Хозяйка своей судьбы (СИ) - Богачева Виктория

— Почему не собирали яблоки и груши? — спросила я старую служанку.

— Почём же я знаю, — так пожала плечами. — Леди Маргарет не велела, поди.

Дальше мне попались сливы, а чуть поодаль я заметила дикую вишню и мрачно хмыкнула: если доживём до весны, поедим ягод.

Если.

Мы углубились настолько, что под ногами исчезло даже подобие тропинок, и старые каменные плиты больше не попадались на пути. Я порадовалась, что надела простое, серое платье, которое не было жаль запачкать или порвать.

Томасу приходилось шагать впереди, а не держаться позади, и прорубать нам дорогу, жертвуя своим камзолом.

— Леди Элеонор, нам лучше вернуться, — сказал он, запыхавшись после борьбы с колючим кустарником. — Мы слишком далеко от замка, скоро начнётся лес. Лорд Стэнли будет мной недоволен.

— Я должна увидеть всё своими глазами.

Это не являлось блажью или секундной прихотью. Исследуя замок все последние дни, я постоянно искала способы пережить зиму. С замиранием сердца заглядывала в кладовые, надеясь отыскать забытый бочонок с сушёным мясом. Проверяла сундуки и прикрытые рогожкой корзины: вдруг где-то пылились припасы. И сейчас спотыкалась о торчащие над землёй корни не потому, что желала что-то кому-то доказать.

Вовсе нет.

Я просто очень сильно хотела жить.

— Миледи, вы же выбрали кастеляна, позвольте лорду Вильяму обо всём позаботиться, — взмолился Томас.

Агнесса одобрительно на него поглядела и кивнула.

Да, лорд Вильям был очень занят все три дня, что прошли с момента его назначения. Принимал жалобщиков, разбирался со слугами и рыцарями, разрешал их мелкие дрязги, думал, как разместить и вновь прибывшее войско, и «старых» жителей.

Ещё я слышала, что барон Стэнли вопреки увещеваниям лекаря Хью начал вставать на ноги и теперь требовал от виконта, чтобы тот приступил к подготовке Равенхолла к новой осаде: дозорные видели гарнизон Роберта всего в неделе пути.

В общем, мой кастелян был очень занят и не находил больше времени, чтобы преследовать меня в каждом уголке.

— Ещё немного. Идёмте, — я настойчиво шагнула вперёд.

— Барон Стэнли спустит с меня шкуру, если с вами что-то случится, — застонал Томас и с ожесточением принялся сечь мечом колючки.

— Я за вас вступлюсь, — серьёзно пообещала я.

И не ожидала, что Томас обернётся и вскинет на меня довольный взгляд.

— Правда? Вас-то он послушает, — сообщил он с убеждённостью, которая бывает только у маленьких детей, чем сильно меня озадачил.

Но хорошенько поразмыслить об этом я не успела, потому что взгляд зацепился за угол, куда пробивался свет сквозь редеющие ветви. Мы как раз свернули в сторону и теперь двигались параллельно замку в зарослях, куда нога человека ступала последний раз, наверное, лет сто назад. Мой взгляд задержался на пучке зелени у самых камней. Среди серо-бурых сухих стеблей неожиданно пробивались сочные листья щавеля. Слишком яркие для конца октября.

Чуть дальше, в переплетении старых кустов, я заметила ещё одну странность: один-единственный стебель дикой малины тянулся вверх, как будто не собирался увядать вместе с остальными. Рядом с ним зеленел островок мха, мягкий и влажный, не тронутый ночными заморозками.

Я шагнула ближе и почувствовала, как неуловимо изменился воздух, стал более влажным и... тёплым? Под сапогом хлюпнула почва, тогда как вокруг земля уже промёрзла на несколько пальцев вглубь. Сейчас же она податливо пружинила. Я присела, коснулась ладонью почвы и с удивлением поняла, что не ощущаю холода!

— Миледи, — старая служанка Агнесса спешно сотворила символ веры и схватила меня за рукав, — не трогайте. Это недоброе место. С давних пор про него шепчут… тут ведьмы плясали, в лунные ночи кругами ходили. Трава тут и не умирает, и мороз её не берёт. Нечистое место.

Я вскинула на неё взгляд и едва не рассмеялась, хотя было не до смеха.

— Говоришь, зимой трава здесь не умирает?

— Да-да, миледи, — горячо закивала Агнесса, ещё крепче сжимая мой рукав. — Сама не видела, но слышала от кухарки, а та от своей бабки, что снег кругом, всё чёрное да мёртвое, а тут зелень стоит! Верно говорят люди, ведьмы пляшут.

Я всё же хмыкнула. Ведьмы… проще всего было объяснить непонятное страшилками. Я снова коснулась земли. Она действительно была тёплой, чуть влажной, даже в этот промозглый осенний день.

Скорее всего, подземный источник, — размышляла я про себя. — Горячий ключ, выходящий близко к поверхности. Влага и тепло не дают траве погибнуть даже зимой. В двадцать первом веке это назвали бы геотермальной аномалией. А здесь… ведьмы пляшут.

Удобная версия для людей, которые боятся всего, что не могут объяснить.

Если правильно распорядиться, здесь можно устроить маленький огород. Картофель, конечно, не посадить, но зелень, травы, репа… хватит, чтобы люди в замке не умерли от голода.

Вот бы ещё придумать, как объяснить это остальным, не навлекая на себя обвинений в колдовстве?..

Я выпрямилась, стряхнула с ладоней влажную землю и огляделась. Сюда мы добирались едва ли не с боем — Томасу пришлось прорубать мечом колючий кустарник и бурьян. Место выглядело забытым и заброшенным, словно сюда много лет никто не решался сунуться. Так оно и было, раз ещё бабушка кухарки пересказывала глупые легенды о ведьмах под луной.

Я шагнула дальше, мысленно разбивая пространство на квадраты. Если всё хорошенько расчистить, вместится грядок пятнадцать, может, даже двадцать.

Работы — непочатый край: выкорчёвывать бурьян, вытаскивать корни, копать, удобрять золой... Придётся привлекать людей, и едва ли только Агнесса слышала глупости о дурной славе этого места. Но с другой стороны… зелёный пятачок расположен почти у замковой стены. Будет удобно носить воду, а толстый камень защитит от ветра.

И если источник действительно даёт тепло, урожай можно получить даже тогда, когда поля под снегом.

— Леди Элеонор, — позвал взволнованный Томас, — идёмте, прошу вас. Пора возвращаться, — и он огляделся так, словно ожидал увидеть упомянутых Агнессой ведьм.

Да уж.

Это будет сложная битва.

Решив, что на сегодня я увидела достаточно, я кивнула Томасу и хмыкнула, когда его лицо вспыхнуло облегчением. Обратная дорога заняла вдвое меньше времени. Уверена, это потому, что юный рыцарь прорубал путь намного ожесточённее и активнее. Он даже обернулся несколько раз: ну, точно ожидал, что за ним уже гонится нечистая сила.

На замковый двор я вернулась с грязным подолом, который покрывали колючки и мелкие прорехи, растрепавшимися волосами, но очень, очень счастливая. Пусть для Агнессы это место было проклятым, а для Томаса — жутким, для меня оно стало первым проблеском надежды.

Я старалась не обольщаться, чтобы не разочароваться в случае неудачи, но получалось плохо. О находке и том, во что она могла вылиться, я решила не трубить и ни с кем не делиться. Люди и так напуганы и взволнованы, настроения по замку бродили вовсе нерадужные, так зачем же напрасно раздувать огонёк надежды?

Решила, что выберу нескольких крепких мужиков, которые порубят бурьян, выкорчуют, расчистят дорогу да натаскают в корзинах золы, чтобы удобрить землю, и попробую что-нибудь посадить. А прежде внимательно осмотрю зелень, что там росла, щавель — это прекрасно, но вдруг найдётся что-то ещё?

Гладко было на бумаге, да забыли про овраги, — именно это пришло на ум, когда в тот же день, решив не откладывать, я начала претворять мой план в жизнь.

И первым, кто возразил мне, оказался новый кастелян замка — виконт Ретфорд.

Глава 45

— Миледи, вы сделали меня своим кастеляном, правой рукой. Теперь это моё дело, — сообщил Вильям.

Поспорить со мной он вышел на просторный, но грязный двор, как раз когда я начала подыскивать смельчаков, готовых отправиться вглубь парка-леса расчищать бурьян и прокладывать тропинку.

— Замок не перестал быть моим. Как никуда не исчез долг заботиться о людях.