мере, попытаюсь.
– Однако, – сказал экс-комиссар, когда справился с собой, – такое заклятие бартолемиты должны хранить как зеницу ока. Вероятно, никто, кроме Вальенте, даже не знает о его существовании.
– Да. Поэтому юный Уикхем очень кстати отгрыз для нас его руку.
Экс-комиссар предпочел бы не вспоминать о таком подвиге рекрута – не этому он их учит, черт подери! Но что уж теперь…
– А что, его рука разве еще не разложилась?
– Отчего же? Мы держим ее в кубе нетающего льда, так что она в полной безопасности, в отличие от ее предыдущего владельца.
– Вы действительно готовы потратить столько времени на поиски Ключа и рискнуть, сунувшись в штаб-квартиру Ордена? – спросил после паузы Бреннон.
– Натан, – мягко сказал Энджел, – нет ничего, чего бы мы не сделали для вас и миссис Бреннон.
Комиссар смущенно покряхтел.
– Давайте пока погодим с этим. Сначала нужно уладить дело, ради которого Маргарет отправила рекрутов в Сен-Мар. Я еще не добрался до последнего рапорта, так что если вы кратко изложите… Что опять?
Секретарь вновь появился на пороге и доложил:
– Сир, прибыли агенты из наблюдательного пункта около Эдмура – мистер Двайер, с ним медведь и некий мальчик. Медведь, – бесстрастно продолжал Элио, – утверждает, что мальчика нужно немедленно доставить к миледи.
– О! – воскликнул Энджел. – Наконец-то!
У Натана сердце екнуло от того, каким знакомым, энергичным редферновским движением девушка вскочила на ноги, словно разжавшаяся пружина.
– Полагаю, им лучше сначала поесть и принять душ, чтобы согреться. Раз Уикхем явился сюда в образе медведя, да еще и из Эдмура, то что-то произошло непредвиденное. Им нужно восстановить силы, а потом вы сможете поговорить.
– Гм… – На лице Энджела отразилось нетерпение, он явно хотел наброситься на прибывших с вопросами тут же, но все-таки сдержал себя. – Ладно. Пусть их проводят в комнаты для агентов. Но, может, расспросим агента Двайера?
– Пожалуй. – Бреннон повернулся к секретарю. – Проводите агента сюда и распорядитесь насчет комнат и еды для рекрута и мальчика.
* * *
Маргарет ждала их с нетерпением. Наконец-то, после стольких усилий и препятствий! Она с трудом уговорила Энджела и Джеймса уступить место ей, чтобы не пугать мальчика с самого начала, хотя оба Редферна тоже изнывали от нетерпения.
Однако Диего Уикхем постучал в дверь ее кабинета лишь ближе к вечеру. Он вошел, держа руку на плече юноши, одетого в мужской костюм Дианы, который и то был ему велик. Мисс Шеридан едва заставила себя сначала взглянуть на рекрута и кивнула ему в знак приветствия.
