Из золота в свинец 2 (СИ) - Капелькин Михаил

— Да я чего? Я же как лучше хотел… — принялся оправдываться он. — Просто если не мы его, так другие…

— Но это будет не на моей совести. А если увижу где-то в продаже его шкуру, доберусь до тех, кто ее снял. И сделаю с ними то же самое. Некоторые вещи надо оставлять как есть, а не пытаться выжать из них максимум прибыли.

— Ладно… А теперь-то куда?

Вопрос Григория повис в воздухе, потому что на границе леса вновь появился бледно-зеленый мраморный силуэт с блестящими рогами. На этот раз он уверенно стоял на всех четырех ногах. Лось будто приглашающе махнул рогами и царственно спустился за гребень, затем появился на следующем и выжидающе уставился на нас.

— Туда, — скомандовал Григорию, вытер руки и одежду, залитую каплями крови, пучком травы и поднял несессер.

Боль почти ушла. Синяк будет, но не больше, чем обычно. Ничего серьезного лось своим ударом мне не повредил.

Мы последовали за бледной тенью, которая то и дело исчезала за деревьями. Лось радостно скакал, наслаждаясь отсутствием боли в копыте. Вскоре он привел нас к очередной балке и тут же исчез за деревьями, явно посчитав долг оплаченным. А я на дне складки местности увидел то место, где лось нашел этот каменный сук.

Внизу лес расступался, образуя прогалину. Ее дно усеяли различные растения причудливого вида. Словно шрам легкого безумия на безупречно нормальной коже. Настолько необычно выглядело это место.

По склонам спускался плющ с зелеными, будто покрытыми пылью листьями. На дне росли цветы с серебристыми стеблями и бутонами, словно высеченными искусным скульптором прямо из камня. Большие лепестки казались тонкими и воздушными, но мозг упорно твердил, что они тверды как скала. Пятнами лишая рос мелкий кустарник. Вот его-то короткие ветки и напоминали каменные сучья. Видимо, лось напоролся на такую ветку, и она окаменела, оторвавшись от куста. Росли и другие цветы — каплями голубой и красной красок. Некоторые из них покрывала шелковая паутина, а в ней сновали мелкие белые жучки. Наверняка и под землей тоже что-то находилось.

Это все мы увидели, спустившись с Григорием вниз.

«Случаем, не чуешь магию, Морвина?» — спросил я атманит.

«Нет. Но она была здесь не так давно», — был мне мысленный ответ из нагрудного кармана.

Зрением алхимика я осмотрелся, но тоже не нашел ничего магического, кроме самих растений, выросших там, где когда-то проходила Нить. Только этим можно было объяснить такое разнообразие. В пещере гриборога когда-то тоже проходила Нить, но тогда я еще не мог этого проверить. Сейчас бы смог. И сказал бы то же самое: Нить была здесь не так давно.

Интересно, а Морвина знала, как устроена магия ее мира? Да и вообще всех миров, судя по всему. Ладно, сейчас не время это спрашивать.

— Григорий, будешь собирать только то, что я скажу, и так, как я скажу, если не хочешь остаться здесь каменной статуей, — сказал водителю, который уже собирался вдохнуть пыльцу из каменного бутона.

Хотя, честно говоря, как алхимик, я бы хотел посмотреть на эффект вдыхания этой пыльцы. Но вот водить пока еще не умел, чтобы самостоятельно выбраться отсюда. Это и спасло Григория от становления подопытным кроликом.

— Ка-ка-каменной статуей? — сразу начал заикаться он.

— Ага. И вон тех пауков остерегайся. Один укус, и твоя конечность станет каменной на несколько часов.

Может быть. А может, и нет. Этого я не знал, но решил держать Григория в тонусе на всякий случай.

— Па-па-пауков⁈ — чуть не взвыл водитель, переходя на ультразвук.

А я засмеялся и приступил к сбору ингредиентов. Оставалась надежда, что растения сумели сохранить немного магии в себе.

В город вернулись к шести вечера. Еще в лесу поделили собранные растения и насекомых, определили, что на продажу, а что лично мне. Большинство компонентов Исаев знал, другие еще предстояло идентифицировать и описать. Но этим я займусь уже завтра, а сегодня нужно успеть на тренировку. Последний день, когда действовало усиливающее зелье.

Перед тем как идти, все разобрал и прибрал, перекусил и проведал котенка с Романом. Этих двоих нашел на последней этаже, в нашем новом жилище. Роман занимался ремонтом, а котенок… ну, он, наверно, помогал. Играл с кисточками, комками мокрых от клея обоев и каким-то мусором.

Роман времени зря не терял: переклеил все обои и перетащил кое-что из мебели. Большая часть в квартире принадлежала ее хозяевам. А сюда нужно будет еще докупить разного. Но это уже после того, как закончим основной ремонт. Впрочем, усилиями друга этот момент не за горами.

К семи часам подошел к дверям «Пушинки», но не успел схватить ручку, как наружу вышел сам Тренер.

— Исаев? Ты пропустил тренировку вчера, — без приветствия начал он меня отчитывать. — Решил наверстать?

— Так было нужно, Тренер. И да, решил наверстать, — спокойно, без тени раскаяния ответил ему.

— Ясно, — поправил Тренер очки пальцем, прожег меня испытующим взглядом. Я его выдержал. — Сегодня тренировки нет.

Сказал он это так, будто было какое-то «но»… Как оказалось, это «но» — с черной косой и хриплым голосом.

Тренер глянул на часы, нахмурился и потер бороду. Наконец, изрек:

— На полчаса уже опаздывает… Ладно, Исаев, пошли со мной. Побудешь сегодня Лизой.

Нехорошее предчувствие шевельнулось у меня в груди.

— Тренер… А что значит «побудешь Лизой»?

— Не то, что ты подумал, Исаев… — разочарованно покачал головой Тренер. — Это значит, что ты сегодня — груша для битья.

Глава 22

В помещении гудел мощный вентилятор где-то наверху. Неяркий свет, лившийся через провал большого вентиляционного окна, мигал, когда широкие лопасти лениво пересекали его поток.

Темнота скрывала нескольких собравшихся здесь людей. В центре круга света от яркой лампочки наверху сидел прикованный к креслу человек. Белую майку заливала кровь, а на теле не осталось живого места.

— Больше он ничего не скажет, — сказал в темноту бугай со сбитыми кулаками. На одном из них блеснул кастет. Громила был лысый, а кожа на его загривке бугрилась от жира. — По крайней мере, сегодня.

— Спасибо, Олег, думаю, с него достаточно, — прозвучал голос, похожий на грохот камнепада, — грубый и твердый. — Проводи его до причала сегодня же ночью. И смотри, чтобы за тобой не было хвоста.

— Да, господин, — низко поклонился бугай.

— А это гуманно? — спросили другим голосом из темноты, вкрадчивым и будто робким.

Но таким он лишь казался. Голос обращался к первому, но Олег все же замер, ожидая окончания небольшого спора.

— Он убил одного из наших, Давид. А Торговая гильдия всегда платит свои долги. Это вопрос решенный.

— Как скажешь, Авдей.

Олег отвязал бесчувственное тело наемного убийцы, закинул на плечо и вышел из помещения. Все в этой комнате знали, что значит «проводить до причала». Сначала Олег сядет в лодку вместе с телом, затем выедет на такое место, где течения двух рек порождают самые безумные водовороты, и скинет смертника в воду. Где и когда он всплывет — неизвестно. Возможно, его тело зацепится за корягу и провисит там достаточно долго, чтобы речные рыбы обглодали лицо мужчины до неузнаваемости.

Остальные, кто оставался в комнате, вышли через другую дверь в небольшую каморку начальника портовых складов. Это были несколько мужчин и пара женщин — все они возглавляли Совет Торговой гильдии Нижнего Новгорода. И хоть каждый из них был одет богато и выглядел великолепно, благодаря действию омолаживающих процедур и артефактов, все же они были выходцами из старых купеческих семей и не принадлежали к знати.

Крупный мужчина, Авдей, с густыми темными волосами, что опускались на щеки кустистыми бакенбардами, сел на скрипнувший диван. Остальные разместились кто куда.

— Итак, — взял Авдей слово, — теперь мы точно знаем, кто виноват в гибели нашего согильдийца. Граф Бурановский.

— А я говорила Мещинскому, чтобы не связывался с дворянами… — разочарованно вздохнула миловидная блондинка в красивом платье из настоящего китайского шелка — красного, с узором в виде бескрылых драконов. — Они нас за людей не считают со своими Реликтами.