Академия Грайн. Выпускной курс (СИ) - Кандера Кристина

Дар успокаивался медленно, нехотя. Почувствовав близость свободы, он стремился сбросить оковы, в которые был закован долгие годы, делал вырваться на волю, показать себя во всей красе.

— Нет, — хрипло прошептал Егор, сжимая ладонями гудящие виски. — Нельзя! Нельзя!

Он понимал, что стоит только дать слабину, хоть на миг, на одну долю секунды утратить над собой контроль и — конец. Его дар ментала слишком силен. Браслеты, что надели на него в изоляторе, рассчитаны на сильного энергета, и не смогут сдержать силу, что бурлит внутри и уже подступила к самому краю. А стоит ей вырваться на свободу и… вокруг не останется ничего живого. И никого.

Да, Егор был раздосадован, обижен и, что греха таить, мечтал выбраться из тюремных застенков. Только вот не такой ценой. Он хотел вернуть свою жизнь, а не напрочь похоронить все мечты и надежды.

А это означало только одно — думать! Надо думать, и найти выход.

Убийство Шпона — лишь предлог для того, чтобы задержать его, прижать, попытаться заставить говорить. Гардов не сомневался, что все это было спланировано с самого начала. Не стоило считать стражу круглыми идиотами, они, вероятно, давно за ним следили и прекрасно знали о каждом его шаге, раз уж этому… Ричардсу было известно даже о том, что в свое время Гардов имел некие отношения со Шпоном.

Марлена… Егор н сомневался, что из нее вытянули все, что она знала — не зря в стражу принимали только сильных менталов и умелых интуитов. А для тех, кто умеет копаться в чужих мозгах нет ничего сложного вытащить воспоминания из растерянной и не совсем адекватной девчонки. Марлене даже говорить ничего не надо было, интуиты и без этого прекрасно справились.

И что получается?

А ничего хорошего. Егор не сомневался, что Ричардс не просто страж и даже не обычный дознаватель. Скорее всего, сотрудник особого отдела. А эти умеют допрашивать. И не всегда действуют законными путями. Его и сегодня отпустили только лишь потому, что — а Гардов был в этом абсолютно уверен — страже нужно его добровольное сотрудничество. Получить его признание силой они тоже могут, привлекут к допросу того же интуита и все что требуется, узнают. Но тогда в суде выступать против Крыса будет некому. Показания под принуждением хоть и можно использовать во время расследования, но к делу не особо пришьешь. Вот потому Ричардс сегодня просто запугивал. Пытался казаться добреньким.

А вот завтра.

Егор поморщился. Надо требовать защитника. И присутствия представителя академии. Тогда еще есть шанс, хоть и мизерный.

* * *

— Согласно уставу Академии Грайн, все студенты имеют право на защиту и представление своих интересов! — Лиз дрожала от злости и нетерпения. — Вы не можете закрыть глаза на то, что студент Грайна незаконно взят под стражу городскими властями!

— Мисс Шермер! Успокойтесь немедленно! — ректор устало прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла. — Вам о собственном дипломе думать надо, у вас экзамен на носу, а вы…

— Я не понимаю! — Лиз всплеснула руками и вскочила на ноги. — Не понимаю, почему вы не вмешаетесь. Егор Гардов студент академии! Вы обязаны защищать его интересы!! Стража незаконно арестовала студента на территории академии! У них вообще не было такого права!

— Хватит! 0 ректор не выдержал и с грохотом ударил ладонью по столу, прерывая слишком ретивую студентку. — Мисс Шермер, мне весьма импонирует ваше знание устава академии и желание свято следовать правилам. Однако вынужден заметить, что в данном случае ваше рвение излишне. Егор Гардов не студент академии. Вернее, уже не студент, так что вмешиваться в дела стражи, академия не будет.

— Как не студент? — удивленно хлопнула глазами Лиз и буквально рухнула на стул, с которого совсем недавно подскочила. — А…

— Господин Гардов не сдал итоговый экзамен и комиссия приняла решение отчислить его. Так что… — ректор развел руками. — Ступайте, мисс Шермер, готовьтесь к экзаменам. Если мне не изменяет память, следующий у вас как раз завтра.

— Постойте! — Лиз помотала головой. — Но как же… Егора арестовали после экзамена по Щитам. Это был первый экзамен и он его…

— Не сдал, — твердо произнес ректор, пододвигая по столу экзаменационную ведомость.

Ошарашенная известием, Лиз опустила глаза и увидела в графе напротив фамилии Егора отметку «неудовлетворительно».

— Но… — все еще не веря в происходящее, она подняла взгляд на ректора. — Но это же… неправда. Егор сдал Щиты. Мы с ним вместе их сдавали. В паре! И вы же… Вы же сами…

— Мисс Шермер, я не понимаю вашего упрямства, — скривился ректор. — Что вам за дело до какого-то Гардова? Этот бывший студент, — ректор сделал ударение не слове «бывший», — принес академии больше вреда нежели пользы. Мало того, что он систематически нарушал так свято чтимый вами устав, правила внутреннего распорядка, так он еще и оклеветал одного из лучших наших студентов. Сына уважаемого человека! Это уже слишком, вы не находите?

— Что? — одними губами произнесла Лиз, все еще отказываясь верить в то, что ей только что сказали. У нее в голове не укладывалось, как? Вот как так можно? Они же с Егором вместе сдали экзамен! Сдали блестяще!! Так почему?…

— Мисс Шермер, — устало вздохнул ректор и как-то сник весь, сдулся. Теперь перед девушкой сидел немолодой, жутко уставший мужчина. — Признаюсь честно, академия не будет вмешиваться, и защищать убийцу. Мы до конца не оправились от последствий осеннего происшествия, в котором, кстати, вышеупомянутый студент тоже был замешан и еще неизвестно, не он ли являлся виновником того несчастного случая. Так вот, этот… Гардов, мало того, что он пять лет испытывал наше терпение, систематически нарушал правила и частенько отбывал наказания в карцере. Так он еще оказался связан с криминальными элементами, за которыми пристально наблюдают стражи. Но и этого Гардову было мало, стоило только запахнуть жареным, вместо того, чтобы признаться в содеянном, он попытался снова бросить тень на академию. Вы знаете, что из-за его показаний, уже двое студентов академии — причем, смею заметить! — дети уважаемых людей, оказались задержаны? Академию снова ожидает проверка, на этот раз в связи с тем, что наши студенты якобы принимают запрещенные препараты!! Вы понимаете, чем это все нам грозит? Не понимаете? А еще, — ректор распалялся. Лиз же сидела тихо-тихо, широко распахнутыми глазами глядя на главного человека в Грайне, и просто слушала, не в силах уложить все сказанное в своей голове. — Этот ваш Гардов попытался обвинить студента Абзалова! Со мной уже связался отец Северьяна. И он был очень недоволен тем, что его наследника пытаются связать со всей этой мерзкой историей. Вы можете себе представить, что будет, если пресса прознает про эти нелепые обвинения? Гардов совершенно лишился ума, если посмел вообще упомянуть имя Абзалова! Все, мне больше нечего вам сказать, мисс Шермер! Покиньте мой кабинет.

Лиз с трудом поднялась, на негнущихся ногах вышла в коридор и там устало прислонилась к стене. Закрыла глаза и тяжело вздохнула.

— Ну что? — рядом тут же оказался Стас. Он осторожно придержал подругу под локоть, испытующе заглядывая в лицо. — Лиз, что он сказал?

— Что академия не вмешается, — всхлипнула девушка, открывая глаза. — Егор… Он… Они его отчислили задним числом. Исправили оценку в ведомости и подстроили все таким образом, будто бы он не сдал Щиты.

Стас грубо выругался и саданул кулаком по стене. И еще раз. И еще. До тех пор, пока светло-бежевая краска не украсилась кровавыми разводами.

— Лиз, — Лагодин шумно выдохнул и прислонился спиной к стене, рядом с девушкой. — Остался только один вариант. Я пытался добиться свидания, но… меня дальше допросной не пустили. И все пытались выведать, знаю ли я что-то такое про Гардова, про наркотики, про то, связан ли он с криминалом. Я-то пытался отнекиваться, но…

— Связан, — глухо произнесла Лиз, резко выпрямившись и утирая слезы. — Мы прекрасно знаем, что связан. И наркота… я точно знаю, что он… — она вздохнула, на миг прикрыла глаза, а потом резко их распахнула. — Ладно, Стас, ректор прав в одном — все это дурно пахнет, так что не стоит нам всем лезть в эту грязь без раздумий. Ступай, тебе к экзаменам готовиться надо. Последний рывок остался и все — диплом и свобода.