— А он бы остался без бэбика?
— Нет. Была возможность… если пресекается наш род, следующие по силе — Тандилары. Можно было повторить с ними тот же фокус. Дать им алтарь, и когда они возьмут его под контроль, опять вырезать род, опять оставить кого-то из девчонок, получить от нее сына — не одна, так другая, была б чешуя алая.
— Погано как-то.
— Не то слово. А самое паршивое, я бы все равно померла. В первом случае у меня был шанс, плохой, но был. Во втором — меня бы сразу убили.
— Ты согласилась на брак…
— Да. Кое-что оговорила, у нас был полноценный брак, только без возможности причинить поддонку вред. С моей стороны. Клаус-то как раз мог навредить, но мы оговорили это. Без битья, без телесных повреждений, брачный контракт у нас был достаточно строгий. Таскай в постель хоть три раза на дню, но кулаки чесать не смей. Убить можешь, но сам. А прихвостни — мимо.
— Я понял. Что могла, ты оговорила.
— Торговались мы долго, как два барышника на конской ярмарке. Главное я сделала, брак мы заключили, мой отрыв от алтаря он увидел, но тут я отговорилась. Мол, слабая связь, все такое, родовая травма…
— Поверил?
— Влегкую. Такое бывает, плохой доступ к родовой магии. Вот Клаус и не запретил мне проводить ритуалы, ему просто в голову такое не пришло.
— А ты их проводила?
— Всю беременность. Я старалась, делала для малыша все возможное, привязывала его к алтарю, напитывала силой рода. Сейчас мой сын намного сильнее меня связан с алтарем, да он и просто сильнее. Я видела его потенциал, он… я не зря старалась! Там куча ритуалов, под фазы луны… я чуть не рехнулась. Спасибо Берту, он мне помог в свое время, я это знала! Если б пришлось в спешке искать, в жизни бы половину не нашла, упустила.
— Ты ему нравилась, наверное.
— Да нет, я ж говорю, друзья с детства, — отмахнулась Далина. — Ну и ему же выгоднее без Клауса.
— Ну-ну.
— Пффффф. Потом ребенок родился — и через три дня, после первого ритуала у алтаря, меня не стало.
— П…есец.
— Как-то так, да. Клаус сам убил меня. Он меня тоже ненавидел, понимаешь? Я — его, он меня, отношение не скроешь, мы друг к другу едва не в перчатках прикасались. Высчитали ночь, подходящую для зачатия, ну и… гадость, чтоб его! Ладно, тебе об этом слушать не надо.
— А то я чего нового услышу. Хотя… да! А драконам хвосты не мешают — в процессе?
Ответом был щелбан по лбу.
— Помогают.
— Уй, блин! Драконица! Ладно, убил тебя любимый муженек, а потом что?
— Я же ритуалы проводила. Я почти не привязана к алтарю, но я привязана к своему малышу, а малыш — к алтарю. Несколько капель крови — и моя душа смогла отправиться не на перерождение, а на поиски тела. Это бывает, знаешь?
— Киношку видел. Там в мужика демон вселялся, и прочее…
— Я не демон. Но бывает вот так, как у Даши. Она не справилась, она умирала, и просила защиты и помощи для своего ребенка. Я справилась, но мне нужно было продолжать. И я… в нашем мире бывало такое, что дух алого дракона находил себе новое тело — пока не закончены его дела на земле. Но это верно для Ардейла. А вот в другом мире свои законы.
— Какие?
— Уфффффф! Дракон-первопредок, как же сложно объяснять то, что всем известно!
— Тренируйся, потом мелкому объяснять будешь, будет весело.
— Я тебя в няньки позову, не отвертишься.
— В армию удеру.
Далина фыркнула, и принялась объяснять.
— Душа через сорок дней должна уйти. Это — закон.
— А, у нас это тоже есть. И что? Ты скоро загнешься?
— Если вернусь в свой мир — то через сорок дней. Если останусь здесь, то буду жить, сколько и обычные драконы. Еще лет двести мне отпущено, крови и магии хватит. Сына успею выучить, на крыло поставить, дочь выращу, тебя человеком сделаю.
— Ну-ну. Так тебе что — на Ардейл возвращаться нельзя?
— Можно. Но на тридцать дней, к примеру. Чтобы запас был. Лучше даже быстрее, забрать сына — и смыться.
— А тебе его так и отдадут?
— Ты что! Дубдраган сопротивляться будет, как сможет! Поэтому лучший вариант — забрать малыша и сразу же сюда. Худший… хотя нет, не худший. Можно убить Дубдрагана.
— Давай убьем, в чем вопрос?
— В оружии?
— Интересно, а дракона можно дроном завалить? Или гранатомет нужен? Или ракетная установка?
— Притормози. Ваше оружие у нас не сработает, у нас слишком большая насыщенность магией. Порох — еще куда ни шло, это простая химия, это и на коленочке смешать можно, а вот остальное никак. Электроника при проходе через портал погорит, как свечка.
— Неужели у нас нет шанса?
— Боюсь, что нет. Но отчаиваться мы не будем, если все сложится хорошо, Клауса свои же разорвут. Я пока весь план четко не вижу, я пока думаю, но шансы у нас есть. И подставить, и забрать малыша… и жить здесь.
— А ничего, что вы драконы?
— Ничего. Переедем поближе к местам, насыщенным магией, а остальное детали. И вообще, мой сын потом наверняка захочет вернуться на Ардейл. А я останусь тут.
— М-да. Знаешь, я примерно половину не понял, а вторую половину не осознал, но одно ясно. Срочно надо зарабатывать. А то с двумя бэбиками на съеме — повесишься. Скажи, а у вас есть такое — компенсация за моральный ущерб?
— Чего? — не поняла уже Далина. Послушала Костины пояснения, и кивнула.
— Отличная идея. Я на это дело половину родового запаса выгребу. У черных.
— Вот и правильно. И свяжись с этими своими… как их? Ланами? Танами?
— Тандиларами.
— Долго на скороговорках тренировалась?
— Годами.
— Вот, с ними надо будет связаться. Если ты этого, Дуба пришьешь, кто-то ж должен будет власть взять в свои лапки?
— Тогда они ее моему сыну не отдадут. Нет, нужен кто-то другой. Я подумаю.
— Блин, как все сложно!
Далина развела руками. А жизнь вообще штука сложная и противная. И с этим ничего не поделаешь.
Ардейл, замок Ланидиров
— Долго ты еще валяться будешь?
Клаус смотрел на своего капитана с возмущением. С его точки зрения, через неделю после порки дракон уже обязан встать и мухой летать по замку! А он валяется, словно так и надо!
Беннет мог бы встать. И магией мог бы все ускорить, и дорогими лекарствами мазаться, но… не хотелось. Драконы не знают слова «депрессия», но у Беннета была именно она.
Далины нет.
И он связан клятвой.
И все темно, и пусто, и тоскливо… можно жить без крыльев, но как выжить, когда нет надежды?
— Что-то не так?
— Ты мне нужен!
— Зачем?
Клаус аж поперхнулся.
— Зачем⁈ Да ты… ты что — с ума сошел?
Беннет посмотрел на своего… да что уж там! Хозяина! Посмотрел тоскливо и с явным отвращением, так, что Клаус едва удержался, чтобы не добавить раненному. Остановило лишь одно соображение — выздоравливать будет дольше.
— Мне нужна твоя работа!
— Понимаю. Вот, как встану, так сразу, — согласился Беннет. Он даже не издевался, просто потерял интерес к жизни. Тоска накатывала, аж дышать не хотелось. Мог бы и не дышать, драконы и так могут.
— Скоро ты встанешь?
— Не знаю.
— Что лекарь говорит? — пока еще спокойно поинтересовался Клаус.
— Не спрашивал, — отозвался Беннет.
Клаус рыкнул вовсе уж зло, и пошел срывать гнев на лекаре. Ридола Гарм, которая об этом визите знала, дождалась, пока Дубдраган ушел, а лекарь уполз лечить свои синяки и ссадины, и встала у кровати Беннета.
— Хватит разлеживаться.
Беннет не удостоил ее даже взглядом. Ридола покачала головой.
— Вот так и уйдешь? И бросишь ее сына?
Ответом стал тоскливый взгляд. Мужчины! У женщины инстинкт требует защитить вот это маленькое-слабенькое, а мужчины частенько к детям равнодушны. К чужим детям
И то, что Далина — мать маленького Леонидаса особо ничего не меняет. Отец-то Клаус!
— Что ты от меня хочешь? — шевельнулись бледные губы.
— Приходи в себя. Тогда расскажу.
— Не хочу.
