— Элис… — услышала я голос принца, звучавший так нежно, что в груди сразу же поднялась дрожь.
«Нежный?» — подумала я, пытаясь понять, откуда в его тоне столько ласки.
Принц медленно подошёл к кровати и, будто опасаясь нарушить хрупкое равновесие, осторожно сел на край. Его рука дрогнула, прежде чем он накрыл своей рукой мою.
— Что здесь произошло? — спросил он, голос его был полон мягкой заботы.
«Я рада видеть тебя в добром здравии», —Прошептала, с горечью понимая, что мои слова до него не дойдут.
— Не помню… — отозвалась Королева, хватаясь за голову. — Ничего не помню, кто-то напал на меня, ваше Высочество!
Королева приняла позу, в которой каждый её вздох казался преднамеренно плачевным; она деланно расплакалась, будто пытаясь вызвать у него жалость.
— Кто это мог быть? — Алан нахмурился, внимательно рассматривая ее. — Королева могла быть замешана в этом?
Королева всхлипнула, прикрывая лицо руками.
— Я… я не знаю. Все произошло так быстро. Я прошла в свои покои… и вдруг кто-то схватил меня.
Алан поднялся и начал расхаживать по комнате, обдумывая ее слова.
— Целитель осмотрел тебя, и обнаружил … цилиус. Снова. Я подозреваю, что дело в твоей ментальной магии.
— О чем вы говорите? — прошептала она дрожащим голосом. — Как это связано с моей магией?
Я чувствовала, как гнев захлестывает королеву. Он вырвался наружу от осознания, что принц знает о моей тайне, о моей магии. По всей видимости, такого поворота событий она не предусматривала и это шло вразрез с её планами.
— Цилиус, — начал принц, вновь обхватываямоюруку, — весьма коварный яд. Это оружие, воздействующее на разум, на самые его сокровенные уголки, искажая мысли и подчиняя волю. Но в твоем случае, он действует иначе, намного изощреннее. Он направлен прямиком на потоки твоей ментальной энергии, скручивая их, разрушая. Уверен, тот, кто стоит за этим, пытается нейтрализовать твою уникальную связь с этой энергией.
— Но кому могла понадобиться моя магия? — непонимающе спросила королева, стараясь сохранить видимость невинности.
— Тебе необходимо отдохнуть. Поговорим позже, учитывая что тем для обсуждения у нас достаточно, — сказал Алан, взглянув на свой символ, украшающий ладонь.
«Интересно, был ли он зол, когда обнаружил его у себя?» —невольно пронеслось в голове.
Едва за принцем закрылась дверь, и тяжелые шаги стражи затихли в коридоре, королева, сбросив с себя маску беспомощности, пружиной вскочила с кровати. Больше не было ни нарочитой слабости, ни лицемерных слез. В ее взгляде горел острый, расчетливый огонь. Она нервно расхаживала по комнате, судорожно взвешивая все "за" и "против", просчитывая последствия и дальнейшие шаги. Каждый ее жест, каждый поворот головы выдавал напряженную работу мысли.
— Он знает, всё знает, — прошипела она сквозь зубы, касаясь кончиками пальцев побледневших губ. — Что ж… Пора. Пора избавиться и от тебя, как избавляются от сорняка, что пустил корни слишком глубоко. Настало время, да, именно сейчас, убрать все, абсолютно все препятствия с моего идеально выверенного пути! Никто не должен мне помешать!
Если бездействовать, погрузиться в трусливое ожидание, пока она крадётся к своей цели, то гибели не избежать. Она не остановится ни перед чем, пока не разрушит всё, что дорого и ценно мне. Я не могу позволить этому случиться…
— Мерзкая, ничтожная девчонка! Куда же ты спрятала мою драгоценную книгу?! — Металась тем временем королева, раскидывая вокруг себя всё, что попадалось под руку.
«Книга... Я совсем забыла про неё, мысли мои тогда были целиком с Аланом. Видимо, без своей книжонки мало на что способна», — ухмыльнулась я.
Найденные вещи в тайнике у королевы, я спрятала надежно, намереваясь преподнести их принцу, как доказательство её причастности к темным ритуалам. Но обнаружила я их слишком поздно …
Королева, обуреваемая клокочущей яростью, застыла у огромного зеркала. В ее расширенных от гнева глазах плясали злые искры, а лицо, обычно надменное и величественное, сейчас исказилось в гримасе яростной злобы. Она впилась взглядом в свое отражение, надеясь найти там ответы на вопросы, терзающие ее душу, или, возможно, желая выместить гнев на той, чей лик так бесстрастно смотрел в ответ из холодной глубины стекла.
— Пора покончить с этим раз и навсегда!
Медленно, но уверенно, она направилась к двери, готовая к последней битве. Битве, в которой победитель заберет все.
Дверь распахнулась с тихим щелчком, и королева скользнула в коридор. Она шла уверенно, почти танцующей походкой, словно весь этот мир уже принадлежал ей одной.
"Покончить с этим… раз и навсегда," — эхом отдавались ее слова в пустых коридорах. Цель была ясна, путь определен, а колебаниям больше не было места. Она шла к источнику беспокойства, к тому, что отравляло ее существование, к той, чье присутствие в этом теле ощущалось словно заноза в боку, причиняющая постоянную, ноющую боль.
Между тем, я, запертая в сознании, чувствовала надвигающуюся опасность, как ощущает затравленная дичь приближение охотника. Мои силы слабели, контроль ускользал, а осознание надвигающегося конца давило свинцовой тяжестью. Я отчаянно пыталась собраться, найти хоть какую-то лазейку, шанс на спасение, но мрак сгущался вокруг, словно непроницаемая стена.
"Нельзя сдаваться," — шептала я, обращаясь к самой себе. "Нельзя позволить ей победить. Слишком много поставлено на карту."
Королева, словно тень, проскользнула в королевскую часть дворца. Достигнув цели, она без малейшего труда проникла в сознания стражников, стоявших на посту. Их разум, подобно податливому воску, мгновенно подчинился ее воле. Словно марионетки, повинующиеся невидимому кукловоду, они расступились один за другим, открывая ей беспрепятственный проход. Войдя в свои личные покои, она замерла перед огромным, мощеным зеркалом, занимавшим почти целую стену. Глубоко вздохнув, она подняла руки к высокому, потолку, и тихим, но отчетливым голосом произнесла неведомые мне слова, от которых по коже пробежали мурашки. В покоях ощутимо похолодало, а воздух наэлектризовался, предвещая нечто невообразимое.
В тот же миг, словно откликаясь на ее слова, зеркало замерцало, будто внутри него плескалось невидимое пламя. Его поверхность исказилась, а отражение королевы начало расплываться. Затем, словно прорвавшись сквозь невидимую преграду, из зеркала вырвался сноп темной энергии, окутавший королеву с головы до ног.
«Не делай этого!» —Яростно крикнула я, понимая что она позволяет тьме поглотить себя целиком.
— Скоро все закончится, – услышала я голос, звучавший теперь с чудовищной уверенностью. — Скоро я избавлюсь от тебя… навсегда!
Я почувствовала, как ее сила нарастает, как она становится все более могущественной, словно вбирает в себя энергию самого зеркала. Эта энергия была чужой, зловещей, и от нее веяло неживым холодом.
Мои попытки сопротивления оказались тщетными. Словно песчинки, брошенные в бушующий океан, они растворялись без следа. Мой разум, некогда твердый и целенаправленный, теперь был сломан и раздроблен, позволяя темной энергии беспрепятственно проникать в самые потаенные уголки.
Я попыталась кричать, но мой голос застрял в горле. Я чувствовала, как ужас парализует меня, лишая всякой возможности на сопротивление. Я знала, что это конец, что моей надежде на спасение пришел окончательный и бесповоротный крах.
Зеркало покрылось сетью зловещих трещин, предвещая неминуемое разрушение. А следом в покоях эхом разнесся жуткий, леденящий кровь смех королевы, полный торжества и предвкушения.
— Скоро ты перестанешь существовать, — прошипела она, и в ее глазах плясали отблески безумия. — Но перед тем, как окончательно кануть в небытие… я дарую тебе незабываемое зрелище. Ты будешь наблюдать агонию принца, твоего возлюбленного, и захлебываться в отчаянии, пока сама не рассыплешься в прах.
