Хищники. В паутине страсти (СИ) - Мэк Элис

Антонио тут же почувствовал мою неловкость. Он нежно приобнял меня и прошептал в макушку:

– Ну ты чего, малышка. Всё же в порядке.

– Пусть смотрят. И завидуют, – усмехнулся Алекс.

Легко им говорить. Хотя… может они и правы.

Почему я должна стесняться своих чувств, в конце концов? Ведь я тоже имею право любить и быть любимой.

– Ладно, пойдёмте уже в лес.

Я улыбнулась и, взяв близнецов за руки, потянула их за собой.

Глава 32

Мы с близнецами покинули шумный парк академии, где атмосфера праздника только набирала свои обороты. Нас троих тянуло в другое место. Вглубь леса, который манил нас обещанием настоящей свободы и тишины.

Тони и Алекс, казалось, читали мои мысли. Без единого слова, лишь обменявшись понимающими взглядами, они повели меня по едва заметной тропинке, уводящей под сень высоких деревьев.

Через некоторое время, когда мы отдалились от академии на приличное расстояние, я наконец почувствовала, как шум праздника стих, поглощённый стеной леса. Нас окутала густая, звенящая тишина.

Здесь, в лесу, даже лунный свет был каким-то другим. Он не заливал всё вокруг серебром, а просачивался сквозь густые кроны деревьев, ложась на землю таинственными, дрожащими пятнами. Высокие стволы сосен и дубов казались огромными, молчаливыми гигантами, обступившими нас со всех сторон, а ветер, запутавшийся в их листве, будто шептал нам взывая к голосу крови.

Я остановилась и сделала глубокий вдох. Воздух здесь был просто невероятным. Казалось, он был соткан из десятков ароматов: терпкого запаха сосновой хвои, опавших листьев, влажной земли и прохладной свежести ночи.

Я закрыла глаза, и эти запахи наполнили меня, пробуждая глубоко внутри что-то дикое и дремлющее.

Это был зов моего зверя.

Я чувствовала его каждой клеточкой своего тела. Моя кровь, до этого текущая спокойно по венам, вдруг закипела, запульсировала в висках. Под кожей словно искры пробежали, мышцы налились силой, требуя движения, скорости, свободы. Мой внутренний зверь, моя кошка, просилась наружу, опьянённая этой ночью, луной и близостью близнецов.

Я открыла глаза и посмотрела на парней, которые не отходили от меня ни на шаг. Они стояли недалеко от меня, как два верных стража и наблюдали за мной. В призрачном свете луны их человеческие черты заострились, стали более хищными. Глаза стали совершенно чёрными, из-за того, что в темноте зрачки расширились до предела и поглотили янтарную радужку. Сейчас в лесу темно, но я знаю, что близнецы видят в темноте так же ясно, как днём. А всё потому, что мы наполовину звери.

Взгляды парней прикованы ко мне. Сейчас в них горит огонь – голодный, предвкушающий, хищный, который, несомненно, завораживает. Они смотрят на меня не как на девушку, а как на самку, как на равную себе хищницу, с которой им предстоит ночная игра.

Я знаю, что близнецы так же, как и я уже предвкушают нашу прогулку в звериной ипостаси. Я чувствую это по напряжению их тел, по тому, как едва заметно подрагивают их мускулы под одеждой.

Заворожённая таким откровенным вниманием я отступила на несколько шагов назад и игриво улыбнулась, глядя им прямо в глаза. Я видела, как близнецы напряглись в ответ на это движение, готовые к прыжку в любое мгновение.

Не разрывая зрительного контакта, я медленно поднесла руки к воротнику своей блузки и начала расстегивать пуговицы. Неспеша. Одну за другой.

Взгляды моих мужчин проследили за движением моих пальцев, и я услышала, как они одновременно втянули воздух сквозь зубы.

Алекс облизнул пересохшие губы, а у Антонио на мгновение блеснули клыки в предвкушающем, хищном оскале. Эта их реакция пьянила сильнее любого вина. Я знала, что желанна.

Когда последняя пуговица наконец поддалась нажиму моих пальцев, я не стала сразу снимать блузку, я просто позволила ночному ветру коснуться моей кожи, а зову зверя окончательно захватить меня.

Мгновение – и мир взорвался лёгкой болью и восторгом.

Я почувствовала, как кости с хрустом меняют своё положение, вытягиваются и сжимаются, принимая новую, идеальную форму. Кожа покрылась густым белым мехом, мягким, как лунный свет. Мои чувства буквально взорвались, обострились до предела. Мир расцвёл тысячами новых красок, звуков и запахов. Боль от обращения ушла так же быстро, как и возникла, оставив после себя лишь эйфорию и чувство невероятной, безграничной мощи.

Я моргнула и опустила взгляд на свои лапы – большие, мягкие, с убранными внутрь смертоносными когтями. Пошевелила ими, чувствуя, как мягко они ступают по лесной подстилке. Длинный, гибкий хвост качнулся из стороны в сторону, помогая мне обрести идеальный баланс.

Ух, как же я давно не выпускала свою белую кошечку размять лапки. И как же она сейчас рада молниеносно перехватывая у меня контроль над телом.

Я подняла голову. Тони и Алекс всё ещё стояли передо мной в человеческом обличии. Их тела казались теперь такими хрупкими, такими неуклюжими.

Я видела, с каким откровенным восторгом смотрят на меня близнецы. В их глазах было восхищение, нежность и всё тот же неутолимый голод. Они смотрели на мою истинную, звериную сущность, и она им нравилась.

Осознание этого вызвало неописуемый восторг как у мня, так и у моей кошки.

Близнецы наконец тоже поддались зову природы. Их трансформация была быстрее, отточеннее моей. На мгновение их тела подёрнулись дымкой, а в следующий миг передо мной стояли уже не красивые высокие парни, а два восхитительных хищника. Два огромных чёрных ягуара.

Их шерсть была темнее самой ночи, она словно поглощала свет, отливая в лунных бликах синевой. Они были крупнее меня, их мощные мышцы перекатывались под гладкой шкурой при каждом движении. Два идеальных хищника, воплощение силы и смертоносной грации. В их глазах горел огонь, уже частично лишённый человеческой рефлексии. Это был чистый инстинкт.

Мои мысли в голове тоже стали течь иначе. Человеческая суть отступила на второй план, уступив место потоку ощущений и инстинктов.

Я ощущала себя просто невероятно. Лёгкость, с которой двигалось моё звериное тело, была божественной. Каждый шаг был бесшумным, каждое движение – выверенным и грациозным. Я чувствовала пробуждающуюся во мне силу, которая словно бурный поток растекалась по венам наполняя меня энергией и мощью. Мои чувства обострились до предела. Звуки, запахи… всё смешалось в яркий калейдоскоп. Я замечала каждую трещинку на коре деревьев, каждый листик, дрожащий на ветру. Я слышала шум леса, шорох травы и даже далекий крик где-то ухающей совы.

Но самое главное – я чувствовала их… Двух чёрных ягуаров, моих истинных. Их запах такой дикий и дурманящим. Он притягивал меня, как магнит, обещая безопасность, заботу и страсть.

Мы с близнецами замерли на несколько мгновений, изучая друг друга. Три хищника в лунном свете.

Подчинившись инстинкту и желанию моей кошки, я сделала первый шаг. Медленно подошла к ягуарам, чуть опустив голову в знак подчинения и трепета перед их неоспоримой мощью. Они не двигались, позволяя мне приблизиться.

Моя кошечка ткнулась носом сначала в бок одного ягуара, потом другого, глубоко вдыхая дурманящий запах своих самцов. Их шерсть была гладкой и шелковистой, а от тел исходил настоящий жар.

Я вдруг почувствовала, как ягуар Антонио провёл по спине моей кошки своим шершавым языком, и она заурчала от удовольствия, начала ластиться, тереться о мощные тела ягуаров, заигрывая и переплетаясь с ними хвостами. Она тёрлась о их ноги, изгибалась, приглашая к игре, показывая своё полное доверие и подчинение.

Ягуар Антонио издал низкое, довольное рычание, от которого по земле пробежала вибрация, и мягко, но властно прикусил мою кошечку за холку. Это был не укус боли, а укус собственника. Знак, понятный любому зверю. Он означал – моя!

Моя кошка довольно и громко заурчала, и всё тело завибрировало от предвкушения. Она игриво хлестнула его по морде хвостом, выскользнула из-под его челюстей и, бросив на ягуаров последний дразнящий взгляд, рванула в чащу.