Хозяйка своей судьбы (СИ) - Богачева Виктория

— Кто-то из рыцарей проявил своеволие, — сказал маркиз Нотвуд. — Прискорбно.

Я ни капли ему не поверила. Здесь не обошлось без его приказа. Или приказа виконта.

— Весьма прискорбно, — но я не могла вступить ни с кем из них в открытую конфронтацию.

Пока не могла.

— Я хочу, чтобы ослушавшиеся были наказаны за дерзость. Точно так же, как оруженосец, — громко произнесла я, хотя слова дались нелегко, и их тяжесть придавливала меня к земле.

С несколько секунд старик Нотвуд смотрел на меня, кривя губы.

— Непременно, леди Элеонор.

Пожалуй, буду неотлучно находиться при бароне Стэнли. Если он умрёт, мне придётся несладко.

Глава 40

Я не хотела спускать с барона Стэнли глаз и потому даже на ночь не удалилась в келью. Устроилась спать в общем зале, и Беатрис пришлось остаться со мной, как и Томасу, который неотлучно нёс свою стражу.

Я не знала всей правды и не представляла полной картины, но загривком чувствовала, что захват замка и серьёзное ранение барона послужили катализатором для грызни, о которой я не имела ни малейшего представления. Но напряжение витало в воздухе, чувствовалось в голосах маркиза и виконта, скользило в их взглядах, в том, как часто они посылали людей справляться о здоровье лорда Стэнли.

Пожалуй, я не думала, что его замышляют убить. Но, скажем так, никто не заплачет, если барон не выкарабкается.

Я выбрала его по принципу наименьшего зла. Маркиз Нотвуд не вызывал ничего кроме отторжения, виконт Вильям Ретфорд обладал приятной наружностью и учтивыми манерами, но что-то в нём напоминало мне холодную, скользкую змею. А ещё приближалась зима, и где-то снаружи к замку продвигался Роберт с гарнизоном.

Ночью я спала вполглаза, а утро принесло новые печали.

Вскоре после пробуждения и умывания ледяной водой, я оставила барона заботам Беатрис и присмотру Томаса, а сама отправилась обозревать своё новое имущество.

— Вы должны назначить кастеляна, леди Элеонор, — сказал маркиз за скудным завтраком. — Старый исчез вместе с предыдущей хозяйкой.

— Как она смогла сбежать?

— Это нужно спросить у того, кто возглавлял осаду, — старик пожал плечами. — Как помните, мне выпала честь охранять вас, и вы никуда не сбежали.

Очередной камень в сторону барона Стэнли.

— Вы не расскажете, лорд Вильям? — но вместо того, чтобы его защищать, я повернулась к виконту, который как раз участвовал в штурме. — Почему леди Маргарет сбежала?

Мужчина подавился жидкой похлёбкой, больше похожей на клейстер, которую подали на завтрак.

— Думаю, теми же путями, которыми нам удалось проникнуть в Равенхолл. Подземные ходы извилисты и обширны, — со злобой сказал он, сверкнув взглядом.

Ему не понравился ни вопрос, ни то, что маркиз Нотвуд косвенно переложил вину за побег леди Маргарет на него.

— Я написал герцогу Блэкстону, — сказал старик, и я усмехнулась. — О нашей победе.

Конечно же, написал. Первым. Гонца, который принёс добрые вести, обычно награждают.

— Я хочу осмотреть замок. Где держат сейчас всех слуг?

— Нигде их особо не держат, — маркиз Нотвуд пожал плечами. — Разбрелись по коридорам, как крысы, и притаились. Но никому они особо не нужны.

— Барон Стэнли слишком мягок, — с ощутимым осуждением виконт Вильям покачал головой. — Следовало казнить нескольких для острастки.

— Может, вскоре казним.

Маркиз перевёл на меня ледяной взгляд и улыбнулся. Дрожь прошла по всему телу, от макушки до пят. Я тоже ему улыбнулась и подумала: не дождёшься.

После трапезы, которая принесла только тягостные мысли, я вновь заглянула в общий зал, где лежали раненые, и убедилась, что лекарь Хью не нарушал моих приказов. Больше никому не пускали кровь, а на улице развели костры, над которыми висели котлы с кипящей водой. В них стирали грязные тряпки. Лучше такая простая дезинфекция, чем вообще никакой.

— Как он? — я подошла к барону Стэнли, рядом с которым сидели Беатрис и Томас.

А ещё к нему поближе переместился наказанный оруженосец. К счастью, мальчишка пришёл в себя и не впал в горячечный бред. Заметив моё приближение, он неловко отвернулся, не желая встречаться взглядом.

— Всё так же, — тихо ответила Беатрис, словно мужчину мог потревожить громкий голос.

Быть может, во мне жила ложная надежда, но его лицо показалось мне не таким пепельно-серым, как накануне. И испарины на затянутой повязками груди стало как будто меньше, и хрипы не вырывались из плотно стиснутых губ каждую минуту.

— Присмотришь за ним? Я хочу пройтись по замку, и нужно, чтобы Томас меня сопровождал.

— Конечно, — кивнула Беатрис.

Бросив последний взгляд на барона, я повернулась к Томасу, и мы покинули просторный зал.

Я шагала по коридорам Равенхолла, и каждый камень, каждый закопчённый свод напоминал о недавней осаде: чёрные разводы копоти, резкий запах гари и железа, кровь, впитавшаяся в пол, и обугленные балки, подпиравшие потолок. Томас держался чуть позади, внимательно оглядываясь по сторонам.

Огонь оставил чёрные полосы на сводах, и даже сейчас, когда всё было уже кончено, дым едва заметно щекотал горло.

Когда послышались осторожные, крадущиеся шаги, я резко обернулась и увидела сутулую женщину с подрагивающими руками, в которых держала охапку перевязочного тряпья, в простом платье, давно выцветшем от бесконечных стирок. Лицо её было усталым, всё в морщинах.

Я мгновенно её узнала.

Она уронила тряпки на каменный пол, будто и не заметила, как они рассыпались у ног, и, прикрыв рот ладонью, застыла.

— Миледи… — сорвался у неё хриплый шёпот, и вдруг из глаз хлынули слёзы. — Матерь Пресвятая … вы вернулись…

Я не удержалась и шагнула к ней. И в следующее мгновение старая женщина уже кидалась мне в ноги, цеплялась за подол платья, всхлипывая, как ребёнок.

— Я молилась, — повторяла она дрожащим голосом, — молилась, чтобы вы вернулись!

Я наклонилась и обняла её за плечи, помогая подняться. Агнесса заливалась слезами и улыбалась сквозь них. Я не забыла её доброту и потайное дно в сундуке, в котором она припрятала для меня вещи и даже свёрток с вяленым мясом.

— Как? Как вы здесь... почему?.. — лепетала Агнесса, цепляясь за меня, словно я была единственной опорой в её жизни.

Возможно, это действительно было так.

— Мы потом поговорим, я обещаю, — мягко я отвела от себя её руки. — Послушай... Я хочу осмотреть замок, амбары с запасами. Понять, что требуется починить в первую очередь. Скоро зима, и мы должны быть готовы, понимаешь? — и я крепко сжала её ладони.

Агнесса всхлипнула.

— Нету запасов, — пробормотала она, и сперва я подумала, что осада лишила женщину рассудка.

— Подожди. Что значит, нет запасов?

— Ведьма эта… Маргарет... подожгла их. Оттуда пожар и занялся, — сказала Агнесса. — А где она нынче? Вздёрнут её на воротах? — спросила с неожиданной жестокостью.

— Леди Маргарет сбежала.

К моему удивлению, Агнесса разразилась проклятьями.

— Идём, — я остановила её, вскинув руку. — Покажешь мне, что стало с запасами.

И пока я следовала за служанкой, пыталась понять, почему никто мне не сказал об этом раньше. Или же они просто не озаботились проверкой состояния замка? Предпочли делить его, не зная, что происходит в его стенах?

Мы спустились во внутренний двор. Агнесса шла быстро, не оборачиваясь, и я едва поспевала за ней.

— Здесь, миледи, — старуха ткнула костлявым пальцем вперёд, и я увидела массивное каменное строение у стены. Амбар.

Внутри царил мрак, но едва мы вошли, мне хватило одного взгляда, чтобы понять: всё погибло. Обугленные балки обрушились прямо на мешки с зерном, и теперь от них остались только почерневшие глыбы, склеившиеся в один спёкшийся ком. Там, где должны были быть подвалы с солониной и бочками вина, стояли лишь почерневшие обручи, да в углах валялись пустые бочонки — всё сгорело.

Я шагнула на толстый слой золы и песка, в котором скрипели обломки. Вдохнуть было трудно: пахло гарью и плесенью.