А ведь скоро и экселенс поинтересуется тем, как идут дела у профессора Ретцеля, и каких успехов они тут достигли.
Мальтрезе подошел к окну и взглянул на достигнутый успех. Многие годы Орден изучал периметр, которым Энджел Редферн (человек, безусловно, гениальный) окружил провал на Лиганте – и годы эти были потрачены не зря. Хотя им так и не удалось полностью воспроизвести эту сложную многослойную защиту, сейчас башню от остального замка отделяли периметр и купол, которые эксленс и лучшие чародеи разработали на основе системы Редферна. Жаль, что полностью ее повторить так и не удалось.
Однако внутри этого пузыря нечисть уже искажала реальность так, что на эту неестественно текучую картину было тяжело смотреть. На самой вершине, среди парящих в воздухе камней, виднелась белая тонкая фигурка. Как только Бреннон и Редферны ухитрились запихнуть настолько могучую тварь в такое хрупкое тело!
“И ведь он это выдерживал так долго”, – подумал Карло с невольным уважением. Ему не было отпущено столько силы воли, как юному джилаху – он бы сразу сдался...
Проблема, однако, состояла не только в том, что кусок замка захватила нечисть. Еще до того, как они успели завершить периметр, сама тварь нанесла коварный удар и тоже окружила Шинберн неким барьером – и Бог с тем, что теперь нельзя выйти ни в дверь, ни в окно. Порталы тоже перестали открываться, и Карло терялся в догадках насчет того, как нечисти это удалось.
- Как же выйти, – задумчиво пробормотал он, – если все пути отступления перерезаны...
- А все потому, что нехрен хер свой совать куда ни попадя! – рявкнул Ибарра.
Мальтрезе медленно повернулся. Иньиго Ибарра, набычившись, буравил его тяжелым взглядом. Его отношение к начальству сильно переменилось за последние сутки – видимо, от того, что нечисть сожрала его любимого младшего племянника во время захвата башни.
- Вы, я полагаю, знаете, – вкрадчиво начал Карло, – что в нашей организации не принято обсуждать приказы руководства.
- Да уж знаю я, что у нас тут не принято обсуждать, – огрызнулся Ибарра; вокруг поднялся тихий согласный ропот. – Бог меня не простит за то, что я привел сюда своего мальчика!
На его грубой физиономии вдруг отразилось что-то вроде страдания, широкие квадратные плечи поникли, а ропот вокруг стал громче.
- Мы все оказались в сложном положении. Ссоры или бунт никак его не улучшат.
- Ну, черт его знает, – процедил Иньиго. – Может, если взять да бросить тебя за периметр к этой твари, она и отвлечется.
Идея определенно нашла некий отклик в рядах бартолемитов, и Карло отступил к окну.
- Ты-то, – продолжал эсмеранец, – явно нагадил ей намного больше, чем мы все вместе взятые.
- Если вы планируете устроить человеческое жертвоприношение, – холодно сказал Мальтрезе, – то во-первых, для этого в замке есть слуги, а во-вторых, рациональнее провести его с целью открытия портала для изгнания нечисти на ту сторону.
Бартолемиты стали переглядываться и перешептываться.
- Как жаль, – произнес с дорнгернским акцентом доктор Ретцель, – что вы так и не удосужились выяснить у мальчика, что это за нечисть. Это значительно облегчило бы нашу задачу. Вы могли бы больше времени уделять делу и меньше – своим развлечениям.
- Мы можем использовать универсальный ритуал для портала и изгнания.
- А если эта нечисть столь сильна, что воспользуется им, дабы призвать легионы потусторонних тварей?
Карло с досадой смолк. Чертов доктор никак не помогал делу!
- Ну можно ее и отвлечь, – буркнул Ибарра. – Скормить ей кое-кого, уж думаю, она не откажется!
Адепты Ордена снова зашептались, и Карло ощутил, что обстановка складывается не в его пользу; но тут вдруг дозорный, поставленный наблюдать за нечистью, заорал:
- Она выпустила одного!
- Что?! – вздрогнул Ибарра. – Кого?! – и ломанулся к окну, расшвыривая остальных. Мальтрезе поспешил за ним.
В самом деле, над башней показалось длинное щупальце, и оно держало человека, который был жив, судя по тому, как яростно он дергался. Щупальце устремилось вниз, за крепостную стену, и вскоре человек пропал из виду.
- Яго, – прошептал Ибарра, – Яго, Господи, пожалуйста!
Он бросился к лесенке, что вела в башенку-пристройку, выходившую узким окном-бойницей на дорогу, которая петляла между скал, поднимаясь к воротам замка. Карло последовал за ним и пробормотал заклятие приближения. Картинка за окном тут же прыгнула ближе, и у эсмеранца вырвался тяжелый, сдавленный стон: юношей, которого щупальце поставило на дорогу, был Габриэль ван Эймс.
- Ну надо же до чего живучее существо, – удивленно пробормотал Мальтрезе.
- Чертова шлюха! – с ненавистью прорычал Ибарра. – Почему он, почему не Яго!
Габриэль оказался не просто жив, но еще и здоров: едва нечисть опустила его на землю, как парень ринулся прочь от замка, при чем бежал так быстро, что за считанные минуты скрылся из виду. Машинально (потому что привык считать его своей собственностью) Карло подкрутил картинку и увидел за скалами берег моря. Дорога спускалась к нему и шла вдоль берега – а по волнам, в огне быстро догорающего заката, стремительно летела знакомая алая яхта под горой белых парусов.
- “Рианнон”! – изумленно воскликнул Карло. – Это агенты Бюро!
Внизу среди бартолемитов раздались возгласы гнева и отчаяния – но среди них снова выделился скрипучий голос доктора Ретцеля:
- Не в нашем положении отвергать помощь, даже и такую.
- Помощь, – медленно произнес Мальтрезе. – Ах да. Почему бы нам не воспользоваться случаем и не предложить нашей гостье торг. Но действовать следует осторожно – чтобы разыграть партию к нашему выигрышу, а не наоборот.
Глава 10
27 июля 1866 года, побережье у горной цепи Рундар
Они достигли побережья рано утром. Яхта, конечно, не могла причалить к скалистому берегу, так что Бреннон отдал распоряжение готовить к спуску на воду шлюпку. Диего вынес на палубу зеркало из трюмо в каюте Дианы, чтобы девушка показала Энео Скальци берег для открытия портала.
Когда оборотень узнал, что группу агентов возглавит синьор Скальци, то впервые за несколько дней испытал настоящее облегчение. Скальци был одним из первых агентов (а некоторых говорили, что самым первым), к тому же до вступления в Бюро он двадцать лет прослужил в иларской полиции. Так что Уикхем надеялся, что он поможет им освободить Элио как можно скорее.
Они ждали открытия портала, собравшись на палубе, и Диана вполголоса недовольно сказала:
- Я не думала, что шеф пришлет к нам Скальци.
- Прислал – да и слава Богу. Он-то, в отличие от нас с тобой, самый опытный агент Бюро.
- Ну да, и теперь он будет командовать.
- И что? Какая тебе разница, кто командует?
- А как мы с тобой станем опытными агентами Бюро, если нас все время будет опекать кто-то из старших?
- Сейчас не это важно, – мрачно буркнул Шарль. – Элио пока еще жив, но долго это не продлится. Так что сейчас не самое подходящее время делить полномочия.
- Ох, ну ладно, – сдалась Диана. – В конце концов, главное – результат, верно?
- Я видел синьора Скальци, – с плохо скрытой завистью сказал Мируэ. – Когда он бывает в замке, он ведет у нас семинары по сыскному делу и практике допросов. Мощный дядя.
Тем временем на берегу стал формироваться овал портала. Ветер донес до Диего запах озона, и оборотень с некоторым удивлением понял, что настолько притерпелся к корабельной вони, что озоновый запах магии теперь даже кажется ему чем-то приятным и освежающим.
Портал наконец открылся, и из него на галечный пляж выпрыгнули синьор Скальци, Двайер с молотом на плече и два десятка агентов. Последний помог сойти на берег высокому старику в длинных таназарских одеждах. За стариком плыл по воздуху сундучок.
- Арье! – изумленно воскликнула Диана. – Вот это да! Как Анир отпустил его от себя после всего этого!
