Нарушенная магия (ЛП) - Холмберг Д. К.

Семье не нужно было повторять дважды. Отец взял на руки младшего ребенка, а мать повела остальных в заднюю часть дома. Пока они убегали, я пытался сдержать то, что впитал.

Что-то внутри меня менялось, не опустошалось, а наполнялось чем-то другим. Чем-то холодным, чуждым и голодным.

Я пытался стабилизировать свое состояние, используя мамины техники для переработки поглощенной энергии. Сосредоточение. Направление. Цель. Искажения реальности постепенно исчезали, предметы возвращались на свои места.

К тому времени, как Элисон ворвалась в комнату с оружием наперевес, я почти восстановил контроль над ситуацией.

— Кэл! — ее глаза расширились, когда она увидела, что происходит. — Что случилось?

— Уничтожил сущности, — сказал я, и ложь полилась из меня сама собой. — Семья выбралась через заднюю дверь. Возможно, я еще и сломал их журнальный столик, но, думаю, это входит в гарантию по спасению ваших жизней.

Она слегка прищурилась, вглядываясь в мое лицо.

— Ты выглядишь по-другому.

— Просто устал, — сказал я, выпрямляясь. — Борьба с теневыми монстрами, это не то, что я обычно делаю на кардиотренировках.

Когда мы вышли на улицу, по рации затрещали сообщения о срочных происшествиях по всему городу.

— В университете много жертв среди гражданского населения, — голос агента Смита был напряженным от волнения. — Теневые сущности нападают на студентов с магическим потенциалом.

— Подтверждено проникновение в музей, — сообщил другой агент. — Коллекция Хоторна пропала. Повторяю, все артефакты из коллекции Хоторна похищены.

Мы вернулись к внедорожнику, но не успела Элисон завести мотор, как по рации раздался голос Мерсер.

— О’Коннор, Дрекслер, немедленно отправляйтесь в Хиллкрест-парк. У нас всплеск активности Цветения, затронувший нескольких гражданских. На месте работает местная полиция, но они не могут сдержать распространение.

Элисон посмотрела на меня.

— Ты готов?

Я кивнул, хотя на периферии моего сознания все еще ощущались чужие мысли.

— Поехали.

Дорога до Хиллкрест-парка пролегла через центр города, где хаос был еще более ощутимым. Окна в офисах были выбиты, осколки стекла разлетелись по улицам. Люди бежали во все стороны, за некоторыми гнались теневые сущности, другие светились от неконтролируемой энергии Благого Двора.

— Весь город рушится, — пробормотал я. — Весь город рушится.

Центральная лужайка преобразилась: цветы распустились не по сезону, трава росла с видимой скоростью, деревья гнулись и раскачивались, несмотря на отсутствие ветра.

В центре всего этого действа застыла группа из двадцати человек, от каждого из которых исходили импульсы зеленовато-золотистого света. Выражения их лиц варьировались от экстаза до ужаса, пока сила бурлила в них, не находя выхода.

— Улучшение с помощью Камня Цветения пошло не по плану, — сказала Элисон, доставая табельное оружие. — Должно быть, у всех этих людей были при себе Камни, когда что-то спровоцировало массовую активацию.

Когда мы подошли ближе, я заметил характерные кристаллы, которые многие сжимали в руках или носили на цепочках на шее. Все они пульсировали тем же зеленовато-золотистым светом, что и сами люди.

Одна женщина взмыла в воздух на несколько футов, ее тело напряглось, а глаза расширились от ужаса. Рядом с пиджаком бизнесмена, который был на нем, выросли настоящие листья, а ткань превратилась в живой материал, который ползал по его коже.

— Это не просто улучшение, — сказал я, изучая энергетические потоки. — Это полноценное вторжение Благого Двора, использующего этих людей в качестве проводников.

Молодая женщина, стоявшая на краю группы, заметила нас и протянула дрожащую руку.

— Помогите, — выдохнула она, и вместе со словом изо рта у нее вырвался зеленовато-золотистый свет. — Я не могу это контролировать.

Я осторожно подошел к ней, стараясь не задеть бурлящую в ней дикую энергию.

— Как тебя зовут?

— Сара, — с трудом выдавила она. — Купила кристалл... вчера. От тревожности. Он... помогал, пока... — Она содрогнулась, когда новая волна энергии прокатилась по ее телу, приподняв ее на дюйм над землей.

— Сара, я помогу тебе, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно и уверенно. — Но мне нужно, чтобы ты сосредоточилась на моем голосе. Ты можешь это сделать?

Она лихорадочно кивнула, по ее лицу текли слезы, слезы, которые светились тем же жутким светом.

Я медленно протянул руку и взял ее за ладонь. Благая энергия тут же распознала во мне нечто иное, не человека и не фейри, а нечто, способное использовать обе силы. Она устремилась ко мне в поисках более подходящего сосуда.

Я приоткрылся ровно настолько, чтобы забрать излишки энергии, стараясь не брать слишком много, учитывая влияние Неблагого Двора, которое уже проникло в меня. Если позволить этим двум противоборствующим энергиям взаимодействовать напрямую, это может привести к опасным последствиям.

Сара ахнула, когда давление ослабло. Свечение вокруг нее уменьшилось до приемлемого уровня, и она снова опустилась на твердую землю.

— Что ты сделал? — прошептала она.

— Уравновесил поток энергии, — объяснил я, и это была не совсем ложь. — Кристалл давал тебе больше силы, чем могло выдержать твое тело.

Вокруг нас другие люди с усиленными способностями продолжали бороться. Некоторые начали трансформироваться еще сильнее: кожа становилась похожей на кору, волосы превращались в цветущие лианы, глаза меняли цвет на нечеловеческий.

— Кэл, — позвала Элисон, ее голос звучал напряженно. — Нам нужно остановить это, пока кто-нибудь не изменился навсегда.

Я обошел всех, повторяя процедуру с каждым пострадавшим. В каждом из них я поглощал тщательно контролируемое количество Благой энергии, стабилизируя их состояние, но не раскрывая всех своих способностей.

Но с каждым поглощением конфликт внутри меня разгорался все сильнее. Холодные мысли Неблагого Двора вступали в противоречие с теплыми импульсами Благого Двора. Защити лес. Позаботься о его росте. Привнеси красоту через трансформацию.

Эти новые мысли противостояли влиянию Неблагого Двора, разжигая войну в моей голове. Две противоборствующие силы, которым не суждено было сосуществовать в одном теле, вступили в схватку.

К тому времени, как я добрался до последнего пострадавшего мирного жителя, мне с трудом удавалось сохранять самообладание. Реальность вокруг меня мерцала, и при каждом движении предметы оставляли за собой короткие остаточные изображения. Моя кожа была натянута до предела, как будто что-то внутри пыталось изменить меня изнутри.

— Кэл, — голос Элисон доносился словно издалека. — Кэл, посмотри на меня.

Я обернулся и увидел, что она с тревогой смотрит на меня, а ее серебряный браслет сияет непривычным светом.

— С тобой что-то не так, — тихо сказала она, стараясь, чтобы ее не услышали другие агенты, которые уже прибывали на место.

Я моргнул, пытаясь сосредоточиться.

— Я в порядке. Просто устал от всего этого... разрушения.

Ее браслет засиял еще ярче, когда она подошла ближе. Казалось, серебристый свет реагирует на что-то во мне.

— С тобой не все в порядке. Ты стал другим. То холоднее, то... что-то еще. Что с тобой происходит?

Не успел я придумать ответ, который не выдал бы слишком много, как в рации раздался голос Мерсер, более взволнованный, чем когда-либо.

— Всем полевым подразделениям срочно вернуться в штаб, — скомандовала она. — Повторяю, всем подразделениям немедленно вернуться на базу.

— А как же защита гражданского населения? — спросила Элисон в рацию.

— Местные правоохранительные органы будут охранять периметр, — ответила Мерсер. — Это вопрос первостепенной важности.

Мы обеспокоенно переглянулись. Если Мерсер отзывает все подразделения в разгар кризиса, значит, случилось что-то ещё хуже.

Глава 22