— Мой много раз «пра» дед славился своей могущественной стихией земли. Поговаривают, если оценивать его по нынешним стандартам, то его ранг даже превышал десятую степень, — с гордостью рассказывал Ратко. — Он обустроил всё королевство такими мощными крепостями, что их не могло взять ни одно войско! Однажды, кстати, он отправился послом в Русское царство и построил один такой замок русскому царю, которого король сербский величал своим братом.
— А русский царь Алексей, кстати говоря, — добавила Лиза, — в ответ отправил сотню лучших витязей на помощь в битве против султана Ахмета, который предпринял последнюю попытку османов посягнуть на независимость Сербии.
— Ох и надавали мы тогда османам! — усмехнулся Ратко, будто сам побывал в той битве. — Укрепления строил мой предок, и натиск вражеских войск захлебнулся. Огромный вклад! Знамя османского визиря до сих пор хранится в моём родовом поместье. А сам король сербский за такую помощь одарил моего предка титулом «Великий».
— А почему же твой предок сам не стал королём? — спросил вдруг Никанор.
— Зачем? — искренне не понимал Ратко. — Мой предок любил строить замки и давать оплеухи врагам Родины. А вот править он не любил.
— Какой разумный человек, — вдумчиво проговорил Никанор.
— Это точно! — кивнул Ратко. — Он очень разумный и очень великий, — затем его настроение вдруг резко померкло. — Эх, если мы вернёмся с позором, как мне смотреть в глаза его портрету?
— Не волнуйся. Ты вернёшься во славе, мой сербский дружище, — похлопал я его по плечу, а затем осклабился: — Но первое место всё равно будет за мной!
Этот вызов поднял настроение Ратко. Он осклабился в ответ:
— Но это мы ещё посмотрим! Сергей, ты хоть и великий учитель, не побоюсь этого слова, но! — хлопнул он себя по груди. — Я тебе не уступлю!
— Эй! — возразила Лиза. — Можете делить второе и третье место сколько угодно. А победителями всё равно будем я и мои девочки!
Мы с Ратко удивлённо уставились на неё, а затем втроём обернулись на Никанора, который откуда-то достал ещё одну бутылку и увлечённо её рассматривал.
— Ч-чаго⁈ — заметил он наши взгляды.
…
…
— Да боритесь хоть за золото, хоть за медь! Меня в эти игры не впутывайте! — заявил господин Астафьев.
И мы дружно рассмеялись. Даже позабыли про то, что за дверьми сейчас решалось наше будущее. И это не для красивого словца, ведь дисквалификация на олимпиаде станет чёрным пятном на карьере любого учителя. А что касается меня, так и вовсе может привести к её концу.
Но знаете… Я уверен в своих действиях. Иначе бы и не совершал их. И даже не стал сканировать весь замок, подслушивать и следить за тем, как проходит процесс комитета. Поэтому, когда двери снова распахнулись, я обернулся вместе со всеми. И удивился не меньше других, когда в зал зашёл именно этот человек.
— Эт… это же… — сглотнул Никанор.
— Чёрная Метка, — тихо прошептала Лиза.
Ратко с недоумением наблюдал за ними, а затем вопросительно глянул на меня.
— Марат Игоревич! — улыбнулся я. — И вы здесь? Ну хоть бы написали!
Я встал с места и направился к самому грозному инспектору Особого отдела. Если он принимал весомый вклад в окончательное решение комитета, то ждать поблажек точно не стоит. Но я всё равно рад его видеть, так или иначе.
Мы остановились друг напротив друга.
— Сергей Викторович, — хмуро кивнул он, принимая рукопожатие. — Я пришёл огласить решение комитета.
— Ой беда… — прошептала Лиза, наблюдая его пасмурное настроение.
— Мы долго совещались, было много споров, — принялся тянуть резину Градов. — И прийти к правильному выводу было крайне непросто.
— ДА ГОВОРИТЕ УЖЕ!!! — неожиданно сам для себя подскочил с места Никанор.
Он быстро осознал, что натворил, но понял, что пути назад нет. И хоть колени предательски задрожали, Астафьев смог унять дрожь и остался стоять на ногах, ожидая ответа.
Марат Игоревич несколько секунд помолчал, глядя на него. А затем хмыкнул и улыбнулся:
— Завтра вас ждёт заключительный этап олимпиады, господа! Поздравляю!
━─━────༺༻────━─━
Санчо я нашёл на крепостной стене. Был здесь один участок, который остался нетронутым практически с момента его постройки, а всё остальное уже давно застроили под реалии ещё вековой давности.
— Всё дуешься? — спросил я, прислонившись к бойнице рядом.
— Ну и какого хера это было, Ставр? — буркнул Санчо, не сводя глаз с горизонта.
— Ты должен был на пару часов забыть, что ты мой друг, Саня.
— Думаешь, я бы и без твоей на хрен не нужной помощи не справился бы⁈ — взорвался он и наконец-то обернулся. — Я там чуть со стыда не сгорел! Ты просто козёл, знаешь это⁈ И шуточки у тебя идиот!..
— Так-так-так! — возразил я. — А вот про шуточки не надо мне тут! Они у меня отличные, сам знаешь. Или забыл, как я подкинул Верблюду ту погремушку?
Санчо замер на месте, но продолжал буравить меня гневным взглядом, не моргая.
А затем вдруг заржал.
— Аха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! — заливался он хохотом.
Гнев быстро сменила радость, лыба растянулась до ушей. Он аж скрутился и опёрся о стену, пытаясь отдышаться.
— Да, блин, это было ржачно! — признал он. — Он три месяца пытался расшифровать «руны», пока не понял, что это каляки какого-то мелкого! Великий Артефактор, блин!
Я тоже улыбнулся воспоминаниям. Гога дулся на меня ещё неделю, как раскрыл подставу. Пришлось задабривать его настоящим артефактом, а не старой игрушкой с барахолки за пять рублей.
Не, ну там реально заклинатель её разрисовал! Я даже сам не сразу понял, что это просто беспорядочные рисунки, чесслово!
— Но ты всё равно козёл, — заключил Санчо, когда успокоился.
— Знаю, — пожал я плечами. — А ещё знаю, что несмотря на внешнюю уверенность, тебя капец как сверлит совесть. И ты бы потом ещё полгода просыпался бы в холодном поту и думал: не подтасовал ли ты результаты, чтобы мне помочь.
— И ничего я!.. — хотел было возразить Санчо, но в итоге махнул рукой, потому что я был прав. — Ты хоть понимаешь, что подверг себя риску?
— Ничего подобного, — помотал я головой. — Ты бы справился в любом случае. И в любом случае сделал бы правильный вывод. Мне нечего было бояться.
Саня нахмурился и окинул меня задумчивым взглядом. В это время из главных ворот замка выехала дорогая чёрная машина, которая резко ускорилась, как только пересекла границы поместья.
— Цыпа?
— Угу, — кивнул Санчо. — Он меня, кстати, не узнал.
— Так мы тебе замену тогда и искали, — улыбнулся я. — Но всё равно это хорошо.
— Его отстранили от должности распорядителя.
— А это так и вовсе отлично! — обрадовался я.
А уже на это ухмыльнулся Санчо. И глянул на меня так, словно его месть за мою выходку он решил подавать горячей, с пылу с жару. И более того — уже подал.
— Что такое? — насторожился я.
— Новый распорядитель — Градов.
— Хм, мне он не сказал.
— Я попросил, — усмехнулся Санчо. — Хотел донести лично.
— М-да, это будет непросто, — почесал я затылок. — Но Марат Игоревич нормальный мужик.
— Ага, — снова кивнул Санчо. — И суровый. С ним твои фокусы не сработают.
— Это мы ещё посмотрим! — воскликнул я.
Затем обернулся, потому что кое-что заметил. Блин, опять⁈
— Ладно, Санчо, рад был повидаться, — похлопал я друга по плечу. — Но сейчас надо бежать.
— Иди давай, — улыбнулся он в ответ. — Ещё свидимся.
Мы обнялись, пожали руки, и я прыгнул в сторону окна с противоположной стороны замка. Эти мелкие пакостники ничему не учатся…
Они снова в женском крыле!
Глава 21
«Парни, а вы уверены? Чёт я очкую».
«Да не ссы, Артур! Всё будет чики-пуки, отвечаю!»
«Знаешь, Сань, из твоих уст это звучит не слишком-то убедительно».
«Эй! Это в каком это смысле, не понял⁈»
«А я вообще не понимаю, что здесь делаю…»
