Учитель Особого Назначения. Том 7 (СИ) - Савич Илья

— Мы познакомились в армии, — продолжил я. — Я тогда как раз дослужился до чина поручика и меня перевели в одну военную часть. А затем в подчинение пригнали отряд молодняка. Зелёных, ещё совсем глупых и дурных.

— Сергей Викторович… — с натужной улыбкой попытался отвлечь меня Александр свет Григорьевич.

— Так вот, — не обратил я на него внимания. — Рядом с военной частью располагался и гарнизонный городок. И знаете, что учудил один из этих молодых и, видимо, очень изголодавшихся по женской ласке молодых людей? Цельные сутки, прошу заметить, без этого дела провёл, а зубы аж скрипели от нетерпения! Ну, или не зубы…

— И что же? — хмыкнул Никанор, уже предвкушая весёлые подробности.

— Сначала он перелез через забор, — начал я загибать пальцы. — Затем пробрался через лес до этого самого городка. Чтобы на дороге не отловили, значится, — загнул второй палец. — Уже в городе отыскал общественные бани…

— Ах! — искренне удивилась Лиза, прикрыв рот ладонью и мельком окинув замминистра осуждающим взглядом.

— Ставр… — ещё раз попытался Санчо.

— … и решил, конечно же, совершенно случайно ошибиться дверью и зайти в женскую часть, — загнул я третий палец.

Никанор с большим усилием пытался сдержать смех, Лиза покраснела и опустила взгляд.

— Конечно же, местные дамы, многие из которых были жёнами или дочерями офицеров из военной части, такого подката немного не поняли. И все оправдания, мол, он только-только вернулся из Германии, где все вроде ходят в общую зону, нисколько не помог. У нас как бы не Германия, с их дикими нравами. Так что вместо женских ласк дамы одарили его по головушке. Некоторые из них, кстати, были магами, так что приложили знатно.

Санчо уже не пытался меня остановить. Понял, что бесполезно. Поэтому сидел сейчас и изо всех сил делал вид, что его эта история никак не касается. Ну, ещё сдерживал бушующий Источник, да.

— То есть он мало того что совершил диверсионную вылазку, так ещё и провалился на ней, — загнул я четвёртый палец, краем глаза наблюдая за реакцией слушателей. А затем и вовсе сбил всех с толку: — Вы помните, как звали этого негодяя, Александр Григорьевич?

— А⁈ — растерялся он. — О ком вы…

Хорошо хоть до него быстро дошло, и Санчо сквозь зубы ответил:

— Гоша, кажется.

— Да-да, точно! — я активно закивал. — Гоша Прошкин. Тот ещё негодник, ух! Напоминает мне одного извращённого призрака.

Последние слова вызвали у Санчо не столько гнев, сколько удивление и любопытство.

— Т-то есть вы не про Александра Григорь… — захлопала глазками Лиза, но тут же осеклась. — Ой, простите! Как я могла так подумать!

— Да, Лиза, как ты могла, — улыбнулся я. — Ну так вот! Когда эти самые дамы приволокли… кхм, Федю в военную часть, там такое началось!..

— Господин Ставров! — рыкнул Санчо. — Я бы на вашем месте не стал делиться похабными подробностями своей биографии в присутствии дамы! И Гоша Прошкин, может быть, вообще против, чтобы вы о нём рассказывали!

Стоит ли говорить, что никакого Прошкина на самом деле не было?

— Ладно, ладно, — я примирительно поднял руки вверх. — Оставим Гошу в покое. Но в общем и целом, мы познакомились с Александром именно тогда, в той самой военной части. А Гоша… — я ухмыльнулся. — Ну, просто так вспомнился. Яркий персонаж, до сих пор вспоминаю иногда.

— У тебя очень хорошая память, Ставров, — фыркнул Санчо. — Только не хватает чувства такта.

Затем он поджал губы, встал, сдержанно кивнул всем присутствующим, чуть подольше задержав взгляд на Лизе, и отправился прочь. А когда двери гостиного зала громко захлопнулись, мне тут же прилетело два вопроса:

— Ну и зачем вы это сделали, господин Ставров? — спросил Никанор.

— Так, а что было-то в военной части? — поинтересовался Ратко. — Ну, когда Гошу приволокли обратно!

— Во-первых, — улыбнулся я Никанору, — не хочу, чтобы наша дружба стала определяющим фактором для его заключения. Пусть он немного на меня позлится, это поможет сделать взвешенное решение. А во-вторых, — взглянул я на Ратко, — за этого засранца пришлось отвечать мне. В той бане была генеральская дочка. И я еле уговорил этого самого генерала не кастрировать бедолагу. В общем, как вы понимаете, служба в той военной части у Гоши была очень «весёлой».

Я сказал это и сам себе улыбнулся. Да, это было действительно весёлое задание, безо всякого сарказма. Меня определили поручиком в элитную войсковую часть, чтобы отобрать кандидатов во вступление в спецотряд. Ну как кандидатов — просто присмотреть перспективных ребят. А там уже с ними потом занимались вербовщики.

Санчо был как раз из числа таких перспективных. И очень сильным! Правда, дар считывать эмоции окружающих этот хитрец использовал исключительно на любовном поприще.

А его выходка как раз сделала невозможным эти самые поприща на ближайшие месяцы, поэтому я за несколько месяцев хорошо поднатаскал тогда паренька. Подтянул ему физуху, боевую подготовку, развитие Источника. И, конечно же, научил пользоваться даром не только во благо своих чресл. Хотя, конечно, он отлично применял полученные навыки именно для них, но уже куда позже.

В общем, мы весело и полезно провели время. А уже через пару лет встретились, собственно, в спецотряде. И когда я рассказывал парням нашу историю знакомства, Санчо тоже весь покраснел как рак и обещался мне отомстить.

Наверное, он тогда даже на меня обиделся. Но только потом, когда другие истории полились рекой, Санчо понял, что в нашем братстве у каждого есть своя постыдная история. Это мы с Макаром придумали, кстати.

Во-первых, если решишь пойти на предательство или ещё какую-то пакость сотворишь — точно знаешь: скоро вся Империя будет знать о том, как ты обломался с прелестной дамой, а потом убегал от её братьев по всему городу. Или же годами пел в душе, а оказалось, что тебя слышит весь подъезд, например, а ты ну вот совсем не оперный певец.

Во-вторых и главных, конечно, это подкрепление клятвы братской дружбы. Шутливое, конечно, но оно всё же сближало нас.

А Санчо… ну, надеюсь, я разозлил его достаточно, чтобы он даже мысли не допускал, что может выдать заключение в мою пользу только потому, что мы друзья.

— М-да, Сергей Викторович… — Никанор взболтнул откуда-то взявшийся у него бокал, с прищуром посмотрел сквозь него и сделал глубокий глоток. — А ведь если он ваш друг, то нам было бы проще. Или я чего-то не понимаю?

— Не понимаете, господин Астафьев, — улыбнулся я. — Так надо. Вот и всё.

Никанор пожал плечами и сделал глоток.

— Так, я не поняла, — нахмурилась Лиза. — Александр Григорьевич всё-таки лазил в эту баню или нет?

Мы с Ратко и Никанором переглянулись, улыбнулись, но всё-таки остались тактичными и сдержали смех.

— А вы догоните его и спросите, — посоветовал я. — Пусть он вам сам всё расскажет.

Елизавета вдруг покраснела ещё сильнее и потупила взгляд. А Санчо ведь своим приходом решил ещё одну мою проблему, кажется. Тяжёлый разговор с этой девушкой отменяется. Ну, я надеюсь.

Это что ж получается — иногда не стоит гнаться за решением проблемы, а они сами собой решаются?

Интересная мысль. Надо на досуге её хорошенько обдумать.

━─━────༺༻────━─━

Мы прождали ещё два часа, пока комитет по вопросу дисквалификации совещался где-то в другой части замка. В какой-то момент начались разговоры обо всём на свете. Особенно разговорчивым оказался Ратко. У меня даже складывались подозрения, что он просто практикует русский язык и вываливает все темы из учебника.

Он сначала много говорил про свой родной город, потом выдал пару баек из студенчества и военной службы, но самое главное оставил напоследок. Ратко рассказал о своём славном предке, в честь которого и названа академия, в которой он теперь работал учителем.

Этот самый славный предок был ближайшим другом тогдашнего сербского короля, и вместе они собрали Сербское Королевство практически по осколкам, дали отпор османам, которым не нравилось усиление дерзких соседей. Затем они поломали зубы французам и немцам, которые пытались подмять под себя маленькое, но гордое королевство.