В объятиях смерти. Не буду твоей (СИ) - Лин Кира

Передо мной возник первый угол. Прижавшись левым плечом к стене, я сделала глубокий вдох и вышла вперёд. Пульс колотился в ушах так, что думать было больно.

В коридоре зияли чёрные квадраты пустых комнат и уходили они вдаль, не сосчитать. Я мысленно выругалась и пошла мимо них — бесшумно, мягко и быстро.

Если буду напрягаться рядом с каждой дверью, то очень скоро выдохнусь. Тварь вылетит и повалит меня, значит, буду отбиваться. Но только не играть в лазутчика.

Воздух переменился. В нём витали знакомые запахи — горелая бумага, стиральный порошок и плесень. Проходя мимо последней на этаже комнаты, я заглянула вовнутрь.

Там стояли письменный стол, кресло, платяной шкаф, несколько стеллажей с коробками и небольшая кровать. На столе ещё дымились свечи.

Вполне себе жилое помещение, чистое и теплое. И совсем недавно здесь кто-то был.

Значит, Рыжий здесь жил. Интересно, почему? Скрывался? Наверняка.

Не удивлюсь, если на его счету гораздо больше убийств, чем знает полиция.

Я пошла дальше и очутилась перед спуском в подвал. Когда спустилась по скользкой лестнице, лицо облепил сырой, затхлый воздух.

По бледным стенам тянулись коммуникационные трубы, переплетаясь между собой, как вены и артерии подводной лодки. Одна из них протекала, заполняя этаж водой уже по щиколотку.

Вдали мигала лампа, вырывая из темноты фрагменты стен и потолка. Я двинулась дальше, как вдруг она погасла.

Ледяная вода сочилась сквозь кроссовки и джинсы. В конце коридора тьма повисла густыми складками, и, сколько бы не присматривалась, я ничего не могла разглядеть.

Из неё выплыл высокий мужской силуэт — будто занавес раздвинул. Ещё один фокусник. Везёт же мне.

Я остановилась, глядя на него поверх дула «глосса». Но не успела понять, кого вижу, как силуэт растаял и появился прямо передо мной. Ствол упёрся ему в грудь.

Я не уследила за его движением и потеряла секунду.

Как он это сделал? Неужели дампиры могут быть так же быстры, как вампиры? Я не знала. Вот чёрт!

Глава 63

Медленно поднимая глаза, я уже понимала, что произойдёт дальше. Рыжий улыбнулся, демонстрируя клыки, которым позавидовала бы овчарка.

В светлых глазах вспыхнуло алое пламя. Я осторожно сглотнула, стараясь не моргать, но всё равно не уловила его движения.

Рыжий взмахнул рукой, и меня швырнуло назад по коридору. Воздух свистел мимо, мир сливался в сверкающие полосы, я будто бы ослепла.

Потом воздух остановился, и я упала.

Упала…. Я вмазалась в стену и попыталась упереться руками, чтобы смягчить удар. Пистолет, намертво зажатый в одной из них, этому совсем не способствовал.

Свалившись вниз грудой, я моргала от вертящихся перед глазами пятен, которые никак не хотели складываться в картинку.

Встав на четвереньки, поднялась, хотя коридор ещё качался. Рыжий стоял в другом конце помещения, а миг спустя появился передо мной, протягивая руку.

Я будто пропустила кадр из фильма и перестала дышать, таращась на дампира.

— Именем совета крови… Не приближайся, — сдавленным голосом произнесла я.

— И что ты мне сделаешь? — его тихий хриплый голос отозвался эхом в голове.

Я перехватила пистолет обеими руками, не спуская с него глаз.

— Нашпигую серебром так, что светиться будешь.

— О, как поэтично! — дампир развёл руками, и улыбка его стала ещё шире. — Я наслышан о твоей страсти к оружию. В этом есть своя перчинка.

— В чём именно?

Он вскинул надменно бровь и медленно опустил руки.

— В том, как ты будешь выкручиваться, когда поймёшь, что серебро мне не вредит.

— Тебе любая пуля вредит, — процедила я. — Главное, попасть, куда нужно. Думаешь, упился кровью под завязку и стал пуленепробиваемым? А давай проверим?

Рыжий не ответил, только лицо его потемнело. От тяжести его взгляда у меня чесалась кожа, и под ложечкой что-то болезненно сжималось.

Я смотрела ему в глаза, бездонные, горящие собственным светом, и медленно, очень медленно давила на спусковой крючок.

Внезапно он схватил меня за руку чуть выше запястья, и по коже будто черви заползали. Я ахнула, когда Рыжий придвинулся и упёрся грудью в ствол направленного на него «глосса».

Я всё ещё напряжённо сжимала пистолет обеими руками, но выстрелить не могла. Его мощь разливалась по моей коже, жар исходил от тела медленным ветром.

Рука казалась горячей даже сквозь кожаную куртку, но само прикосновение не жгло. Вот только тяжело было убедить себя в том, что в конце концов это не будет больно.

Он определённо производил впечатление, был силен, хотя не так уж и стар. Совсем не стар — я ощущала, что мы с ним почти одного возраста. В вампирском смысле этого слова.

— Как ты это делаешь? — выдохнула я.

— Мы не для того эволюционировали, чтобы бегать вооружёнными до зубов!

Я подавила нервный смешок. Видимо, что-то отразилось у меня на лице. Он склонил голову набок, улыбка его чуть померкла.

— Мастер делится со мной силой, — испустив раздражённый вздох, сказал он. — Он бы и с тобой делился, будь ты чуть сговорчивее.

Я изумлённо усмехнулась.

— Серьёзно? Почему же он меня бросил? — и сама услышала, насколько по-детски это прозвучало.

— Он не бросал, — процедил Рыжий. — Он всегда был рядом с тобой, но ослабил поводок и позволил барахтаться самостоятельно.

— Знаешь, и я неплохо справляюсь, — я крепче сжала рукоять «глосса». Взвешивая шансы выстрелить, пристально смотрела на дампира. — Отпусти меня.

Рыжий что-то почувствовал — злость залила его глаза, и радужки разошлись, захватывая белки, пока взгляд не стал казаться слепым.

Сила разошлась вокруг него хлещущими волнами. У меня волоски поднялись на теле, будто по ним пальцем провели.

— А если нет? Что ты сделаешь мне, сестрёнка? — его голос прозвучал ржаво и скрипуче, но был полон жара.

— Проделаю в твоей груди такую дыру, что через неё можно будет пролезть, — прошипела я и выстрелила.

Но он исчез — пуля улетела в темноту, в самую гущу теней. Я так и не услышала, куда она попала.

Сердце колотилось в горле, мешая дышать. Я с трудом заставила себя пойти вперёд, стараясь не думать, откуда рыжий ублюдок на этот раз вылезет.

— Знаешь ли ты, почему видишь моими глазами? — его голос прогремел под сводами, наполнил весь коридор, воздух, я дышала ими и давилась. — Почему так тонко чувствуешь меня?

— Нас создал один и тот же дампир! — закричала я, поворачиваясь на месте.

Но его нигде не было.

— И да, и нет, — Рыжий вышел из темноты, весь облитый ею, и только лицо белело. А на нём горели глаза, как выжженные дырки на листе бумаги. — Это я напал на тебя в парке.

Я наставила на него пистолет, глядя прямо в глаза. Рыжий усмехнулся и шагнул в мою сторону.

— Ещё шаг, и я выстрелю.

— Не выстрелишь, — поморщившись, сказал он. — Ты жаждешь услышать правду, а если я умру, то тебе её никто не откроет.

— Я узнаю её от нашего МАСТЕРА, — последнее слово пришлось выдавливать из себя.

— Нет, — лаконично бросил он. — Он с тобой болтать не станет. Знаешь ли, ты вышла в тираж, и у него есть тебе отличная замена.

Он поднял руку, взмахнул ею, и мою левую кисть полоснуло резкой болью. Кровь потекла ручьями.

Взмахнул второй раз — рука онемела и повисла вдоль тела. Тяжёлые капли падали в воду. Пистолет остался в здоровой руке, но долго ли она таковой останется?

— Тогда, в парке он спас тебя от смерти, — слегка вскинув голову, бросил Рыжий. Взгляд его помутнел, опустел, словно он слышал музыку, доступную лишь ему. — Он защитил тебя от меня и обратил. А знаешь, почему? Он испугался, что о нас узнают. Я был новообращённым и не сумел совладать с голодом, а ты — первое, что подвернулось. И я бы убил тебя, да он не позволил. Сказал, что пригодишься. Сказал, что ты для него важна. Но теперь всё изменилось, и ничто не помешает мне покончить с этим раз и навсегда. Ты — напоминание о моей слабости, о том, что я должен повиноваться ему всю предстоящую вечность. Но мы могли бы заключить договор.