Альфа. Порочный плен (СИ) - Горская Ника

Мне тут точно больше нечего делать.

Территорию стаи покидаю через лес, что само по себе небезопасно, но другого выбора у меня нет. Я не знаю, как бы отреагировала охрана, если бы я попыталась уйти через основной выезд. И проверять их реакции, желания как-то не возникло.

Путь через лес неблизкий. До ближайшей дороги иду больше двух часов.

Пройдя по обочине ещё несколько минут, замечаю заправку. Направляюсь туда. В туалете умываюсь и более-менее привожу себя в порядок. Потом иду на кассу, покупаю себе капучино и хот-дог.

Присаживаюсь за самый дальний от входа столик и с удовольствием принимаюсь за нехитрый ужин. Хотя если судить по времени, то уже скорее завтрак.

Запив последний кусочек булки остатками кофе, берусь за чек. Рассмотрев адрес заправки, вызываю такси.

С учётом времени, а сейчас ровно пять утра, жду совсем недолго.

Забравшись в салон, диктую нужный адрес и откинувшись на спинку кресла, закрываю глаза.

Ехать нам примерно около двух часов, может чуть больше, и я решаю по возможности вздремнуть. Испытанный накануне стресс и ночная прогулка по лесу настолько меня вымотали, что я проваливаюсь в сон почти мгновенно.

Просыпаюсь только когда меня будит водитель.

Расплачиваюсь за поездку и шагаю к знакомым воротам.

Время ранее. Явно не для визитов, но у меня уважительная причина.

Жму кнопку пропускного датчика и жду, когда мне ответят.

Утренняя прохлада ползёт по телу вызывая дрожь.

Переминаюсь с ноги на ногу, понимая, что ожидание затягивается.

-- Слушаю. – наконец-то раздаётся в динамике женский голос.

-- Здравствуйте. Это Полина Соболева. Я с визитом к брату, Ярославу Соболеву. – говорю и задерживаю дыхание, очень надеясь, что мне не откажут.

Выдыхаю, когда слышу характерный щелчок и ворота приоткрываются.

По аллее иду в сторону центрального входа. Потом долго жду в холле, когда ко мне выйдут.

-- Доброе утро, Полина. – здоровается со мной Анастасия Игоревна - классный руководитель Ярика.

-- Здравствуйте. Я к брату. – поднимаясь со стула, уточняю я, хоть в этом и нет никакой необходимости.

-- У нас к вам будет серьёзный разговор. – недовольно выдаёт она. – Пройдёмте в кабинет директора.

Иду за ней по длинному коридору уже приблизительно понимая о чём пойдёт речь.

Когда заходим в просторный кабинет, мгновенно ощущаю на себе суровый взгляд директрисы гимназии.

-- Здравствуйте. – говорю, растягивая губы в искусственной улыбке.

-- Присядьте, Полина.

Ох, не нравится мне всё это.

-- Я приехала, чтобы забрать брата. Мы с ним уезжаем в другой город. – сразу озвучиваю цель своего визита, присаживаясь на указанный стул.

-- Понимаете, Полина, к сожалению, последний месяц нам не удавалось с вами связаться. А ситуация, с которой столкнулось наше всеми уважаемое учебное заведение, недопустима. – явно нервничая, женщина поправляет на переносице круглые очки, а я будто абстрагируясь от реальности, думаю о том, что они ей совсем не идут. – Сначала отсюда совершенно наглым образом мальчика забирают неизвестные люди, игнорируя официальный процесс и заполнение всех необходимых документов. Потом его столь же неожиданно возвращают. При этом Ярослав находился в крайне подавленном состоянии.

Она замолкает, а я пытаюсь обуздать внутренний апокалипсис от её последних слов и уже заранее зная, что она скажет дальше.

-- Мы не могли игнорировать столь серьёзные нарушения, но в первую очередь конечно вызывало беспокойство состояние Ярика. Жизнерадостный мальчик заметно сник. Отказывался принимать активное участие в жизни гимназии, хотя раньше, как вы знаете, он был лидером своего класса.

Она замолкает, бросая на меня осуждающий взгляд.

Явно думает, что во всём что случилось с братом виновата исключительно я. Внутреннее сопротивляюсь этому, но доля истины в этом всё же есть.

-- Где мой брат? – спрашиваю, поднимаясь с места.

Но отвечает мне не директриса, а Анастасия Игоревна.

-- Полина, мы были вынуждены вызвать полицию. – директриса в этот момент вскидывает голову, всем своим видом демонстрируя превосходство.

-- Я спрашиваю, где мой брат? – повысив голос, повторяю вопрос, чувствуя, как закипаю.

-- Пока идёт расследование обстоятельств похищения, - продолжает говорить классная руководительница, - уж извините, но мы не можем назвать это как-то иначе, Ярослав будет находиться в детском доме.

Сука!

-- Думаю вы и сами понимаете, что мы не могли поступить иначе. – снова вклинивается в разговор директриса.

-- Нет, не понимаю. – выхожу из себя. – Вы так беспокоились о маленьком мальчике, что отправили его неизвестно куда? В абсолютно чужую для него обстановку? Избавьте меня от вашего лицемерия! Дело тут явно не в заботе о ребёнке!

Сжимаю кулаки, чтобы не сорваться на крик. Каждое слово этих двуличных тварей – как удар ножом.

-- Что-то вы не спешили вызывать полицию, когда, как вы утверждаете, моего брата отсюда похитили. – как же я сейчас злюсь. – И я даже знаю почему. Потому что вы продажные сволочи! Получили свои тридцать серебряников и вычеркнули из своей короткой памяти Ярослава Соболева.

-- Немедленно покиньте территорию гимназии или я вызову полицию! – теряет хладнокровие директриса.

-- Я требую, чтобы мне сейчас же сообщили, в какой именно детский дом его отправили. – мой голос, несмотря на внутренний гнев, звучит ровно и холодно. Всем своим видом показываю, что не дам собой манипулировать. – Или я напишу жалобу в прокуратуру, указав что вы берёте взятки.

Классная руководительница пытается успокоить меня, положив руку на плечо. Отдергиваю её с отвращением.

-- Я жду!

В глазах директрисы читается злость и раздражение, а по лицу расползаются красные пятна. Она явно не ожидала такого отпора и в следующее мгновение сдаётся.

Написав на клочке бумаги адрес, протягивает его мне, не сказав при этом ни слова.

Я так же молча забираю бумажку и покидаю кабинет, не забыв напоследок со всей злостью шарахнуть дверью.

Это просто немыслимо!

Я, наивная дура, начала думать, что чёрная полоса в моей жизни пошла на спад.

Но хрен тебе, Полина!

Сжимая челюсти, марширую на выход из гимназии.

Уже находясь за воротами, снова вызываю такси и еду по написанному директрисой адресу.

Стоит мне шагнуть на территорию детского дома, как я словно в ад попадаю...

Сколько бы я не упрашивала, мне не позволяют увидеться с братом.

И начинается бесконечная канитель. Я разрываюсь между отделением полиции, где заполняю кучу бумаг и, собственно, детским домом.

Череда выдвинутых ко мне требований, как к единственному опекуну Ярослава, грозится стать бесконечной.

Сначала меня просят предъявить целую кипу разрешительных документов. На получение которых уходит уйма времени и денег.

Позже, когда я думаю, что этого хватит хотя бы для короткой встречи с братом, я снова получаю отказ. И новый запрос документов.

Вечером я понимаю, что за один день справится с бюрократической подножкой я не смогу, поэтому снимаю номер в захудалой гостинице и заваливаюсь спать.

Проснувшись рано утром, привожу себя в порядок и просмотрев, врученный накануне, ещё один список требований, пытаюсь продуктивно спланировать свой день.

Но в какой-то момент замираю, не веря в то, что сейчас ощущаю.

Шок.

Именно его я испытываю в эту минуту.

И ещё неверие.

Почему это случилось именно сейчас?

Закрываю лицо руками, признавая, что в это самое мгновение, по неизвестной причине, мой магический обман рассеян.

Он всё знает…

Чувствую, как долгое время дремавшая во мне кровь барса начинает бурлить, пульсировать, кипеть…

Моя вторая, пусть и слабая, ипостась всем своим существом стремится к нему…

К своей паре.

Истинной паре.

К Демиду…

Кое-как справившись с собой, покидаю гостиницу и прилагая неимоверные усилия, пытаюсь не думать об Астахове и о том, что он со мной сделает если мы встретимся.