Нарушенная магия (ЛП) - Холмберг Д. К.

— Черт возьми, — пробормотал я. — Сейчас они еще скажут, что вода мокрая.

Элисон бросила на меня взгляд.

— Это беспрецедентно, Кэл. На протяжении веков Дворы соблюдали протоколы разделения, они никогда не вступали в прямое противостояние друг с другом в нашем мире.

— Что ж, теперь они вступили в противостояние, — сказал я, указывая на карту, где в центре города сгруппировались красные и золотые индикаторы. — И мирные жители оказались между двух огней.

Рация снова ожила.

— О’Коннор, Дрекслер, сворачивайте на Линден-авеню. Теневые сущности атакуют дом Накамуры. Внутри семья из шести человек.

— Принято, — ответила Элисон, поворачивая руль. Шины внедорожника взвизгнули, когда мы сменили направление.

Пока мы мчались к новому месту, я почувствовал знакомое покалывание в затылке, то самое ощущение, которое возникало всякий раз, когда поблизости была магия Неблагого Двора. Но было и что-то еще, тепло, словно солнечный свет на коже, которое я стал ассоциировать с влиянием Благого Двора.

Оба Двора одновременно вторглись в наш мир. Последствия были ужасающими.

— Ты это чувствуешь, — сказала Элисон, не спрашивая.

Я кивнул.

— Они оба давят на барьеры с такой силой, какой я никогда раньше не ощущал.

— Это не случайность, — сказала она низким напряжённым голосом. — Атаки скоординированы, чтобы перегрузить систему реагирования Агентства. Нас намеренно растягивают на части.

— Но они же нападают друг на друга, — возразил я. — Как это можно назвать координацией?

— Может, они и не координируют свои действия, — ответила Элисон. — Но они оба пользуются одной и той же возможностью.

— И что же это за возможность?

— Хотелось бы мне знать.

— В любом случае мы играем им на руку. Каким-то образом.

— У нас нет выбора, — сказала она с явным раздражением в голосе. — Мы не можем просто позволить гибнуть мирным жителям, потому что считаем, что это отвлекающий манёвр.

Конечно, она была права. В какую бы игру ни играли Дворы, в неё оказались втянуты невинные люди. Мы не могли их бросить.

Мы свернули на Линден-авеню, усаженную деревьями улицу с аккуратными, но ухоженными домами. Даже с расстояния в квартал я видел, в чём проблема: третий дом справа был окутан клубящейся тьмой, щупальца которой просачивались из окон и под двери.

— Дом Накамуры, — подтвердила Элисон, сверяясь с записями. — Отец, практикующий в седьмом поколении, специализируется на защитных чарах. Мать не обладает магическими способностями, но у неё есть скрытые таланты. Четверо детей, магический статус неизвестен.

— Это не объясняет, почему Неблагие напали именно на них, — сказал я, потянувшись к дверной ручке, пока Элисон с визгом тормозила внедорожник. — Кэл, — сказала Элисон, положив руку мне на плечо, прежде чем я успел выйти. — Будь осторожен. Помни о протоколе.

Она не стала этого говорить, но это означало, что нужно придерживаться проверенных методов разрушения. Не давать Смиту и Мерсер повода для подозрений.

— Всегда готов, — солгал я, одарив ее уверенной улыбкой, которой на самом деле не чувствовал.

За пределами машины атмосфера была какой-то не такой, она была пропитана противоборствующими магическими энергиями, от которых у меня волосы встали дыбом. Теневые сущности окутали весь дом коконом тьмы, отрезав его от внешнего мира.

Сквозь клубящийся черный туман я разглядел семью, сбившуюся в кучку в гостиной: двое взрослых и четверо детей, младшему из которых было не больше пяти-шести лет. Отец пытался создать какой-то защитный барьер, но тот не выдерживал натиска теней и сжимался.

Я не раздумывал, а просто бросился вперед.

— Кэл, подожди меня! — крикнула мне вслед Элисон, но я уже мчался по лужайке.

Теневые сущности почувствовали мое приближение. Три из них отделились от дома и потекли ко мне, словно масло по воде. Я ощущал их холодный разум и голод. Не просто жажду жизни, а жажду информации. Они были разведчиками, собирателями, проводниками воли Неблагого Двора.

Я увернулся от первой сущности, позволив ей проскользнуть мимо. Со второй я справился с помощью стандартной техники разрушения, нарушил ее энергетический баланс, чтобы временно вывести ее из строя, не раскрывая своих истинных способностей.

Третья сущность обрушилась на меня сверху, словно завеса тьмы. Я откатился в сторону, почувствовав, как ее холодное прикосновение коснулось моего плеча, а на куртке тут же образовался лед.

Внутри дома барьер, созданный отцом, задрожал и сжался еще сильнее. Мать прижала к груди младшего ребенка, а остальные прижались к ней с обеих сторон. Даже сквозь тьму я видел страх в их глазах.

Время поджимало.

Я добрался до крыльца и обнаружил, что дверь заперта и покрыта черным льдом. Некогда было церемониться. Я направил небольшой заряд преобразованной энергии в плечо и ворвался внутрь, разнеся дверь в щепки.

Внутри было холодно, как в морозилке, от моего дыхания в воздухе образовывались кристаллы, которые тут же таяли. По комнатам витала теневая сила, и ее формы были более осязаемыми, чем когда-либо. Она не просто проявлялась она полностью присутствовала в нашем мире, что было бы невозможно без прямого доступа.

— Мистер Накамура! — крикнул я, пробираясь сквозь ледяной холод. — Служба утилизации "Клевер"! Мы здесь, чтобы помочь!

Семья сбилась в кучку в центре гостиной, окруженная остатками защитного круга. Отец стоял на коленях у его края, прижав руки к невидимой преграде, его лицо исказилось от напряжения.

— Держитесь! — крикнул я, пробираясь к ним.

На меня надвигались еще три теневые сущности, их формы сливались в единое массивное существо, преграждавшее мне путь. Сквозь него я разглядел что-то еще, проблеск сознания, которое не принадлежало самим сущностям. Кто-то наблюдал за ними, управлял их действиями.

Неблагие использовали эти атаки для сбора информации. Каждая тень была продолжением их сознания, узнавала о нашей защите, наших ресурсах, наших ответных действиях.

Но кто это делал?

Не было времени на раздумья.

Единое существо ринулось на меня быстрее, чем я успел среагировать. Оно окутало меня ледяным холодом, тысячи ледяных лезвий прижались к моей коже, пытаясь проникнуть внутрь. Я чувствовал, как оно исследует не только мое тело, но и разум, что-то выискивая.

Инстинкт взял верх. Я перестал бороться за роль Кэла Дрекслера, осторожного консультанта Агентства, и принял себя таким, какой я есть на самом деле.

Я открылся сущности, позволив ее энергии проникнуть в меня. Не разрушая ее, а преобразуя. Поглощая ее сущность, ее предназначение, ее холодный разум.

Сначала тень сопротивлялась, но потом, похоже, растерялась. Она никогда раньше не сталкивалась ни с чем подобным. Ее сопротивление ослабло, когда я впустил в себя еще больше ее энергии, перенаправив ее по каналам в своем теле, которых не должно быть у обычного человека.

По моим венам разлился лед, когда в меня проникло чужое сознание. Вместе с ним пришли обрывки целей и намерений:

Убить детей. Охотиться на магов. Доложить Двору.

Найти Мост. Защитить портал. Таков приказ.

Эти мысли не были моими, но они с холодной властностью давили на мой разум. Я сопротивлялся, сохраняя свое я, даже когда продолжал высасывать энергию сущности.

Реальность вокруг меня задрожала, когда я поглотил больше, чем было безопасно. Мебель в комнате начала смещаться, предметы на мгновение оказывались в нескольких местах одновременно. Законы физики нарушались под тяжестью того, что я делал.

Последним усилием я втянул в себя остатки сущности, не оставив от нее ничего, кроме морозного дыхания в воздухе. Комната внезапно осветилась, и присутствие тени рассеялось.

Я споткнулся и прислонился к стене, чувствуя, как меня захлестывают волны холодной чужой воли. Отец в ужасе смотрел на меня, его барьер все еще держался, но с трудом.

— Уходите, — выдавил я из себя. Мой голос звучал странно даже для меня самого. — Через заднюю дверь. Вас встретит агент О’Коннор. Уходите сейчас же.