В объятиях смерти. Не буду твоей (СИ) - Лин Кира

Мысль о горле заставила меня открыть глаза и судорожно сглотнуть.

За плотно задёрнутыми шторами стрекотали цикады, и царила тёплая летняя ночь. В спальне было темно и тихо. Я не хотела шевелиться и лежала, глядя в потолок.

Вскоре пришло ощущение присутствия кого-то постороннего в комнате. Ровное глубокое дыхание, размеренный пульс, аромат кожи. И я перевернулась на бок, чтобы осмотреться.

На диване сидел Тайлер с закрытыми глазами, подложив руку под голову. Когда я зашевелилась, он приоткрыл один глаз и моргнул им.

— Сколько я проспала? — заговорить получилось со второй попытки. Во рту пересохло, и жутко хотелось пить.

Он открыл второй глаз и нахмурился.

— Сутки.

— И всё это время ты находился здесь?

— Должен же кто-то охранять твой покой, пока ты не в состоянии пистолет в руках держать, — в его голосе искрилась ирония.

Я поджала обиженно губы.

— Очень смешно, — и, откинув одеяло, спустила ноги на пол.

Тайлер резко выпрямился, намереваясь подняться с дивана.

— Что ты собралась делать? — на этот раз его голос прозвучал встревоженно и изумлённо.

— Мне нужно в душ, — сказала я, вставая с кровати.

В теле ещё сохранялась тяжесть, но боль прошла. Под рёбрами не тянуло, нога тоже ощущала себя вполне здоровой.

Неудобства доставляли пластырь на плече, стягивающий кожу, и бинты, потемневшие от засохшей крови. Я снова чувствовала себя живой и невредимой.

Крепкий сон творит чудеса! Ну, и кровь, конечно.

— Ты с ума сошла! — воскликнул Тайлер и вскочил на ноги.

Я уставилась на него, нахмурив брови. Тайлер двинулся ко мне, выставив вперёд руки. То ли собирался ловить в случае падения, то ли показывал, что не хочет причинить вреда.

— Швы разойдутся. Ты была серьёзно ранена, тело спасибо за это не скажет.

Я хмыкнула.

— Ты плохо меня знаешь. И моё тело тоже, — и спокойным шагом, даже не прихрамывая, направилась в ванную комнату.

Тайлер открыл рот, закрыл и, всплеснув руками, хрипло рассмеялся.

Воду в душе я сделала настолько горячей, которую только могла вынести. И встала под колючие капли. Сначала вода лилась чистая и прозрачная, вскоре окрасилась в красный.

Я стояла и смотрела, как в сток убегают алые ручейки.

У меня в спальне сидел Тайлер, провёл в квартире весь день, и чёрт его знает, что мог увидеть.

За что я переживала больше — за запасы донорской крови в холодильнике или за фото в рамке пятилетней давности?

Он видел меня раненной и пьющей кровь, так какая уже разница⁈ Пора бы успокоиться, но страшно было впускать его в свою жизнь. Я не готова. Пока что.

Выключив воду, я вытерлась полотенцем насухо и завернулась в чёрный длинный шёлковый халат с запахом. Расчёсывая мокрые волосы, подошла к зеркалу и увидела своё отражение.

Кожа на плече была гладкой, без следов от укуса. За сутки рана затянулась, разве не чудо? На бедре остался небольшой розовый шрам, но и он вскоре исчезнет.

Под рёбрами белели тонкие полоски от швов. В чёрном халате кожа моя казалась бледной, почти прозрачной, а волосы сливались с чернотой халата.

Но глаза приобрели естественный цвет, ничего в зрачках не полыхало. Неужели я переживаю из-за того, в каком виде предстану перед Тайлером?

От одной только мысли об этом у меня щеки вспыхнули. Нет, с этим пора завязывать.

Распахнув дверь ванной, я увидела Тайлера. Он стоял у стены напротив, скрестив руки на груди, и смотрел на меня в упор напряжённым взглядом.

На лице застыло задумчивое выражение. Он боялся, что я навернусь в ванне и снова пострадаю, а он, как истинный рыцарь, подоспеет и убережет неуклюжую и упрямую принцессу.

Наверно, это должно быть приятно, но у меня вызвало тревогу. Зачем он меня оберегает? Да-да, помню: я нужна ему! Так он сказал.

Я моргнула и опустила голову, делая вид, что поправляю халат. Ярко-голубая футболка без рукавов подчёркивала его золотистый загар и контрастировала с чёрными джинсами.

Пряжка на чёрном ремне была тёмно-синей. Вид крепкого, спортивного тела Тайлера вызывал невыносимое желание прильнуть к нему, но я гнала эти мысли прочь.

И его надо бы гнать, пока сила воли осталась.

— Тебе не нужно домой? — как можно дружелюбнее спросила я.

Он отлип от стены, расплетая руки. Подошёл к двери и, невесело усмехнувшись, оперся локтем на дверной косяк.

— Ты хочешь меня выпроводить?

— А ты разве не хочешь отдохнуть? — равнодушно пожав плечами, спросила я, но нетерпение не сумела скрыть.

Тайлер сощурил глаза, вглядываясь в моё лицо. Я избегала его прямого взгляда, боялась снова провалиться в россыпь мерцающих искорок.

— Адам подменял меня днём, и я отлично выспался в его берлоге.

Я невольно улыбнулась.

— Когда вернешься домой — сожги одежду, в которой спал, — и попыталась прошмыгнуть у него под рукой.

Ничего не вышло — Тайлер опустил её, преграждая путь.

Он улыбнулся — так же натянуто, как и я.

— Что происходит, Кира?

— Мне некогда с тобой болтать, — первые нотки гнева вспыхнули в моём голосе, хотя я старалась держать себя в руках. — Осталось ещё одно неоконченное дело.

— Почему ты не смотришь мне в глаза?

Его вопрос застал врасплох. Я чуть не вскинула взгляд, не подготовившись. Глубоко вдохнув, мысленно представила толстую каменную стену, медленно подняла глаза и посмотрела на Тайлера.

— Так лучше?

Он моргнул, всё ещё хмурясь, но лицо его разгладилось, смягчилось. Я изо всех сил цеплялась за щиты, чтобы не упасть в омут его зелёных глаз.

И не заметила, как Тайлер переступил порог ванной и приблизился почти вплотную.

— Что ты делаешь? — опомнилась я и уперлась ладонью ему в грудь. — Отойди от меня, Тайлер!

Он остановился, но не отодвинулся.

— Снова ты за старое, — чуть слышно сказал он, вздыхая.

— После здорового сна ко мне вернулась ясность ума, — говорила я твёрдо и ровно, но внутри всё дрожало.

Сердце подпрыгнуло к горлу и предательски затрепетало. К счастью, Тайлер этого не мог слышать.

— Тебе обязательно прямо сейчас уходить?

— Я же сказала, что да. Так ты пропустишь меня или нет?

— Нет, — он уверенно качнул головой, в голосе прозвучала суровая интонация.

Я вскинула потрясённо брови.

— Это ещё почему?

— Могу я хоть раз проявить твёрдость? Хотя бы раз ты можешь сделать по моему? Останься сегодня ночью дома, и я отстану.

Несколько опешив, я открыла рот, но ничего не сумела вымолвить. И только придушено рассмеялась. Ладонь на груди Тайлера дрогнула и соскользнула вниз.

Он тут же сократил между нами расстояние и охватил меня руками. Я протестующе затрясла головой.

— Нет, Тайлер.

Он поднял меня и вынес из ванной комнаты в спальню, поставил перед собой, но руки не разомкнул.

— Мы можем приготовить ужин, — предложил он, склоняясь, будто для поцелуя.

Я отстранилась, не подпуская его к себе. Потому что знала — стоит нашим губам соприкоснуться, как бороться с искушением станет невозможно.

— Мы не должны этого делать, — срывающимся голосом сказала я и сглотнула слюну.

Сердце колотилось в горле, мешая дышать. Близость Тайлера снова подействовала, как удар тока, волоски на затылке зашевелились.

— Готовить ужин? — его дыхание обожгло щеку, и я заморгала, борясь с желанием прижаться к нему плотнее, попробовать губы на вкус.

— Проклятие, Тайлер! — закричала я и толкнула его в грудь, но он даже не шелохнулся.

Тогда я стала колотить его, пока ладони не заболели. Он выпрямился и прислонился лбом к моему лбу, заглядывая прямо в глаза.

При этом ладони его скользили по шёлку халата на спине, осторожно спускаясь ниже, но на поясе остановились. Я прерывисто выдохнула.

— Ты с собой борешься или со мной? — шепнул он, обжигая дыханием.

— С нами обоими, — простонала я и прикрыла веки.

Он склонил голову и коснулся губами виска, скользнул ими вдоль линии волос и, чмокнув меня в лоб, отстранился.