— Вы считаете, что он совершил ошибку?
Долгорукий помолчал. За окном столица продолжала жить своей ночной жизнью — потоки огней на проспектах, мерцание голограмм, далёкий гул транспортных развязок. Миллионы людей спали или развлекались, не подозревая, что через несколько дней на востоке страны загремят танковые колонны.
— Я уже ни в чём не уверен, когда речь идёт о Воронове, — признал князь, и эти слова дались ему нелегко. — Он переиграл Громова так чисто, что я начинаю подозревать: может, и провал губернатора был частью его плана. Заманить нас в открытую войну на своей территории, где он знает каждую тропинку…
Смородинов подошёл ближе.
— Тогда, может, стоит действовать осторожнее? Разведка, диверсии, экономическое давление…
— Нет. — Долгорукий покачал головой. — Время для осторожности прошло. Каждый день, пока Воронов контролирует регион, работает на него. Он интегрирует захваченные силы, укрепляет позиции, налаживает связи с теми, кто хочет видеть Совет ослабленным. Если мы дадим ему месяц, то получим вторую гражданскую войну. Нужно бить сейчас, всей мощью, пока он не успел окопаться.
Князь развернулся и направился к столу. Сел в кресло, положил ладони на подлокотники и посмотрел на Смородинова снизу вверх — неожиданный ракурс, который делал его похожим на старого императора с портретов в Тронном зале.
— Есть ещё кое-что, — сказал он. — Личное поручение, которое не должно попасть ни в какие протоколы.
Смородинов шагнул ближе.
— Александр. — Долгорукий произнёс имя Императора без титула, как говорят о младшем родственнике, которого нужно приструнить. — Мальчик решил поиграть в большую политику. Нужно напомнить ему о границах.
— Как именно?
— Мягко. Пока. Через его советников, через старую гвардию при дворе. Дай ему понять, что любая связь с Вороновым будет воспринята как измена. И найди мне доказательства контакта — мне нужно что-то конкретное, чтобы иметь рычаг на случай, если придётся разговаривать с Троном напрямую.
Смородинов кивнул. Список задач разрастался с каждой минутой, но именно для этого он и занимал свой пост. Князь планировал войну на нескольких фронтах одновременно — военном, политическом, придворном. Классическая комбинация в стиле Долгоруких, только масштаб на этот раз был непривычно велик.
— Ещё что-нибудь, ваша светлость?
Долгорукий откинулся в кресле и закрыл глаза. Секунду он выглядел просто уставшим стариком, которому давно пора спать. Потом глаза открылись, и усталость исчезла, сменившись чем-то острым и холодным.
— Найди мне всё о Воронове. Всё, что мы упустили за эти годы. Его слабости, его страхи, людей, которых он любит. Где-то должна быть щель в этой броне, и я хочу знать, куда бить.
— Сделаю.
Долгорукий сидел неподвижно, глядя в темноту за окном. Огни столицы отражались в его глазах мелкими искрами, и лицо казалось вырезанным из старой кости.
— Этот мальчик хотел внимания всей Империи. — Голос князя прозвучал почти задумчиво, словно он разговаривал сам с собой. — Что ж, он его получил. Передай Генштабу — операция начинается через три дня. Пора поставить его на место!
Смородинов кивнул и вышел, бесшумно прикрыв за собой дверь.
Долгорукий остался один в тёмном кабинете. Поднял со стола листок с каллиграфией, посмотрел на тщательно выведенное слово «терпение», после чего медленно и аккуратно порвал его пополам.
Время терпения закончилось.
Следующий том по ссылке: https://author.today/reader/551359/5281689
